Путь в Средиземье

Объявление


Добро Пожаловать!


 

Поговорим о союжете. Что происходит в Средиземье осенью этого года?

С помощью новых игроков мы запустили Белый Совет - большой, важный и очень вкусный квест про дипломатию, Кольца Власти и не только. С этой значимой вехи начинается сюжетная линия северных земель. Сам Совет загружен игроками под завязку. Но как только мудрые мира сего закончат заседать в Ривенделе, линия событий пойдёт вширь и вглубь, так что места хватит всем! Нам нужны эльфы, гномы, умайар и один властолюбивый дракон. Как говаривал Майкл Бэй: “ЭКШН, ЭКШН, ЭКШН!”. За подробной информацией обращайтесь к Администрации.


Список персонажей Правила Сюжет Ситуация в мире Шаблоны анкет Акции
Администрация
Sauron  372279461
Rava

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Дальний Харад, 13 февраля 2221 В.Э.) The Temple of the Eternal Evil


(Дальний Харад, 13 февраля 2221 В.Э.) The Temple of the Eternal Evil

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Место: западные джунгли Дальнего Харада.
Время: 13 февраля 2221 года В.Э.
Участники: Саурон (ГМ), Рава, Анкалимон и экспедиция нуменорцев.
Описание: Нити Судьбы запутанны и неясны. Одной лишь Вайрэ ведомо, каким причудливым образом порой сплетаются судьбы. Нуменорским колонистам нужен загадочный храм, вокруг которого блуждает множество страшных легенд. Диким чернокожим аборигенам нужен мрачный храм, в чьих стенах томятся предания их далёкого прошлого, о котором они предпочитают не вспоминать. Даже живущей среди них эльфийке за каким-то балрогом понадобился этот храм! Что же в нём такого особенного?
Примечания: одно из вступлений для квеста "Король умер. Да здравствует король!". Активный мастеринг, ведущий описывает последствия действий игроков.

Уважаемые игроки! Убедительно просим вас указывать в конце ваших первых игровых постов информацию об инвентаре ваших персонажей: в него входят оружие и предметы, что имеются у героев с собой. Также рекомендуем добавить пару слов об их одежде. Позже члены АМС оформят эти данные во вступительном посте темы.
Спасибо!

Инвентарь
Снаряжение Равы

Пара одноручных клинков, бурдюк с водой, несколько ломтей вяленого кабаньего мяса, походный нож, малое магическое кольцо. Из одежды: сшитые меж собой лоскуты вываренной кожи и шкуры убитых животных.

Снаряжение Анкалимона

1. Легкая кольчуга и короткий плащ
2. Меч в заплечных ножнах (в лесу неудобен, поэтому больше висит грузом, чем используется)
3. Метательные ножи на перевязи
4. Тяжелый нож в поясных ножнах
5. Фляга с водой.

0

2

- Шамааан!  - высокий голос подростка разорвал предутреннюю тишину. – Шамааан!
Фабула многим отличался от сверстников. Он любил рисовать, и картинки его имели на удивление стройный вид. По крайней мере, на них можно было точно различить человека и мумака. Он любил смотреть на звёзды, часто задавал странные вопросы. А ещё, он был напрочь лишён почтения к старшим и дико нетерпелив. И так и не смог усвоить разницу между шаманом и ведуньей. Вот почему, не получив ответа в течение пяти секунд, чернокожий юнец схватил лежащую рядом палку и принялся очумело молотить ей о ствол могучего баобаба, вопя:
- Беда, шаман, бедааа!
И это – в самый желанный для сна час, когда солнце только-только взошло над джунглями и ещё не успело толком распалиться для дневной работы! Пацан был довольно высок для своих лет, но как и многие члены племени – сухощав. Его голову венчал дизайнерский головной убор из половинки ананаса и перьев экзотических птиц, а глаза были обведены белилами.
С последними была связана занятная странность: у всех прочих племён южных джунглей, исключая пигмеев и зверолюдей-полуорков, глаза были белыми, без радужки. Племя Равы было в этом плане исключением, и было вынуждено маскироваться, смазывая себе веки белой глиной. Не сказать, чтобы это сильно помогало, глаза того же Фабулы поблескивали, точно пара чёрных жемчужин, но туземцы предпочитали не выделяться. Меж тем, нетерпеливый отрок намеревался бить палкой о ствол до тех пор, пока «шаман» не явит миру свою заспанную физиономию.

