Путь в Средиземье

Объявление


Добро Пожаловать!


 

«На протяжении сумерек Второй Эпохи Тень растёт на востоке Средиземья,

всё больше и больше распространяя своё влияние на людей, чья численность

умножилась, в то время как род эльфов начал увядать. Вот три основные

темы: Задержавшиеся эльфы, что остались в Средиземье; возвышение

Саурона до нового Тёмного Властелина, повелителя и бога людей; и

Нуменор-Атлантида. Они рассматриваются историографически и в двух

преданиях или рассказах: Кольца Власти и Падение Нуменора. Оба служат

существенными предпосылками для Хоббита и его продолжения» - Письмо

131 Милтону Валдману, Дж. Р. Толкин.


Список персонажей Правила Сюжет Ситуация в мире Шаблоны анкет Акции
Администрация
Sauron  372279461
Rava

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Форлиндон, осень 878 г. В.Э.) Последняя охота в Линдоне


(Форлиндон, осень 878 г. В.Э.) Последняя охота в Линдоне

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Время: Осень 878 г. В.Э.
Место: Леса Форлиндона
Участники: Трандуил, Астоворимо
Описание:  Трандуил последний раз охотится в родных краях - Орофер твёрдо решил оставить Линдон. Преследуемый олень всё ускользал от охотника, и Трандуил оторвался от товарищей. Утомлённый, промокший под дождём и разочарованный неудачей, синда укрывается от непогоды в заброшенном лесном домике. Ему предстоит встретиться с незнакомым нолдо - а позже с оленем, которого он уже считал упущенным...
Примечания:

Отредактировано Thranduil (2017-03-19 18:04:37)

0

2

Выезжая на эту охоту вместе с друзьями, Трандуил был непривычно сумрачен. Причиной тому была отнюдь не осенняя погода, сумрачная и дождливая. Ныне он прощался с лесами родного Линдона. Да, с решением Орофера уйти на восток он был совершенно согласен. Эглат Дориата в самом деле трудно было чего-то добиться во владениях голодрим.  А благородные люди, что сходили с приходивших с Запада кораблей, в самом деле рубили леса — пока что не в Линдоне. Однако Государь Гиль-Галад мог дозволить и это тем, кого небезосновательно почитал друзьями. Мог Гиль-Галад и начать войну против уцелевшего слуги Моргота, вести о котором подтвердились. Это были его владения и его воля, а Орофер желал жить по своей. Трандуил был согласен с отцом, к тому же его воодушевляла мысль о путешествии в дальние края, приключениях по пути и о привольной и беспечной жизни в диких лесах, неподвластных никаким владыкам. И всё же ему было жаль расставаться с Линдоном, где он родился и вырос. Быть может, навсегда.

Поначалу синда вглядывался едва не в каждое дерево и куст, временами лёгким движением проводя по листам — словно ласково приглаживая и шутя ероша волосы давних друзей. Но вскоре, увлёкшись охотой, он позабыл о всякой грусти. Как и о скором отъезде, и о словах Орофера, и о своих спутниках, и о дожде, что всё усиливался  — обо всём на свете, кроме оленя. Как он был высок, как гордо держал голову, не замечая тяжести ветвистых рогов, и как закидывал её, трубя громче охотничьих рогов, как лоснилась его шерсть, как пышен был чёрный воротник на шее! И как ловко он уходил от преследователей, не позволяя подойти на расстояние выстрела! Когда Трандуил наконец выбрал момент, олень, уловив чутким слухом звук натягиваемой тетивы, бросился в густые заросли. Вновь и вновь его находили, и он ускользал вновь и вновь. Тем более желанным трофеем он был.

Когда неутомимая добыча вновь не позволила выстрелить, перепрыгнув узкую лесную реку, Трандуил обхватил шею коня, готовясь далее преследовать оленя, и ощутил под руками дрожь. Конь нуждался в отдыхе, и это означало — охота завершилась. Неудачей!

«Последняя охота в Линдоне, и такое разочарование! Я-то надеялся взять эти великолепные рога в дорогу, на память!»

Лишь соскочив на вязкую от дождя землю, синда ощутил, что и сам утомился и к тому же совершенно вымок. С волос, с плаща струилась вода. Его товарищей не было видно; кажется, он в увлечении оторвался от них. Разумеется, Трандуил не заблудился бы в лесу, но в том, чтобы долго выбираться назад пешком, в сгустившихся сумерках, под непрекращающимся холодным дождём, было мало приятного. Проглянувший сквозь ветви дом его обрадовал и несколько утешил.

Это был именно дом, не сторожка охотников или разведчиков — для того он был слишком высок и обширен. Но дверь клонилась в сторону, не закрываясь до конца, стены были зелены от мха, а на крыше успела вырасти молодая берёзка. Эльфийские здания долго противостояли разрушению, так что дом мог быть оставлен и сто, и двести лет назад. Но он всё ещё оставался добрым укрытием от непогоды, и эльф потянул за печально вздохнувшую дверь.

Снаряжение Трандуила:

Охотничья куртка.
Зелёный плащ.
Длинный лук и стрелы.
Фляга.
Конь (оленем Трандуил ещё не обзавёлся).

Отредактировано Thranduil (2017-03-22 13:27:42)

+1

3

Астоворимо любил Лассэлантэ. Пронзительный миг смертной красоты, последняя ласка умирающего тепла, праздник тонких ароматов и золота, в котором Лето всходило на свое погребальное ложе (о таких пьедесталах рассказывали нуменатани). Три дня назад феаноринг покинул Форлиндон что бы побродить по лесу в эту сказочную пору. Уже больше столетия как нолдо наткнулся на покинутый дом, очевидно кого-то из синдар, стоявший глубоко в лесу, далеко от посторонних взоров и случайных прохожих. Судя по обстановке что царила в доме, его хозяева однажды просто не вернулись домой. Вся утварь и сопутствующие быту вещи остались в доме, но лежали настолько на своем месте, что было очевидно - в комнатах давно убрались и больше не использовали. Очевидно хозяев забрала с собою война, наверное где-то на рубеже Эпохи. К тому же мелкие стычки были еще и в первые годы Второй Эпохи. Историкам хорошо проводить линию и провозглашать - это первый год новой Эпохи! Но в жизни дни не подчиняются строгим датировкам и разделам.
Астоворимо ничего не знал о хозяевах дома и их судьбе. Все что он полагал было лишь его предположением. Вещи остались в доме, значит хозяева не уходили из него, а просто не вернулись. При этом все было прибрано и дом, хоть нолдо и нашел его столетия спустя, был в относительно хорошем состоянии - очевидно у невернувшихся были друзья, которые смотрели за этим домом какое-то в время. Потом возможно Уплыли, а возможно нашли иные причины оставить дом времени. Аракано не знал. Ему нравилась глушь, в которой царил дом, и лорд нолдор сделал его своей тайной резиденцией. Эльф пару раз в год мыл окна, убирал везде пыль и паутину, следил за крышей, полом и ... словом смотрел что бы в доме можно было жить, что бы тлен не захватил его территорию. Но при этом квэндо не пытался вдохнуть в дом жизнь - наверное у него бы и не получилось. Что бы вдохнуть жизнь нужно было иметь огонь, а у Астоворимо не было ничего кроме седого пепла. По этому дом медленно умирал - его некогда светлые стены покрылись мхом, а на крыше, словно знамя на флагштоке, трепетало желтое полотнище мокрой березки.
Это был очень тихий, и по-своему уютный дом, но в нем давно не было слышно ни веселых песен, ни смеха. В этом доме чувствовалось Время, и он был словно живой памятник какой-то легенде. Феаноринг сам не знал своего статуса в этом доме - он был и не хозяин, и не хранитель. Наверное можно сказать что они были друзьями. Эльф пользовался многими вещами, оставшимся от хозяев - посудой, кроватью, другой домашней утварью; но никогда не открывал шкатулок, стоящих на полках шкафов или сундуков в комнатах. Нолдо был не любопытен и относился к чужим тайнам чуть-ли не со священным почтением. Конечно же много вещей в доме появилось новых, принесенных аракано. Дом был сравнительно небольшим - просторная кухня, совмещенная с так же просторной гостиной на первом этаже, две небольших комнаты (быть может для гостей?), уборная. На втором этаже была хозяйская спальня, уборная, и небольшая библиотека (в которой остались очень странные по своей подборке свитки) и полубашенка-полукупол, выходящая на заднюю часть дома. О, этот купол доставил Астоворимо массу проблем. Было бы проще дать стеклянному куполу обвалиться и передать башенку в руки Времени, но это было самое любимое место феаноринга в доме. Если ночь была ясной, он предпочитал спать именно здесь.