0

3

Рава не спала. Как и всегда, впрочем. Помнится, на рассвете ее отношений с харадцами последние жутко удивлялись этой особенности. А потом и вовсе смекнули, что и впрямь - ни к чему Духу в оболочке бродить по миру Теней. В то время, пока члены племени дремали в своих юртах, эльфийка находила себе другие увлекательные занятия. Сейчас, когда сезон дождей плавно подходил к концу, и небо все чаще открывалось, эльдэ много времени проводила за любованием звездами и беспокойными думами. Или же, как сегодня, занимала себя поиском древесины для посуды и племенного кострища. Она как раз приближалась к месту стоянки с очередной партией подсушенных ветвей, вдыхая ароматы разгоравшегося утра, когда до ушей ее донесся шум и крик. Прибавив шагу, Рава миновала ряд природных рвов и спутавшихся лиан, повернула раз, другой, пока не вышла на присыпанную землей и вытоптанную площадку. Обтянутые шкурами юрты ютились друг к другу, точно пытались согреться, а ближе к центру догорал, обложенный камнями, общинный костер.
В спешке сбросив с себя тяжкую ношу, девушка кинулась к юнцу, что молотил сейчас палкой ни в чем не повинное дерево.
- Фабула! - строго окликнула его эльдэ прежде, чем приблизиться и опуститься перед мальчиком на колени. - Тише, ты разбудишь своих братьев и сестру. Что случилось? Что за беда?

0

4

Услышав сзади знакомый голос, паренёк ещё какое-то время стучал по дереву, чисто по инерции. Потом резко обернулся и зажмурился. Нет, он знал, что существо, обитающее в юрте, способно делать удивительные вещи из глины и камней, ходить во сне и делать прочие штуки, но с телепортацией сталкивался впервые, и несколько секунд пребывал в суеверном страхе. Впрочем, срочность его дела быстро согнала с него оцепенение и мальчик затараторил:
- Инджаба ушёл в храм, я ему говорил, все ему говорили, но он вбил себе в голову, что там есть сокровища! Он хотел подарить маме кольцо из горящего камня, говорил об этом целыми днями. А сегодня утром он исчез и забрал с собой копьё и мою ритуальную маску от сглаза! Он точно пошёл в Злой Храм…
Фабула выпалил всё это на едином дыхании, и сейчас замолчал, часто дыша. Наконец, он поднял глаза на эльфийку и тихо спросил:
- Теперь духи съедят Инджабу?
Храм тот был местом запретным, ходить туда было одним из строжайших табу племени. Поговаривали, что там обитают злые духи джунглей, что путников, остановившихся поблизости, преследовали ужасные видения. В стенах того храма гудел ветер, и силуэты крупных обезьян мелькали на вершине ступенчатой пирамиды. Рава уже была там, и не нашла ничего, кроме ветхих камней и нечётких барельефов. И тролля, но с ним всё обошлось как нельзя лучше. И в принципе, ничего особенного опытному охотнику, которому недавно минул аж 18-й год, не угрожало. Вот только на душе у эльфийки внезапно потемнело от дурного предчувствия.
Но вот, солнце окрасило изумрудом листву окрестных деревьев, всё вокруг, до последней кочки, охватило мягкое тёплое сияние. Джунгли таили в себе смертельную угрозу, но поселение племени излучало прям-таки физическое ощущение уюта. Может быть, не стоит никуда ходить? Пусть юный Инджаба набьёт себе шишек в компании обезьян и вернётся домой, потом умнее будет. Но чёрные глаза Фабулы смотрели на Раву с ясно выраженной мольбой, и дурное предчувствие, изгнанное рассветом, оставило на душе эльфийки тёмный след.