Но сейчас была не ясная ночь, а пасмурный день, клонящийся к вечеру. Похоже ночью разыграется настоящая непогода. Арандур совсем недавно вернулся в дом с охоты и развесил сушить свои вещи, а сам, обнаженный по пояс, в узких штанах и босиком, азартно разделывал ужин что-то негромко напевая под нос. В камине трещало пламя, пахло смолистым деревом. На кухонном столе стоял эльфийский светильник, озаряя светом рабочую зону, остальная же комната прибывала в красноватом полумраке. И тут раздался звук, которого роквен никак не ожидал - протяжно и напевно-глухо прогудела дверь, тем самым непередаваемым звуком-вздохом старых дверей, за которыми хоть и хорошо следят, но время берет свое.
Аракано не ожидал опасности, но инстинкты брали свое и он моментально развернулся, так и не выпустив нож из правой ладони. Дверь и правда открыли - на пороге стоял несомненно родич и вода струилась с его плаща на порог. Моментально оценив произошедшее нолдо улыбнулся незнакомцу - улыбка была скупая, углами губ, но в ней чувствовалось участие. Положив нож, стремительными шагами Астоворимо двинулся к незнакомцу, по дороге, правой, сравнительно чистой, рукой срывая со стула огромное полотенце, которое еще явно не до конца просохло.

- Хорошо что ты набрел сюда! - воскликнул эльда на синдарин с четким, ничуть не смягчившимся за века, жестким нолдорским акцентом. - Проливной дождь в осенних сумерках не самая приятная штука на свете. Снимай свой плащ и оботрись, а потом для тебя найдется горячая вода и сухая одежда. Но тут Астоворимо заметил что пришедший одет в охотничью одежду и кивнул. - Ты верхом, не так ли? За домом есть конюшня, можешь отвести своего коня туда.

Высокий нолдо стоял перед неизвестным ему синда и с легкой, то-ли насмешливой, то ли участливой улыбкой смотрел на пришедшего. Эльф выглядел одновременно простым, одетый в одни штаны и босой, и одновременно гордым, с мокрыми черными волосами, ниспадающими капюшоном за его головой и перехваченными лентой где-то в районе лопаток. Долетающие отсветы камина лизали его тело, выхватывая множественные шрамы, как истончившиеся до тонкой светлой полосы, так и еще "свежие", только начавшие рассасываться.
На протяжении всего разговора нолдо держал левую руку согнутой в локте и поднятой вверх, до уровня груди, но чуть на отлете - полузакрытая кисть была в густой крови.

При себе Астоворимо на данный момент имеет
штаны
нож
полотенце

но в доме еще лежит походная одежда, лук со стрелами, длинный кинжал, кольца, светильники, и прочее добро.

Отредактировано Astovorimo (2017-03-20 06:37:54)

+1

4

Когда Трандуил, возвращаясь с охоты, заходил в дом - свой ли, или дом друзей и родичей - он переступал словно не просто порог, а границу.  За ней завершалась мелодия охоты с её переходами от дробного весёлого перезвона к медлительно-тягучему звуку, плывущему, как туман по лощине. Влекущая вперёд и зажигающая сердце, когда синда отдавался ей. А после тающая отзвуками в воздухе - торжествующе вплетаясь в песнь леса, всё более растворяясь в ней. Или, как сейчас, всё безнадёжней требуя гармоничного завершения. Перед дверью жилища она отступала, оставляя после себя странную смесь успокаивающего уюта, утомления и удивления перед новым и иным. Пусть даже это был собственный дом, знакомый до последней ворсинки ковра.

Сейчас у Трандуила была и иная причина для удивления: дом не был пуст, как он ожидал! Мягкие, живые отблески прячущегося в глубине очага сплетались с ровным, ясным и холодноватым сиянием кристалла на столе - такими светильниками пользовались голодрим. Судя по лежавшей на столе добыче, хозяин дома сегодня оказался удачливей, чем Трандуил. Сам он, высокий и черноволосый, выглядел сурово - пожалуй, в доспехах и с оружием в руках смотрелся бы грозным воителем. Сейчас он приветствовал нечаянного гостя полуголым, с кровью на левой руке (явно только что оторвался от разделки мяса) и большим полотенцем в правой.

- Хорошо что ты набрел сюда! Проливной дождь в осенних сумерках не самая приятная штука на свете. Снимай свой плащ и оботрись, а потом для тебя найдется горячая вода и сухая одежда. Ты верхом, не так ли? За домом есть конюшня, можешь отвести своего коня туда.

- Благодарю тебя, - чуть склонил голову Трандуил. Отведя коня, он вернулся в дом, снял плащ, украшенный налипшими листьями, жёлтыми и багряными. Правда, ему показалось, что эльф усмехается, но он не подал вида, что заметил: если действительно показалось, это поставит его в глупое положение, если же нет - может побудить голдо к настоящим насмешкам. К тому же встретивший его в остальном держался приветливо и доброжелательно.  И был совершенно прав относительно проливного дождя в сумерках.

- Сухая одежда и горячая вода будут весьма кстати, - сказал он, сняв и куртку и обтёршись, словно находился в гостях у друзей. - Поистине удачное завершение дня! Могу ли я узнать имя гостеприимного хозяина? Меня зовут Трандуил, я - сын Орофера.

Представляясь, он всегда называл не только своё имя, но и имя отца. Орофер некогда принадлежал к дориатской знати, пусть в Линдоне он и не выделялся особым положением, будучи просто одним из синдар. Был ли голдо действительно хозяином дома, Трандуил не знал; во всяком случае, не было похоже, что он так же случайно забрёл сюда. Комната выглядела столь же ухоженной и обжитой, сколь заброшенными казались стены и крыша. Быть может, они были оставлены так не без умысла.

+1

5

Знает ли нолдо о том кто такой Оротер
[dice=11616-1:6:0:]

0

6

- Благодарю тебя, - чуть склонил голову Трандуил.

Нолдо отметил что синда был гордым, что не часто встречалось у этого народа. Возможно кто-то из их младших лордов... Впрочем - зачем гадать когда скоро все прояснится. Астоворимо быстро вымыл руки, и пошел достать сухой одежды для родича.
Когда синда вновь вернулся, феаноринг молча принял у него верхнюю одежду и повесил на крючки возле камина, так что бы вода с них стекала в специальные поддоны на полу. Очевидно, еще недавно туда стекала одежда самого нолдо.

- Сапоги сними, - мягко, но не предлагая, а констатируя сказал эльда, выполнявший роль хозяина.

- Сухая одежда и горячая вода будут весьма кстати, - сказал он, сняв и куртку и обтёршись, словно находился в гостях у друзей.

- Пройди прямо до упора и сверни направо, там будет уборная. Вода в баке уже нагрелась от камина, так что ты можешь спокойно вымыться, но особо не плещись - я рассчитывал только на себя, по-этому воды в баке не очень много. Но и не мало. Сухая одежда уже ждет тебя. Простые рубаха и штаны... тебе будут великоваты, но переждать час-другой хватит, а там и твои вещи высохнут. - Нолдо говорил спокойно без особых эмоций, словно приход синда в этот дом был обычным явлением и ничуть никого не удивил. - Когда вернешься, разделим хлеб, вино и сыр, а там и ужин подоспеет. - последние слова вселяли особую радость в хозяина, да, надо полагать и в гостя.