0

5

Инджаба был не по годам смышлен и ловок: он проявлял недюжинную сноровку на своем посвящении в шринкхум*, первым учуял зверя и добил того быстро и без лишней жестокости, что некогда была свойственна охотникам его племени. Но как и всякий юноша, что готовился стать мужчиной, он был своеволен и упрям - об этом Рава знала не по наслышке. Как и обо всем, что происходило с ее нынешней семьей, с каждым ее членом. Она знала всех.
- Что ты, Фабула, - ее тон смягчился, и эльфийка осторожно сжала пальцами хрупкие детские плечи, ловя на себе обреченный взгляд, - с ним все будет хорошо. Духи его не тронут.
Возможно, Рава сказала бы что-то еще, но темный силуэт, что приближался к ним сбоку, отвлек ее внимание. То была пожилая женщина в расшитых перьями шкурах и массивном ожерелье из крупных деревянных и костяных бусин. Она ступала неспешно, немного прихрамывая и потому опираясь левой рукой на выделанную из баобаба трость. Вид у нее был крайне встревоженный.
- Уга, - кивнула ей эльдэ, поднимаясь с места, - Инджаба пошел в северный Мертвый Храм. Мне нужно идти следом.
Женщина окинула Раву удивленным взглядом, замерла, будто задумавшись о чем-то, а после засеменила в соседнюю юрту. Скрывшись в ней, она долго копалась в складах глиняной посуды, пока не вышла в свет вместе с двумя полупустыми чашами. Фабула, знающий традиции своего народа, тут же подбежал к ней, выхватывая из рук сосуды с разведенной водой глиной. Рава же покорно ждала, зная о необходимости подобного ритуала: ибо знаки, выведенные на теле человека, защищали его от злодеяний Темных Духов. Разумеется, то было лишь предание старых предков, но оно неукоснительно соблюдалось племенем из поколения в поколение, поскольку в нем заключалась суть их веры. Рисунок выводился исключительно шаманом, одним из которых ныне и являлась Уга. Она, как и полагается, унаследовала место своего отца, и уже много лет следила за порядком в общине. Рава видела: ее силы были на исходе, и пусть не сейчас, но потом эльфийке придется воспеть над угасшим телом Уги молитву Духам Тени. Так же, как она когда-то делала это над телом ее отца.
Выводя грубый глиняный узор, шаманка просила Светлых Духов уберечь Раву от бед и придать ей сил. И когда все формальности были учтены, Уга осторожно, с особым теплом коснулась белой девичьей щеки. И было в этом жесте нечто особое, материнское, хотя никто более из членов племени никогда этого не замечал. Эльдэ взглянула на женщину, украдкой погладив ее руку, и поняла, что тревога в ее душе с каждой минутой нарастала все больше. Не понимала только, отчего.
Закончив с обрядом, девушка проскочила в свою юрту, накинула на себя пояс с клинками, перекинула через плечо лук и стрелы, прихватила пару полезных мелочей и была уже готова кинуться стрелой в лес.. но на выходе прямо под ноги ей попалась невысокая чернокожая девчушка. Она смотрела на Раву с некоторым испугом и твердым намерением выступить с речью, но эльдэ опередила ее, ибо не было больше времени ждать.
- Икки, скажи своей матери: я вернусь с ее сыном, - уверенно заявила Рава и, не дожидаясь ответа, широкими шагами устремилась к зарослям. Миновав старый баобаб, она почему-то обернулась, хотя никогда прежде этого не делала, окинула взглядом залитую солнцем стоянку с пробудившимися аборигенами и, пересиливая странное тянущее чувство, перешла на бег.

* охотник племени

0

6

Весть о том, куда направилась Рава, быстро разнеслась по селению. К тому моменту, когда эльфийка отправилась в путь, ей вслед было устремлено множество обеспокоенных и любопытных взглядов. Никто, конечно, не думал запретить ей поход в храм, влезать в дела сверхъестественных созданий дураков не нашлось. И всё же, люди беспокоились за этого странного лесного духа с острыми ушами, который столько сделал для их племени.
Путь до храма дался Раве легко: утренний лес был тих и спокоен, солнце приятно пригревало сквозь кроны деревьев. В кронах и кустах порой слышались шорохи, но никто не пытался сцапать двуногую дичь. Вокруг царила спокойная безмятежность, тишина была подобна мягкому покрывалу, укрывшему лес во время блаженного предутреннего сна. Так длилось несколько часов.
Пока из лиановых зарослей напротив не донёсся трубный, яростный рёв. Деревья и опутывающие их зелёные змеи закачались, послышался треск, земля под ногами у эльфийки ощутимо задрожала. К одному звериному рёву прибавился второй, третий, и вскоре уже сами джунгли вокруг содрогались от страха перед неведомой угрозой. И вот, деревья впереди с треском разлетелись в стороны, и на Раву обрушилась живая грохочущая и ревущая лавина.
Мумакил. Это были огромные и свирепые родичи слонов, каждый - с четырмя-шестью бивнями и взглядом, обезумевшим от боли и ужаса. Чудовища мчались плотной группой, оставляя за собой широкую просеку. Всё, что становилось у них на пути, либо отшвыривалось в сторону, либо было раздавлено. Эти чудовищные существа обычно не были агрессивны, но сейчас ими двигало одно единственное желание - убраться отсюда как можно дальше, и как можно скорей! Пыль столбом поднималась там, где проходило стадо. К счастью, животные двигались клином: самые сильные и крупные бежали впереди, другие следовали за ними или держались по бокам, неизбежно отставая, так что у Равы был шанс спастись.
Но вот вопрос… что могло так напугать этих громадных зверей, чью кожу не брали ни копья, ни стрелы, чьи бивни валили деревья, от кого бежало большинство зверей, за исключением ужаснейших из тёмных тварей? Что могло напугать стадо до такого состояния? За всю свою жизнь в джунглях, она ни разу не видела ничего подобного.

0

7

Пока солнце поднималось над зелеными джунглями, Рава успела несколько раз сменить бег на хотьбу, и обратно. Она надеялась застать Инджабу на подходе к храму, несколько раз кликала его по имени, но в ответ ей раздавались лишь озадаченные переговоры диковинных птиц. И когда она вновь позвала юного охотника, просто по наитию, не рассчитывая на отклик, лес внезапно смолк. Это были тревожные несколько секунд тишины, когда, казалось, даже ветер в страхе перестал теребить зеленые охапки листьев. Эльфийка остановилась, вслушиваясь. До ее чутких ушей доносился странный шум, напоминающий гул водопада. Этот звук нарастал, преображался, обретая новые формы и оттенки, а после и вовсе дополнился жутким трубным ревом. Когда же землю под ногами девушки пробило на мелкую дрожь, той хватило ума и сноровки, чтобы повернуть в сторону и припустить что есть духу. И очень вовремя, поскольку мгновения спустя треск и грохот оглушили ее. В суматохе Рава уловила, как нечто огромное неслось на нее, как летели щепки и поднималась пыль, точно смерч проносился сейчас сквозь джунгли. Она упала в неглубокий ров, оглядываясь и в ужасе созерцая плотно овитое лианами дерево, которому не хватило веса разорвать все свои путы и рухнуть дикарке на голову. Поспешно выбравшись на свет, Рава ошалелым взглядом проводила последнюю тройку мумакил, тех, что были послабее и помоложе. Она попыталась потянуться к ним мыслями, дабы понять причину их буйства, но в ответ получила лишь волну страха и ярости, которую поспешила оборвать. Этим огромным животным не свойственно было обитать в лесах: это значило, что нечто напугало их настолько, что они были вынуждены покинуть нажитое место. К счастью, через пару сотен метров стадо ожидал небольшой открытый участок, где оно, вымотанное беготней и не имеющее возможности вытоптать еще пару гектаров леса, скорее всего успокоится. В отличие от Равы.
Это необычное явление порядком ее взволновало, как и то, что по пути бегства мумакил находился злополучный храм. Находясь в мучительном поиске причин и следствий, эльдэ не сразу обнаружила себя, сжимающей рукоять одного из клинков. Ей потребовалось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы привести мысли в порядок и смерить биение собственного сердца. Лишь затем, обходя стороной чреду поваленных деревьев, Рава вновь возобновила шаг.