Но на этом радостные беседы закончились.

Поистине удачное завершение дня! Могу ли я узнать имя гостеприимного хозяина? Меня зовут Трандуил, я - сын Орофера.

Нолдо вдруг выпрямился замер. О да, он знал кто такой Оротер... И подобное завершение дня трудно было назвать удачным. Короткий смех вырвался из горла эльфа, бесшабашный и немного пугающий.

- Не спеши с благословением дня, - покачал головой феаноринг, обращая свое лицо к Трандуилу. - Прости, если мой смех мог задеть тебя, я смеялся над злой иронией судьбы, не более того. Я не хозяин этого места, как ты в начале подумал. У дома больше нет хозяев, просто когда-то я набрел на него так же как и ты. Что же до твоего имени... Я не знаю тебя, Трандуил, но некогда я был немного знаком с твоим отцом. Не милосердно сообщать тебе это, но умолчать было бы бесчестным. Мое имя лорд Астоворимо, сейчас я служу Нолдорану Араниону, но до того я был Верным Лорда Маитимо.

+1

7

Разувшийся и полураздетый, Трандуил с удовольствием слушал слова хозяина, предощущая жар нагретой воды и приятную истому - после долгой погони под холодным дождём особенно приятно посидеть у камина, сбросив с себя всякое напряжение. О спутниках он не беспокоился - они не были так азартны и наверняка уже вернулись; причин тревожиться о Трандуиле у них тоже не было - он не впервые увлекался преследованием, а опасностей в этих лесах было не больше, чем на самом побережье.

- Когда вернешься, разделим хлеб, вино и сыр, а там и ужин подоспеет, - синда в ответ весело улыбнулся, его глаза заблестели. Что ж, значит, судьба уготовала ему иное прощание с Линдоном, чем задумал он сам!  Разделить кров и ужин с голдо, прежде, чем покинуть земли Гиль-Галада... едва ли это было случайностью. Зная, что едва ли ещё встретится с принявшим его эльфом, Трандуил пообещал себе, что пожелает ему удачи в будущих охотах. Верно ли, нет ли, говорили, что у Орофериона лёгкая рука, и его благие пожелания редко оказываются пустыми.

Однако этот день уже во второй раз обманул Трандуила - вначале пообещав славную добычу, а теперь - отдохновение, ужин и приятное знакомство. Когда он назвался, голдо внезапно рассмеялся - странным, резким, почти безумным смехом. Трандуил вскинул голову и напрягся. Нет, голдо не насмехался над ним и сразу же сказал о том. Но лучше бы он оказался насмешником!

- Я не знаю тебя, Трандуил, но некогда я был немного знаком с твоим отцом. Не милосердно сообщать тебе это, но умолчать было бы бесчестным. Мое имя лорд Астоворимо, сейчас я служу Нолдорану Араниону, но до того я был Верным Лорда Маитимо.

Его словно окатило ледяным ливнем - куда холодней того, под который он попал.

- Лорда Маэдроса, старшего из сынов Феанора?! - ему не хотелось видеть в гостеприимном охотнике убийцу родичей, но на то, что голдо был одним из тех, кто не участвовал в братоубийствах или встал на защиту Эльвинг в Гаванях Сириона, надеяться не стоило. В первом случае он не мог бы знать Орофера, во втором - не умолчал бы о том, что его оправдывало, и не назвал свои слова немилосердными. Не сказал он и о раскаянии. Глаза Трандуила сузились, голос, поначалу поражённый, пропитался холодом. - Я приметил, что дом скорее похож на жилище эглат. И не ждал встретить эльфа, спокойно принимающего гостей в доме тех, чьих родичей он, возможно, убил. Я не приму ни твой хлеб, ни твою одежду; но мне жаль коня, и ради его отдыха я проведу ночь в конюшне. Тем паче, что её строитель и владелец - не ты.

Сейчас в речи Трандуила, обычно говорившего на общем синдарине, явственно ощущался старомодный дориатский выговор, странный в устах юноши. Он вернул Астоворимо полотенце, молча оделся в мокрую и холодную одежду, забрал свой лук и повернул к двери, но на пороге замедлил. Под скулами его ходили желваки, точно то, что хотел сказать, сначала следовало пережевать.

- Я обещал себе, что пожелаю тебе удачи в будущих охотах, - он знал, что неискреннее пожелание ничего не значит, и мысленно подбирал причину - добрый приём путника в чужом доме достаточной причиной не был… - и я желаю тебе удачи за твою честность.

«Каково бы мне было узнать, кто он, разделив с ним кров и пищу!»

Трандуил открыл дверь и застыл на месте. Впереди, на холмике перед домом, стоял тот самый великолепный олень. От утомления ли или по иной причине, убежать он не пытался. Не было ничего проще, чем застрелить его теперь. И ничего постыднее для охотника. Синда опустил руки и чуть склонился, отдавая должное достойному.

Отредактировано Thranduil (2017-03-22 13:28:17)

+1

8

Услышал об ужине синда радостно улыбнулся, сменив гордость на домашние эмоции и нолдо, невольно почувствовал что ему приятно - он сделал что-то хорошее для родича, что-то что тянуло на обыкновенное чудо странствий.
Но... судьба не дала им обоим долго радоваться.

- Лорда Маэдроса, старшего из сынов Феанора?! - теперь синда выглядел потерянным. Астоворимо только тихо вздохнул про себя - да, этот квэндо был еще юн и не умел сдерживать эмоции. Однако, к чести сказать, Трандуил быстро пришел в себя и в его голосе зазвучал металл. И... прорезался древний говор, очевидно так говорили в доме Оротера.

-И не ждал встретить эльфа, спокойно принимающего гостей в доме тех, чьих родичей он, возможно, убил.
Слова были резкие, но не бить же ему за них лицо? И феаноринг лишь гордо улыбнулся. Слова были болезненными, злыми и... быть может правдивыми. Самому нолдо это не приходило раньше в голову, но... это уже ничего не меняло.

-Я не приму ни твой хлеб, ни твою одежду; но мне жаль коня, и ради его отдыха я проведу ночь в конюшне. Тем паче, что её строитель и владелец - не ты.

- Только не спи справа от входа. Там прохудилась крыша и я ее перестилал. Ты же не хочешь что бы от непогоды тебя защищало творение моих рук? - непринужденно заметил нолдо. О том что дверь и солому, корм для коня и сундук, что подойдет под лежанку, в конюшне тоже менял он сам, Астоворимо решил не упоминать. Ему было жаль что все так вышло, но не оставлять же из-за этого родича ночевать в лесу?
- В конюшне есть маленькая кузня, так что ты сможешь развести огонь. - ровным тоном закончил аракано. Откуда возле горна взялось топливо для огня он тоже умолчал.

Лорду нолдор нравилась гордость Трандуила и то, как молча и мужественно он надевал ледяную мокрую одежду на уже отогревающееся тело. Однако, Астоворимо не стоял столбом, а как только принц закончил говорить, вернулся к разделке добычи. Протянутое полотенце он не взял, по тому что хоть и понимал резоны синда, не собирался забирать назад свое предложение гостеприимства.

На пороге Трандуил вновь остановился.

- Я обещал себе, что пожелаю тебе удачи в будущих охотах,  - и я желаю тебе удачи за твою честность.

- Это благородно, - отозвался Астоворимо, - но я освобождаю тебя от обещания. Мы не знали кто мы друг другу, так что твое доброе намерение не распространялось на меня.

Однако случайный гость не торопился уходить, и застыл в дверях, впуская в дом промозглую сырость осени.

+1

9

- Только не спи справа от входа. Там прохудилась крыша и я ее перестилал. Ты же не хочешь, чтобы от непогоды тебя защищало творение моих рук?

В чём нельзя было отказать голдо, так это в откровенности; это вместе с достоинством, с которым он держался, вызывало уважение, однако… Он был одним из воинов народа Феанора, о которых Орофер отзывался ещё хуже, чем о самих сыновьях Феанора. Не Келегорм бросил сыновей Диора на верную смерть. Не Карантир убил Нимлот. Не Маглор желал убить Элронда и Элроса. И Астоворимо не раскаивался в содеянном, лишь гордо улыбаясь в ответ на обвинения! Нельзя было и помыслить о том, чтобы принять его гостеприимство (хотя полотенце он назад не принял, и Трандуил повесил его на крючок - не брать же с собой в конюшню!) Нельзя было и помыслить… Как жаль, что он не оказался, скажем, верным Лорда Аэгнора!

Услышав пожелание удачи, голдо, уже вернувшийся к приготовлению ужина, ответил:

- Это благородно, но я освобождаю тебя от обещания. Мы не знали, кто мы друг другу, так что твое доброе намерение не распространялось на меня.

- Я дал обещание себе, а не тебе, - возразил Трандуил, - и не тебе освобождать меня от него. Но ты вправе принять или отвергнуть моё пожелание.

«Кто мы друг другу», - в этих словах был странный оттенок. Словно нечто связывало их, горько, остро и холодно. Словно давний раздор - мог соединять. Пожалуй, так оно и было: недруги - не просто посторонние, они в некотором роде знают друг друга.

Но Трандуил не размышлял об этом долго, увидев оленя. Он двинулся вперёд, намеренно спугивая благородное животное. Олень повёл себя непредсказуемо: не стал спасаться бегством, не отошёл в крайней усталости, не попытался броситься на врага, а медленно двинулся навстречу. Тот самый олень, что никак не давал приблизиться на расстояние выстрела!

«Беги же», - мысленно произнёс Трандуил, подходя всё ближе и не веря, что тот может близко подпустить к себе охотника. Синда вновь не ощущал ни дождя, ни холода от напряжения.

«Он должен бежать - или защищаться! Как возможно иное? Разве что это - вовсе не зверь?»

- Я долго преследовал тебя, пытаясь убить, - обратился синда к несостоявшейся добыче. - И убил бы, если бы ты не был так ловок и осторожен. Отчего ты позволил мне приблизиться?

Олень не ответил, и его взгляд не переменился. Он не был вполне обыкновенным, но это не был неузнанный майа в обличье животного. Хотя, возможно, толика крови айнур в нём и была - он слишком превосходил других... Рассказывали о благородных конях, что выбирали себе хозяев, доводя до изнеможения тех, кто пытался их поймать или оседлать. И в конце концов не просто сдаваясь, но признавая власть над собой стойких, смелых и упорных. Но то кони, а не лесные олени!

И всё же это более всего походило на истину. Трандуил осторожно коснулся блестящей мокрой шерсти - уже наверняка зная, что не получит в ответ удар рогами или копытами.

Знакомая мелодия охоты звучала на новый лад, всё более увлекая. Быть может, поэтому синда не заметил, что не закрыл за собой дверь. Впрочем, он редко выходил из дома единственным, и ещё реже - последним.

Отредактировано Thranduil (2017-03-21 21:16:50)

+1

10

- Я дал обещание себе, а не тебе, - возразил Трандуил, - и не тебе освобождать меня от него. Но ты вправе принять или отвергнуть моё пожелание.

- Хорошо, - просто согласился нолдо. - Я бы хотел его принять, но знаю что ты не можешь дать его от чистого сердца. По этому - пусть твое благословение вернется к тебе и усилит твою удачу.
Эльфу было очень горько. Так горько, что на глазах, которых не мог видеть Трандуил, блеснули слезы. Нолдо отвернулся. Ему мучительно хотелось что бы потомок Дориата знал, как ему, Астоворимо, жаль, как ему больно и стыдно; как он обречен вечно нести эту кровь на своей душе и не иметь ни возможности, ни права забыть... Но... это все не имело значения - по тому что если бы было нужно вновь убивать родичей ради Лорда, его проклятой Клятвы, Арандур бы это делал. А значит не важно что он там чувствует и переживает. Он сознательно шел на преступления и ему нет прощения, а все остальное просто сентиментальная чушь. Болит, не болит, хочу, не хочу - делаешь. И по этому ты виновен. Но по этому ты и Верен.
Феаноринг вздохнул. А Трандуил не произнеся больше ни слова вышел. Даже не закрыв за собой дверь. "Вот паганец" - беззлобно подумал нолдо и, отложив разделку мяса пошел закрывать.
Однако в дверях нолдо задержался, увидя прекрасного оленя и синдо, который словно завороженный подходил к зверю. "Неужели возвращенное благословение так быстро действует?" - удивился нолдо. Впрочем, это могла быть и просто случайность. В случайности аракано не верил, но и в свою помощь в данном вопросе верить тоже было... слишком самонадеянно. С легкой улыбкой нолдо покачал головой, глядя как дитя лесов гладит оленя, и очень осторожно прикрыл дверь - что бы не мешать этим двоим.
А потом решительно направился к кухне. Если сейчас еще кто-то припрется, то сам и будет заканчивать! В сердцах подумал Аракано. Сколько же можно его прерывать?
В животе эльфа протяжно и переливчато заурчало.

+1

11

Происходящее казалось Трандуилу почти немыслимым - не оттого, что ручных оленей дотоле не бывало: и конь некогда впервые позволил себя оседлать, и сокол некогда впервые сел на руку. Но оттого, что он был охотником и остался им - синда не намеревался подражать Берену, отказавшемуся от мяса.

Если до того Трандуил обращался к зверю с обычными словами, как к разумному, то ныне он сосредоточился на том, чтобы передать ему свою мысль, достаточно простую, чтобы быть понятой. Это был особый способ обращения к животным, в чём-то подобный осанвэ; им чаще пользовались оставшиеся в былом Оссирианде лаиквенди или синдар-целители, чем охотники, но Трандуил о нём знал. Глядя в глаза оленю, настроив своё дыхание в один с ним ритм, движения тела - в один с ним лад, он мысленно произнёс, хлопнув рукой по луку - ради большей доходчивости, но без угрозы.

Я не нападу на тебя, - после обращения это в любом случае становилось невозможным. - Но я охотился на твой род прежде, я не запрещу этого моим родичам и не обещаю, что впредь не стану убивать твоих. Хочешь ли ты всё равно принять меня?

«Не обещаю, что не стану убивать твоих родичей…» Это звучало так, словно он сам был нераскаянным воином сынов Феанора, обращающимся к телери или эглат. Для оленя, разумеется, не для него - охота вовсе не являлась злым деянием.

Олень не отвёл глаз, но чуть склонил голову, а затем направился вслед за Трандуилом к конюшне. Он переступил порог, ухватил немного сена и вышел обратно, остановившись под ближайшим деревом. Знак был ясен: он навсегда останется частью леса и не изменит себе, но признает эльфа как своего хозяина и друга. Несмотря на то, что Трандуил был охотником - хищником, с точки зрения оленя - а сам он…

«Он был бы жертвой, добычей, если бы бежал или защищался! Ловкой, сильной, отважной, но только жертвой! То, что он сделал, не уронило, а возвысило его. А мы, эглат - мы остаёмся жертвами верных сыновей Феанора? Неужели мы ставим себя ниже?!»

Пожалуй, если бы подобные мысли пришли ему на ум ранее, он не оставил бы дом... Не так стоило прощаться с землями Гиль-Галада. И случайно ли, что именно Гиль-Галаду служит Астоворимо? Не случилось ли, что он, Трандуил Ороферион, невольно бежал от судьбы? Но вернуться синда не мог. Как бы он ни объяснил перемену решения, она будет выглядеть недостойно. Словно бы он так соблазнился камином и ужином, что позабыл о судьбе родичей. Он провёл ночь в конюшне, сняв одежду, слишком утомлённый и слишком проголодавшийся, чтобы прогревать её теплом своего тела. Уснул, не обращая внимания на холод - что ему, в лесу под кустом ночевать не доводилось? А утром, отряхнув куртку от приставшего сена, оделся и вернулся в дом.