+1

8

Прошедшее мимо стадо оставило за собой широкий пыльный след, приглушивший зелень джунглей и золото восходящего солнца. Последнее уже приближалось к полуденной отметке. Вскоре здесь станет очень жарко, и лес замрёт на короткое время. Он и сейчас был почти мёртв: не пели птицы, не шуршала трава…
- Кха-кха… - вдруг донеслось из-за дальнего поваленного ствола.
Широкие папоротниковые ветви поваленного дерева образовали непроницаемый для глаза зелёный шатёр. И сейчас этот шатёр двигался, подрагивал в такт движения неведомого существа.
- Кхе-кхе!
Зелёный полог задрожал, зашатался, а потом сквозь него проступили очертания неведомой твари: огромная голова с парой недлинных рогов и широким воротником, длинные руки и ноги, и ещё более длинный остроконечный хвост. Вот, конструкция качнулась в одну сторону, в другую – существо дёргалось, пыталось освободиться. Вот верхняя часть веток раздвинулась, и сквозь неё протиснулось лицо демона, красное с синим и белыми косыми чертами подле глаз. Лик твари украшали изогнутые рога, над его лбом вздымался красный роговой вырост. Ужасное зрелище, способное вогнать в трепет даже бывалого охотника.
Но вот, «тварь» неуклюже перевалила через загромождение веток, запнулась, вскрикнула и растянулась в пыли. Ритуальная маска, выполненная с большой искусностью и старанием, отлетела в сторону, и на Раву уставились покрасневшие от пыли глаза Фабулы. Паренёк с трудом извлёк из зарослей копьё, которое на первый взгляд сквозь зелёный полог показалось длинным зазубренным хвостом, и поднялся на ноги.
- Кхе-кхе… Никогда не видел ничего подобного! – невинным тоном заявил он, озираясь в поисках потерянной маски.

0

9

Знаете это гнетущее чувство, когда перед лицом новой угрозы никто другой, только ты сам способен сохранить свою жизнь или погубить ее? Нет? Зато Рава знает. Поднявшийся за листвой рогатый силуэт не застал ее врасплох, но значительно повысил и без того возросший градус тревожности. Увиденное заставило девушку кинуться за ближайший поваленный ствол и затаиться. Исподтишка она наблюдала, как Нечто извивается и раздраженно машет хвостом, и в голову ее закралась шальная мысль: уж не эта ли неведомая тварь стала причиной животного бешенства? И пока Рава думала, жуткая разукрашенная морда выглянула на свет, спровоцировав боевую готовность эльфийки. Ни секунды не мешкая, она стянула со спины лук и стрелу, с тихим скрипом натянула тетиву. Отравленный наконечник метил чудовищу прямо в открытую алую пасть, и все, что требовалось сейчас от охотницы, - это дождаться удобного момента и совершить выстрел. Было что-то неестественно пугающее в этом облике, что заставляло девичьи пальцы слегка подрагивать в такт бьющемуся сердцу: это означало, что с монстром стоило разобраться быстро.. или хотя бы попытаться это сделать.
Но вот, вопреки всем ожиданиям, этот "монстр" не смог совершить и трех полных шагов, как уже растянулся на земле с укатившейся в сторону головой.. или это была не голова вовсе? Присмотревшись, Рава тихо выругалась, как это было обычно принято в ее племени, поспешно убрала лук и выскочила навстречу непутевому юнцу.
- Фабула! - уже в который раз воскликнула эльдэ, но на сей раз в ее голосе эхом отразился гнев. - Тебе нельзя со мной! Почему ты покинул мать?
Проворная эльфийка опередила мальчишку, подхватив ручками ускользнувший от него артефакт. Теперь, осмотрев оный вблизи, она увидела, что на деле он не такой уж и страшный, каким казался издали. И поняла, отчего возникла эта иллюзия, когда ощутила знакомое покалывание на коже.
- Почему ты не сказал, что снова начал Творить? - на мгновение Рава сменила гнев на милость, и во взгляде ее проявился отчетливый отблеск любопытства. Впрочем, надолго он не задержался, ибо проступок Фабулы брал верх своей серьезностью и несвоевременностью. Эльдэ беспокоилась за него, поскольку из всех прочих харадцев, что рождались, взрослели и умирали у нее на глазах, этот выделялся не только своими талантами, но и отношением к миру вообще. Такие, как он, в будущем способны были менять ход истории - так думала Рава. Но свое бережливое отношение к мальчику, зачастую, скрывала за строгостью и наставлениями.
Вот и сейчас, одарив Фабулу хмурым взглядом, она погрозила ему пальцем и изрекла:
- Это не дает тебе право уходить в лес так далеко. Ты еще даже не охотник! И лучше бы помогал своим талантом племени и младшей сестре. Возвращайся сейчас же!