+1

12

Вечер прошел совсем не так, как хотелось Астоворимо. Ужин потерял свой вкус, уют в доме осенней дождливой ночью, сменился на тягостное состояние. Трудно наслаждаться теплом и сытной едой, зная что за стеной от тебя кто-то проводит ночь в сырости, холоде и голодный. К тому же, когда сам провел не мало таких ночей и знаешь каково это.
Наскоро поев, нолдо отправился спать в свой купол, завернувшись в одеяла. Звезд не было, но зато были звуки дождя. Эльф долго не мог уснуть и ворочался, терзаемый своей нечистой совестью, пока наконец не понял что единственный путь выбраться из этой круговерти памяти, это погрузить себя в грезы. Что феаноринг и сделал.

Когда медленное и серое утро окончательно установило свою власть на небосводе, нолдо проснулся. Какое-то время он лежал на боку, без мыслей глядя на желтеющий лес вокруг. Роквен не ощущал унылости в этой погоде, но она звучала в созвучие со струнами его души. А потом он вдруг подумал: "Как там Трандуил? Должно быть уехал едва забрезжило." После таких мыслей валяться решительно не было возможным и Астоворимо встал, убрал постель, и, умывшись холодной водой, пошел готовить себе чай. Есть, опять же не хотелось, а вот травяной напиток, серым осенним утром - это было... уютно. Жизнь продолжается. Должна продолжаться. Все что сделано было сделано... А теперь впереди бессчетные годы расплаты. Так что нужно просто пить чай.

Едва феаноринг поудобнее устроился в плетеном кресле и укрылся вязанным пледом, как дверь снова заела-застонала. И на пороге появился Трандуил. "Интересно, он стучать умеет?" - подумал холодный нолдо вместо того что бы удивиться. А потом вслух спросил:

- Что-то случилось? - по тому что другого объяснения возвращению синда он найти не мог.

Астоворимо одет в давешние штаны и коричневую рубаху.

+1

13

Трандуил вошёл без стука - дом так же не принадлежал голдо, как и ему, и он знал, что не застанет Астоворимо в постели, которой просто не было в первой комнате от входа, и не подслушает случайно чужой разговор. Голдо, уютно устроившийся в кресле, обеспокоенно спросил:

- Что-то случилось?

Утром синда заметил то, на что вчера, в гневе от открывшегося, не обратил внимания. Астоворимо не выглядел виноватым, но не ответил на резкие и злые слова в том же тоне, ни словом не оскорбил ни самого Трандуила, ни его родичей, и продолжал держаться доброжелательно. И потом, тот, кто был принят на службу Гиль-Галадом, не мог оказаться одним из тех, самых худших среди голодрим, о которых упоминал Орофер. Государь Гиль-Галад был благороден и не приблизил бы запятнавшего себя нападением на беззащитных женщин и детей.

Трандуил улыбнулся Астоворимо, правда, не с той открытой весёлостью, как в миг, когда услышал о скором ужине. В чуть прищуренных глазах читался азарт, вызов - не то этому голдо, не то самому себе - и уважение.

- Вечером я получил урок от оленя, - он не знал, берут ли и голодрим, некогда учившиеся у Сил, уроки у цветов, птиц и зверей. Если и нет, эльф поймёт эльфа; это не то, что сообщаться с каким-нибудь наугом. - Знай, что я не числю тебя в недругах. Моё суждение о былом не переменилось, но эглат - не жертвы, а ты - не хищник, дальний родич. А случилось… случилось то, что нашу встречу уготовала судьба, и мне не след бежать от неё, что бы она ни несла. Именно в этот день встретить Арандура? Это не могло быть случайностью.

Подобно оленю, синда ныне доверялся тому, кто превосходил его, как эльда превосходил дикого зверя, и, не поступаясь собой, вверял себя его власти. Власти Владыки Судеб. Трандуил затворил дверь, но остановился на пороге.

«Ты вправе принять или отвергнуть».

Для себя он решил, что более не отвергнет добрую волю, но услышав отказ или требование оставить дом - попрощается и уйдёт, не прося ни о чём. Если голдо был готов принять его лишь промокшим и утомлённым, из жалости - говорить им не о чем. И это тоже будет знаком судьбы.

Отредактировано Thranduil (2017-03-23 11:09:22)

+1

14

Вместо ответа Трандуил улыбнулся. Астоворимо чуть чашку из рук не выронил от такой неожиданности. Руки дрогнули, слегка подостывший, но, к счастью, уже терпимый чай выплеснулся из полной до краев глиняной кружки и пролился на пальцы. Нолдо не удостоил инцидент внимания, даже не взглянув на руки. Но медленно кивнул, слушая слова родича. Что там олени, даже орки могут дать хороший урок - по крайней мере феаноринг не гнушался подбирать мудрость везде где он ее видел. А слова синдо были благородны и... что уж там... Приятны. Очень приятны.

- Тогда все же давай, для начала, просушим твою одежду, - ответил Арандур, вставая. Он не считал что разговор закончен, и хотел продолжить его, но... вот так, с продрогшим за ночь и голодным квэндо - это было не хорошо. - Я бы все же накормил тебя, - заметил Астоворимо, - мы бы узнали друг друга лучше, а после смогли бы поговорить о том... что действительно важно.

Нолдо дал немного времени своему гостю что бы решить хочет он принят предложения отдыха, или все же хочет говорить сперва, а потом двинулся на кухню разогреть остатки вчерашнего рагу и сделать к нему горячего вина со специями.
- Ты имеешь привычку вольно обращаться с дверями, - словно шуткой сказал аракано, но на самом деле это было пояснение к будущей фразе, объяснение, что он не следил за синдо. - Когда я закрывал дверь я видел как ты гладил оленя. Необычная картина. У тебя в роду не было маиар? До сих пор я знал лишь одну деву, что ходила в окружении олений.

+1

15

Ответ - или быть может, уже улыбка - оказались столь неожиданны для голдо, что тот расплескал чай, прежде, чем кивнуть и подняться.

- Тогда все же давай, для начала, просушим твою одежду, - сейчас не было сомнений, что это предложение вызвано не жалостью. Трандуил пришёл в дом не из-под вечернего ливня; но его куртка в самом деле оставалась влажной. Он оставил у входа лук и сапоги, и повесил на крючок как плащ, так и куртку, оставшись в золотисто-коричневых штанах.

- Я бы все же накормил тебя, мы бы узнали друг друга лучше, а после смогли бы поговорить о том... что действительно важно.

«Ты хочешь, чтобы я тоже ухватил клочок сена, прежде, чем уйти, Владыка Судеб?»

- Пусть будет так, - рассмеялся Трандуил; это от врага он не принял бы хлеба. - Моя последняя охота завершилась куда лучше, чем я ожидал, но ни ужина, ни завтрака мне не доставила.

С кухни скоро донеслись соблазнительные запахи.

- Ты имеешь привычку вольно обращаться с дверями. Когда я закрывал дверь, я видел, как ты гладил оленя. Необычная картина. У тебя в роду не было маиар? До сих пор я знал лишь одну деву, что ходила в окружении олений.

- Ты не видел, как дружат с лесными зверями нандор? - Трандуил пригубил горячего пряного вина. - К моей матери, Даннавэн, - она наполовину нандо - так и льнут исцелённые ей животные. Но я более схож с отцом, и я - охотник, а не целитель. Этого оленя я преследовал весь день, пытаясь застрелить, упорно и безуспешно. А он не только дозволил подойти, но выбрал меня в друзья и хозяева.. Поистине, более, чем необычная картина. Я никогда не слышал о подобном.

Отредактировано Thranduil (2017-03-23 15:18:19)

0

16

Трандуил был легок и весел. Феаноринг вздохнул ро себя. Да, голодная ночь в конюшне, но со спокойным сердцем, как ни странно может быть легче ночи в уютном доме, но мучимый прошлым.

- Пусть будет так, - рассмеялся Трандуил; это от врага он не принял бы хлеба. - Моя последняя охота завершилась куда лучше, чем я ожидал, но ни ужина, ни завтрака мне не доставила.

- Садись, можешь взять мой плед, - ровным голосом откликнулся Астоворимо, накладывая в миски вчерашний ужин. Благо его было в избытке. Давешним вечером нолдо едва прикоснулся к еде, а сегодня еще не завтракал. Но приход синда принес нежданную радость, а вместе с ней и аппетит.
На жаровне уже стоял медный ковш, в котором разогревалось вино. Нолдо занес было над ним руку с листьями, но остановился в задумчивость. "Нолдор готовят вино иначе чем другие, быть может предложить гостю положить специи самому, что бы было как он привык... а нет, не выйдет. Все равно у меня под рукой только мои специи." И рука вновь двинулась к ковшу, верша обычное домашнее волшебство, добавляя травы и сухие фрукты, смешивая струи Мира. При этом эльфу едва верилось в происходящее... слишком уж здорово это было - потомок Дориата вернулся в его дом и назвал его дальним родичем. И не чувствует вражды и обиды... Нолдо с трудом давил в себе желание не обращаться с Трандуилом как с хрупкой вазой редкой красоты.

- Ты не видел, как дружат с лесными зверями нандор? - Трандуил пригубил горячего пряного вина. - К моей матери, Даннавэн, - она наполовину нандо - так и льнут исцелённые ей животные. Но я более схож с отцом, и я - охотник, а не целитель. Этого оленя я преследовал весь день, пытаясь застрелить, упорно и безуспешно. А он не только дозволил подойти, но выбрал меня в друзья и хозяева.. Поистине, более, чем необычная картина. Я никогда не слышал о подобном.

- Я не жил среди нандор, - покачал головой роквен. - Мы имеем власть над умами кэлвар, у каждого есть кто-то прирученный, но это все домашние животные, с детства привыкшие жить среди квэнди. Встречал я и зверей, привязавшихся к тем кто их исцелил или спас. Но это не то же самое что быть окруженным дикими зверями, которые тебе ничем не обязаны, но при этом ищут твоего тепла. По этому да, я тоже нахожу твою встречу с оленем необычной. И уж тем более необычно что он решил служить тебе. Не иначе кто-то из народа Алдарона послал его тебе. Быть может в благодарность к твоей матери. А может по иной причине. Но в любом случае я не назвал бы это случайностью.

С этими словами феаноринг убедился что открытого пламени нет и вино томиться на углях. Потом он зажал под мышку две, совсем не нолдорские, плетеные циновки, а в руки взял столовые приборы и две дымящиеся миски с картошкой, мясом и кореньями.
Дойдя до стола, нолдо накрыл его к завтраку и жестом пригласил Трандуила присоединяться.

0

17

- Не иначе кто-то из народа Алдарона послал его тебе. Быть может в благодарность к твоей матери. А может по иной причине. Но в любом случае я не назвал бы это случайностью.

Голдо накрывал стол. Трандуил на миг задумался, как объяснит эту беседу и этот завтрак в доме эглат Ороферу - разумеется, он не собирался ни о чём умалчивать.

«Неужто отец хуже меня понимает, что у Судьбы не стоит стоять на пути? Быть такого не может! Да и неведомо, как бы он беседовал с Арандуром…»

- Прибавь к тому, что это произошло в день моей последней охоты в этих землях - в ближайшие дни мы с отцом покинем Линдон. Я бы назвал это Судьбой. 

Трандуил отрезал себе дичины, приметив, что она обложена картошкой. Эти коренья не росли в лесах - как видно, голдо брал их с собой, чтобы не столь зависеть от охотничьей удачи.  Коснувшись рукой плетёной циновки, как видно, сплетённой эглат, он полюбопытствовал:

- Ты заботишься об этом доме, но позволил расти мху на стенах и деревцу на крыше - и не для того, чтобы случайный путник прошёл мимо. Поступи так один из эглат, я бы счёл, что этот мох созвучен его настрою. Поступи так один из нандор - что он хочет вернуть лесу то, что некогда у него взял. О чём думаешь ты?

+1

18

- Вот как? куда же вы отправляетесь? - заинтересовался роквен. - Странно что я не слышал об уходе твоего Дома, хотя обычно новости что приходят к Араниону не минуют моих ушей...

Астоворимо не сомневался что если уходит лорд Орофер и его сын, то и их народ идет с ними. Такой порядок вещей был естественным для эльдар.

- Ты заботишься об этом доме, но позволил расти мху на стенах и деревцу на крыше - и не для того, чтобы случайный путник прошёл мимо. Поступи так один из эглат, я бы счёл, что этот мох созвучен его настрою. Поступи так один из нандор - что он хочет вернуть лесу то, что некогда у него взял. О чём думаешь ты?

Нолдо невозмутимо, и с тихим удовольствием, разбирался с едой. Вопрос Трандуила был не тем, что ожидал услышать нолда. Эльда приостановился и покрутил в пальцах вилку, подбирая слова.

- Этот дом был оставлен... Оставлен внезапно, и против воли. Я не знаю его истории, но понял это набредя на него однажды, так же как и ты, случайно. Я, как ты правильно заметил ранее, не хозяин ему, я не чувствую себя вправе вмешиваться в его судьбу, что бы отстраивать, либо навсегда сжечь... Но мне показалось что дому будет очень одиноко доживать свой век пустым. И я превратил его в свой дворец, в свою резеденцию. - губы нолда дрогнули в странной улыбке, которую мог бы прочесть лишь внимательный собеседник: мимолетная смесь издевки, гордости и тоски, отразились в губах эльфа. О том что связь пустого умирающего дома и оставшегося одиноким среди родичей лорда была для Астоворимо более глубокой чем он сказал, феаноринг поведать не мог. Мешали гордость и что-то еще... быть может еще большая гордость. А может быть эта связь просто была сокрыта в темном кубке страдания, куда феаноринг не хотел даже заглядывать.
- Я многие вещи привез в этот дом из Форлиндона. Сложнее всего было привязать к лошади кресла, - усмехнулся он. - Запомни дорогу. Если вдруг будешь в землях Линдона - можешь пользоваться моей резиденцией.

Нолдо вновь принялся за еду и вдруг вспомнил сон, что снился ему этой ночью.

http://s8.uploads.ru/t/NVDrz.jpg

Отредактировано Astovorimo (2017-03-24 18:07:17)

0

19

- Вот как? Куда же вы отправляетесь? Странно,  что я не слышал об уходе твоего Дома, хотя обычно новости что приходят к Араниону не минуют моих ушей...

- Орофер ещё не сказал о своём решении Государю Гиль-Галаду. И эглат не делятся по Домам, - заметил Трандуил. Само понятие «Дома» казалось ему связанным с раздорами и междоусобицами. - Да и отца моего неверно называть Лордом — он не владеет землями, хотя многие чтят его как одного из советников Государя Тингола, позже Короля Диора, одного из знатнейших в Дориате после родичей Короля Тингола. Сколько из тех эглат и нандор последует за Орофером — мне в точности неведомо. Здесь, в Линдоне, он и не может стать никем иным, чем советник погибших королей и один из первых земли, которой нет.

Последние слова принадлежали Ороферу, но тот произнёс бы их с горечью, а Трандуил —  словно отделяя чертой то, что уже становится прошлым, от близкого уже будущего. Он был юн, любознателен и полон надежд, потому, не остановившись на этих словах, с воодушевлением продолжил:

- Но на востоке нас ждут просторы вольных земель, у которых нет властителей, где только мы определим, как жить и какие вводить обычаи. Дикие леса, которым не грозят топоры людей или наугрим, нехоженые тропы, птицы и цветы неведомых краёв. Быть может, мы достигнем самых Вод Пробуждения — многие мечтают жить там, подобно первым из эльфов.