+1

10

Облако пыли, поднятое стадом мумакил, медленно оседало в лучах жаркого солнца. Там, где ещё недавно джунгли стояли стеной, ныне имелась широкая просека. Чтобы не напугало животных, они буквально обезумели и мчались прочь, не разбирая пути. На глаза Раве попался обломок длинного бивня, застрявший в стволе тяжёлого раскидистого дерева, поваленного на краю просеки. Фабула, казалось, ещё не пришёл в себя после чудесного спасения, но попытку отослать его куда подальше присёк с железной рассудительностью:
- Шаман мудр. Шаман действительно хочет, чтобы я пошёл туда, куда убежало стадо разъярённых мумакил?
И он выразительно указал рукой вдоль просеки, безошибочно определяя направление до деревни. Самой деревне мало что угрожало, выдержать такой темп стадо смогло бы ещё несколько минут, не дольше. Но это лишь подчёркивало факт, на который обращал внимание Фабула: между ним и деревней стояло стадо взбесившихся гигантских животных. И судя по лицу паренька, он был совершенно уверен, что мудрый шаман не отошлёт его столь опасной тропой.
Впрочем, Рава задала вопрос, и обычаи племени требовали, чтобы он ответил, и ответил честно. Несколько секунд он колебался, подбирая слова, и наконец выпалил:
- Шаман говорил, что если я буду создавать вещи, которые любят духи, я могу стать таким как шаман.
Он выразительно обвёл взглядом ладную фигуру эльфийки, после чего закончил, потупив взгляд:
- Я не хочу быть таким как шаман. С этими… штуками на груди и поясе, бледной кожей и прочим. Я хочу быть как отец или Инджаба. Потому я решил не делать больше вещей, которые нравятся духам. Но у меня не получилось! Зато теперь у меня есть маска, которой боятся духи. Вот. Пойдём?

0

11

Упорство мальчишки было достойно похвалы, однако Рава не разделяла его стремление от слова совсем. Она скрестила руки на груди, открыто демонстрируя свою позицию, ее взгляд был хмур и холоден.. впрочем, это не помогло. Эльфийку не пугали мумакил, ибо знала она, что Фабула ни в коем случае не станет преследовать стадо, а обойдет просеку стороной. Знала, поскольку лучше всех была осведомлена о способностях этого юнца. Однако была в его словах крупица истины: Фабула, не будучи охотником и следуя по пятам за белокожей девушкой, почти наверняка заблудится, если останется в лесу один. Он будет часами плутать меж зарослей и оврагов, пока его не настигнет голодный зверь. И поскольку не было иного выхода в возникшей ситуации, Раве пришлось убедить себя, что мальчику куда безопаснее будет находиться под ее защитой.. хотя остатки непримиримости с этой мыслью до сих пор читались в глазах охотницы.
Последующая за этим речь паренька и вовсе заставила эльдэ в удивлении раскрыть рот. Слова, проносящиеся в ее голове, далеко не сразу сплелись в цельные фразы, и потому еще несколько секунд Рава стояла, будто заколдованная, прожигая Фабулу светом своих глаз.
- Я.. говорила не об этом, - наконец ответила она тихо, - ты это ты, Фабула. Я хорошо знала твоего отца и хорошо знаю Инджабу. Как бы ты ни старался, ты не будешь ни ими, ни мной. Придет время, ты вырастешь, у тебя будет семья, и ты поймешь, что твой дар послан тебе, чтобы ты мог заботиться и защищать. Те вещи, что ты делаешь, нужны не Духам, но нужны тебе и твоему племени.
Эльдэ мягко улыбнулась и свободной рукой потрепала мальчика по волосам.
- Мы потом поговорим об этом. Следуй за мной и не убегай вперед, - Рава возобновила шаг, а немногим позже, будто бы вспомнив, протянула парнишке ломоть вяленого мяса и строго изрекла: - И не вздумай надевать маску без разрешения! Ты же помнишь, что не всех Духов нужно пугать?