Пока он говорил, Астоворимо неторопливо разделывался с завтраком; заметив это, Трандуил тоже приступил к еде, навёрстывая упущенное, но не допуская излишней спешки. На вопрос о доме он ответил, что не чувствует себя вправе вмешиваться в его судьбу, не будучи хозяином. Эти слова понравились сыну Орофера — голдо не присвоил оставленный дом эглат себе, уважая ушедших.

- Я многие вещи привез в этот дом из Форлиндона. Сложнее всего было привязать к лошади кресла. Запомни дорогу. Если вдруг будешь в землях Линдона - можешь пользоваться моей резиденцией.

Похоже, голдо именовал Форлиндоном только самое побережье, а не все земли до Эред Луин. Быть может, потому, что в лесах у гор голодрим не жили.

- Дорогу я уже запомнил, но едва ли мы вернёмся сюда из восточных лесов. Встретимся ли мы ещё - не знаю. Как только я вернусь, мой отец известит Государя Гиль-Галада, и мы отправимся в путь. Тогда я и узнаю, кто почитает Орофера Лордом, а кто только чтит его род и былые заслуги.

Отредактировано Thranduil (2017-05-19 20:44:40)

0

20

Нолдо задумчиво покачал головой.

- То что ты говоришь мне, Трандуил, очень напоминает мне... времена моей юности. Именно так когда-то юные нолдор говорили собираясь в Земли-под-Звездами. Мои пожелания и благословения ничего не стоят, но, пусть будет ваш путь радостен, а обретенное вами хранимо и подвластно вам столько времени, сколько вы пожелаете. - "И да не будет над вами ни древних клятв, ни старых обид. " - закончил нолдо про себя. - Как интересно все повторяется в этом мире...

- Дорогу я уже запомнил, но едва ли мы вернёмся сюда из восточных лесов. Встретимся ли мы ещё - не знаю.

- Неужели тебе не будет хотеться вернуться и навестить места где ты вырос? - спросил Астоворимо, хотя его голос вряд ли напоминал вопрошающий. Феаноринг знал как Изгнанники тосковали по оставленным землям, друзьям и родичам и ему было сомнительно, что имей нолдор возможность время от времени гостить в Амане, они бы этим не пользовались. Ну... если бы не было войны и крови между ними.

- Как только я вернусь, мой отец известит Государя Гиль-Галада, и мы отправимся в путь. Тогда я и узнаю, кто почитает Орофера Лордом, а кто только чтит его род и былые заслуги.
Холодная улыбка скользнула по лицу аракано. Трандуил произнес слова мягко и скорее рассудительно, но все же они оставались именно теми словами что звучали в Валинорэ во времена Непокоя.

- Аранион сейчас в отъезде, - заметил роквен. - Возможно Ороферу придется подождать, либо обратиться к Элеронду, родичу и оруженосцу Нолдарана. Ну... или сказать кому-то из советников Короля. - Астоворимо прикидывал с кем было бы лучше и удобнее встретиться бывшему лорду (что бы там не говорил Трандуил) Дориата.

+1

21

- То что ты говоришь мне, Трандуил, очень напоминает мне... времена моей юности. Именно так когда-то юные нолдор говорили собираясь в Земли-под-Звездами. Мои пожелания и благословения ничего не стоят, но, пусть будет ваш путь радостен, а обретенное вами хранимо и подвластно вам столько времени, сколько вы пожелаете. Как интересно все повторяется в этом мире...

Слова голдо звучали странно, и Трандуил чуть нахмурился - не сердито, а сосредоточенно.

- Не ожидал, что наш народ можем в чём-то поступать подобно твоему - кроме того, что обще всем эльдалиэ. Ваш народ в те дни был иным?

Для самого голдо, кажется, оказались неожиданными слова Трандуила о том, что он вряд ли вернётся. Сейчас синда не жалел ни о чём, хотя, когда он только выехал на эту охоту, им владели иные мысли и настроения.

- Я чувствую, что ухожу навсегда. Это будет подобно завершению одной песни и началу новой. Если бы я после и совершил обратный путь, это не будет возвращением, - пожал он плечами. То, что его семья живёт — уже жила - южнее, он упоминать не стал. Это казалось очевидным: большинство синдар жило либо в Митлонде, либо в Харлиндоне. И это не было никаким препятствием к тому, чтобы бывать и северней, как не было препятствием сейчас. - А если захочу навестить оставшихся здесь друзей и родичей, то пошлю им весть, ведь дорога длинна.  Они двинутся на восток, я — на запад, и мы встретимся по пути. Не в Линдоне.

На замечание Астоворимо, что Гиль-Галад ныне в отъезде, Трандуил ответил:

- Хорошо, что я узнал заранее - я передам отцу известие об отъезде Гиль-Галада. Мы найдём Элронда в Форлонде?

Он уже завершил завтрак и поблагодарил Астоворимо.

Отредактировано Thranduil (2017-05-20 13:35:22)

+1

22

Астоворимо говорил от чистого сердца, но похоже Трандуилу было не слишком радостнослышать его пожелания.

- Не ожидал, что наш народ можем в чём-то поступать подобно твоему - кроме того, что обще всем эльдалиэ. Ваш народ в те дни был иным?

- Не думаю, - покачал головой аракано. - Мы всегда были одинаковы, - и мрачно усмехнулся чему-то своему.
- Я не пытаюсь нас сравнивать, - ровно проговорил лишенный эмоций голос, - просто говорю то, что вижу.

Синда говорил очень странные вещи про свой уход: либо он просто был юн и не знал о чем говорит, либо его народ был слишком другим, что... - Астоворимо задумался  - в принципе могло быть. Но.. все равно... А в прочем не важно. Время покажет, но это история Трандуила, а не его и вряд ли нолдо будет интересоваться развитием сюжета.

- Хорошо, что я узнал заранее - я передам отцу известие об отъезде Гиль-Галада. Мы найдём Элронда в Форлонде?
Нолдо поднялся что бы убрать тарелки и снять со огня вино. Горячее вино промозглым утром, когда смотришь на вымокший лес из уютного окна... "И тем более если всю ночь провел в конюшне", - подумал роквен, кинув быстрый взгляд на гостя.
- Я не слышал что бы Элерондо куда-то планировал отлучиться - Астоворимо говорил на синдарин, но имена все равно использовал те что ему были привычнее. - Думаю вы без труда найдете его.

Эльф маленьким ковшиком разлил вино по двум толстым глиняным кубкам, покрытым черно-серебристым узором на темно-синем фоне. Поле чего предложил Трандуилу пересесть в плетеные кресла к окну. Кубки и деревянную миску с сушеными яблоками Астоворимо поставил между ними на небольшом столике.
Каким бы нелюдимым и мрачным не выглядел феаноринг, но было видно что в своем жилище он продумал каждую мелочь и окружил себя простыми (очень уж простыми для нолдо), но делающими жизнь комфортной, вещами.

- Ты собираешься сказать о нашей встрече Ороферу? - Голос нолдо был как обычно спокоен, словно они обсуждали привычные, обыденные вещи.

+1

23

Голдо помрачнел, а голос его сейчас звучал, пожалуй, слишком ровно. Трандуил, удивившись его словам о своей юности, не ответил на добрые пожелания (которые, по его же словам, ничего не стоили), но он догадывался, что настрой Астоворимо вызван совсем иным. Очередным напоминанием о его прошлом. Орофер тоже нередко вспоминал о нападении на Дориат или погибших землях Белерианда...

Расспрашивать, что именно вспоминает Астоворимо, Трандуил не намеревался. Они не были близки, чтобы голдо мог желать поделиться с ним личными бедами и утратами; а сам синда менее всего желал бы услышать от былого вассала Лорда Маэдроса подробности одного из Братоубийств. Трандуил более не считал его врагом, мог беседовать с ним и принять его гостеприимство или, при нужде, оказать помощь. Однако проходившая по былому грань между сыном знатного дориатца и голдо Дома Феанора не исчезла.