0

12

Фабула задумчиво наморщил брови. Шаман говорил интересные вещи. Он многое подмечал, в том числе - и сходство между родичами. Родители и дети, братья и сётры часто походили друг на друга, кто-то больше, кто-то меньше. До сих пор Фабула полагал, что сходство зависит от поступков и мыслей, а потому, перспектива стать похожим на белокожую эльфийку приводила его в замешательство. Сейчас же, шаман в присущей ему манере донёс до паренька мысль о том, что каждый из них уникален. Это нужно было обдумать. Потом, как-нибудь потом.
- А говорят, что живые - это лишь память мёртвых… - впрочем, развивать тему он не стал, подхватил маску и поспешил вслед за шаманом. - Конечно! Но неужели какой-нибудь хороший дух станет жить в запретном храме?
Взгляд шамана был грозен, и сейчас, после того как опасное решение было принято, а заветная маска оказалась в руках ловкой эльфийки, Фабула испытал сильное смятение. Он и раньше сомневался по поводу своей вылазки, но тогда всё казалось ему в ином свете, а страшная маска укрепляла его дух. Но теперь его взору вместо видений предстала бледная, странная и дико сверхъестественная физиономия Равы, а лес вокруг казался загадочным и казалось, таил в себе неявную угрозу. Что-то вокруг было явно не в порядке. Это могла почувствовать и Рава: лес затих, казалось, взбесившееся стадо мумакил не оставило после себя ничего живого. Но это было не так, и вскоре до их ушей доелетел крик… человеческий!
Они выбежали на небольшой участок открытого пространства, окружающий храм. Наверх, с трёх сторон, вели широкие, пологие лестницы. На их вершине виднелась сравнительно небольшая пирамида святилища с рваной дырой в центре. Её окружали колонны, многие из них были разрушены и валялись вокруг. Лестницы поросли плющём и травой, были частично скрыты под нанесённой за века почвой, да и в целом, храм имел вид древний и потрёпанный временем. Вдали виднелась невысокая гора. Однажды, Рава уже приходила в это место и была тепло встречена зверолюдьми. Сейчас человекоподобных обезьян в округе не наблюдалось, зато сквозь пролом в пирамидке наверх поднимался столбик сизого дыма. И голоса, грубые, резкие, громкие, говорящие на одной из форм Чёрного Наречия:
- Ротозеи! Тащите ещё дерево, иначе шкуру спущу! Быстрее, быстрее!
От храма уже бежало двое человек в одеждах пустынников, с топорами наперевес, и один воин в доспехе из кожи с нашитыми пластинами. В примитивных ножнах на поясе здоровяка висел изогнутый меч, его кожа была загорелой и смуглой, а глаза чёрными как ночь. Наверху Рава могла разглядеть ещё с дюжину людей в различном снаряжении. Похоже, обитатели Ближнего Харада вновь почтили своим вниманием южных соседей. На глазах Равы, несколько дюжих мужчин подняли и установили на место одну из колонн, двое других убирали с лестницы каменный и древесный мусор. Общее число чужаков оценить было трудно, но было их от десяти до пятнадцати.
Группа из трёх лесорубов подошла к границе леса в стороне от Равы и принялась за работу, в это время, из дыры в крыше храма взметнулся язык пламени и повалил густой, тяжёлый дым.
- Они не очень похожи на добрых духов… - шепнул Фабула, спрятавшийся в густой траве и принялся надевать маску.