Ход беседы почти подводил к иным расспросам - об Амане; но Ороферион, будучи любознателен, Западом никогда не интересовался и не задавался вопросами о нём, даже видя уходящие корабли. Это не было сколько-нибудь осознанным избеганием, но врождённым свойством, довольно обычным для синдар, выросших на побережье. Благодаря этому они не ведали тоски по Западу, что овладевала их родичами при виде Моря.

Астоворимо вновь разогрел вино, предложив пересесть в плетёное кресло. Ароматы вина, яблок, дерева, дымка смешивались в единый запах изобильной и щедрой осени - такой, какой она является в дома. И заглядывает в окна, как сейчас.

- Ты собираешься сказать о нашей встрече Ороферу? - спросил голдо.

- Разумеется, я не стану ничего скрывать, - ответил Трандуил. - Не знаю, как отец отнесётся к ней, но, думаю, он куда лучше меня прочтёт знаки судьбы.

+1

24

Не смотря на то что Трандуил вернулся в дом и согласился примириться с нолдо, Астоворимо чувствовал что атмосфера в комнате очень натянутая - слишком разными были двое эльфов, даже учитывая что, оказывается, их народы были схожи. В чем-то. Но он не знал что делать в таких случаях. Эльф воспринимал подобное состояние как продирание сквозь что-то утомительно-вязкое, словно ты проталкиваешь перед собой время.

- Разумеется, я не стану ничего скрывать. Не знаю, как отец отнесётся к ней, но, думаю, он куда лучше меня прочтёт знаки судьбы.

Феаноринг кивнул.
- Судьба и ее знаки это очень занятно. - А потом вдруг неожиданно улыбнулся - И бесполезно. Но - в чем ты видишь судьбу в нашей встрече? Хотя вряд ли она случайна.

Дав родичу ответить нолдо продолжил

- Я думал что твой народ, подобно тэлери, всегда не тороплив, а мой - горяч и нетерпелив. Но смотри! Долгие столетия проходили, а мы, нолдор Непокоя, все так и не собрались в Земли-под-Звездами, а только все лишь собирались и готовились. Вы же - решили, столь быстро что новость не разлетелась по Форлиндону, уезжать, и вот - ныне уже готовы. - Эльф хмыкнул, очевидно находя ситуацию забавной, и качнул головой.

+1

25

- Судьба и ее знаки это очень занятно. И бесполезно. Но - в чем ты видишь судьбу в нашей встрече? Хотя вряд ли она случайна, - улыбнулся голдо, сидя в кресле напротив Трандуила. Их разделял лишь столик, на который Астоворимо поставил глиняные кубки с вином; и вино, и самые кубки были весьма приятны.

- Уверен, она не могла быть случайна, - отозвался синда. - Мы покидаем Линдон, и я набредаю на покинутый эглат дом, которого прежде не видел. Я встречаю тебя, Арандура, перед тем, как мы намеревались сообщить Гиль-Галаду о своём уходе. И впервые беседую с тем, кто прежде служил сыновьям Феанора. Этого не случилось бы и сейчас, если бы олень нежданно не преподал мне урок, и я не вернулся. Я буду помнить его; правда, я ухожу из земель, где живёт твой народ. Возможно, благие пожелания, за которые я позабыл тебя поблагодарить, всё же многое значат? Или нечто из сказанного нами однажды вспомнится и окажется важным? Или нам, вопреки моим ожиданиям, суждена важная встреча в будущем? Я не знаю. Но случайности так не сплетаются.

Выслушав ответ, Астоворимо заговорил вновь:

- Я думал что твой народ, подобно тэлери, всегда не тороплив, а мой - горяч и нетерпелив. Но смотри! - Трандуил вслушался в его слова - кажется, они могли показать его собственный народ с неожиданной стороны. - Долгие столетия проходили, а мы, нолдор Непокоя, все так и не собрались в Земли-под-Звездами, а только все лишь собирались и готовились. Вы же - решили, столь быстро, что новость не разлетелась по Форлиндону, уезжать, и вот - ныне уже готовы.

Синда рассмеялся, качнув головой.

- Разве тэлери ведут долгие обсуждения, прежде, чем уйти в плаванье? Отцу и века назад было не душе жить под владычеством Гиль-Галада. Но вести о желаниях и думах не разносятся по Линдону - для того понадобились бы многие речи. А именно сейчас мы уходим по той же причине, по какой именно сейчас, не месяцем раньше или позже, пожелтели листья. Время пришло.

Допив вино, он поблагодарил Астоворимо, оделся и вышел за дверь. Олень дожидался его в лесу близ конюшни и приблизился, когда Трандуил вывел из неё свою лошадь. Тот с улыбкой кивнул благородному животному, спокойно ожидавшему нового хозяина. Но стоило ему сесть верхом, как олень затрубил и наклонил рога. Конь испуганно дёрнулся, и синда вновь спрыгнул на землю.

- Будешь ещё пугать моего коня, и тебе придётся стать верховым оленем, - обратился он и словами, и мыслью, и тут осознал: лесной зверь хочет именно этого.

Вновь рассмеявшись, Трандуил сел на оленя верхом и, вскинув руку в прощальном жесте, обернулся к дому.

- Удачи тебе - в час, когда ты не будешь её ждать! Прощай!

Гордо поднявший могучие рога олень двинулся в лес, повинуясь всаднику. Конь его скакал рядом - поначалу опасаясь слишком приблизиться, затем понемногу осмелев.

Трандуил нёс Ороферу весть об отъезде Верховного короля нолдор. А заодно - о самой необычайной из охот и самой необычайной из встреч, какие только бывали в его жизни.

+1

26

-А именно сейчас мы уходим по той же причине, по какой именно сейчас, не месяцем раньше или позже, пожелтели листья. Время пришло.

Нолдо слушал Трандуила и думал о том какие они разные. И как это интересно, когда целый народ может жить в такой гармонии с Песней Арды  - время пришло и они уходят. Такое случалось у отдельных квэнди, у друзей, но у народа... Все разное. И все понятное. И еще почему-то подумалось о людях, и об их завороженности эльдар, и о том как удивительны в своей несхожести эльфы в их Смертных глазах.

Нолдо вышел на порог, проводить своего необычного гостя, и оперся спиной о крыльцо. Похоже у Трандуила были необычные и насыщенные сутки, думал нолдо, глядя на непростые отношения сндо, коня и оленя.

- Удачи тебе - в час, когда ты не будешь её ждать! Прощай!

- Спасибо! - откликнулся феаноринг и загадочно улыбнулся. А потом так же вскинул руку в прощальном жесте.

Потомок Дориата удалился, а Астоворимо вернулся в дом. Он распахнул окно, что бы начинающий теплеть от вышедшего солнца воздух заглянул в комнату. Потом эльф собрал и вымыл всю посуду и прошел на веранду. Сидя в кресле-качалке эльф шлифовал еще пока в черне обработанный рог, из которого хотел сделать охотничий рожок. И думал ни о чем и обо всем одновременно: о том какое голубое и прозрачное небо, о том что он говорил с сыном Орофера и теперь Орофер будет недоволен наследником, о том что завтрак получился на диво приятным, о том что этот рог можно украсить кусочками дерева.
И все было хорошо и недвижно, но под спокойствием незаметная бурлила жизнь.
И еще эльф подумал что однажды напомнит мирозданию о полученном ответном благословении - об удачи, которая придет, когда ее не будешь ждать.

Прозрачный воздух наполнялся сиянием ослепительно-прекрасной Ариэн, щедро посылающей золотые копья лучей, пронзающие навылет блистающие желтым и багряным листья. Смертная красота... Щемящая и завораживающая, которую нужно видеть именно сейчас, наслаждаться ею, вдыхать сладковато-горький запах осени... По тому что завтра этой красоты уже может не быть. Вместо нее придет смерть - листья буро-темными комьями будут гнить в лужах, лес встанет затихшим и голым, до тех пор пока прекрасная, но холодная дева-Зима не сокроет все своим серебристо-белым шлейфом. И Астоворимо подставлял лицо этому прощальному моменту Жизни.

+1


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Форлиндон, осень 878 г. В.Э.) Последняя охота в Линдоне