Экспедиция в южные джунгли должна была ответить на многие вопросы, мучившие учёных и картографов,определить перспективы дальнейшего расширения нуменорских владений и исполнить ещё несколько чрезвычайно важных теоретических задач. Но всё это было неважно. Главной целью похода было месторождение мифрила, которое должно было находиться у подножия безымянной горы. По крайней мере, так утверждал малость чокнутый исследователь, единственный выживший из состава прошлой экспедиции. И хоть глаза враз поседевшего мужчины бегали из стороны в сторону точно пара пустынных крыс, крохотный серебристый камушек в его руке говорил сам за себя.
Берег южнее естественной гавани Умбара становился скалистым и изобиловал мелями, так что разведку предстояло провести пешком.
Это был первый полноценный рейд нуменорцев вглубь джунглей, настоящее испытание для настоящих мужчин… и конечно же, тут не обошлось без личного участия принца. У него не было возможности увести с собой большое войско, в свете постоянной угрозы нападения из Мордора и Астара. Да и толку от большой группы людей, непривычных к джунглям, было бы немного. Главным врагом тут были не воображаемые вражеские войска, а сама природа. По словам уцелевшего исследователя, часть его группы погибла от укусов местных рептилий, других утащили огромные человеко-звери, третьи же вообще вышли на цветочный луг, возникший прямо посреди лесной чащи, и все до одного полегли от непонятного недуга.
Так что в этот раз на юг был отправлен отряд  из тридцати человек, умелых следопытов, разведчиков и первопроходцев. Впрочем, даже им приходилось нелегко. Прошлой ночью на стоянке поднялся дикий крик, и всё из-за стаи рогатых жаб, которые удивительным образом сливались с местностью и обладали недюжинным аппетитом. За короткое время пребывания в лагере зубастые твари умудрились сожрать и попортить добрую половину провианта, и обнаружили себя лишь когда одна из них откусила ухо спящему солдату.
И всё же, пока им удавалось обходиться без жертв. После встречи с лозами-вампирами, стреляющими ядовитыми шипами, вид дыма был воспринят разведчиками довольно… оптимистично. В любом случае, им нужно было разведать, что это за дым - оставлять у себя за спиной селение двухметровых каннибалов - это не лучшая идея в сложившейся ситуации, да и при прокладке будущего маршрута это знание пригодится. Они успели подобраться к границе чащи, когда из вершины храма в небеса ударил тонкий, невысокий столб пламени.
Джунгли вокруг храма стояли сплошной стеной, так что нуменорцы могли передвигаться вокруг без опаски быть обнаруженными. Но вот подобраться ближе не получалось - словно неведомая черта отгораживала лес, мешая деревьям подступать к подножию холма. Но даже издали острые глаза нуменорцев могли различить характерные приметы обитателей “Ближнего Харада”. Оставалось решить, что им делать в сложившейся ситуации.

+1

13

- Но неужели какой-нибудь хороший дух станет жить в запретном храме?
- Запретным он является для нас, а не для Духов, - спокойно продолжала эльфийка, не сбавляя шаг. - То, что кажется тебе пугающим, для них - в порядке вещей. Кто знает, быть может, их пугает вид и твоего жилища?
Рава едва слышно усмехнулась. Их разговор мог бы продолжаться вплоть до окончания пути, но был вынужден неожиданно прерваться: в неестественной оглушающей тишине эльдэ услышала далекий отзвук чужого крика. На миг она остановилась, прислушиваясь - уж не показалось ли ей? И точно ответ на ее немой вопрос, по лесу прокатилось знакомое эхо. Не показалось.
- Поспеши, Фабула! - коротко бросила она мальчишке прежде, чем сорваться с места и кинуться вперед. Последний мог вовсе не знать причины ее резкой смены поведения, но уж коли повелся следовать за своей "покровительницей", должен был блюсти ее указания беспрекословно. Рава бежала вполсилы, то и дело проверяя, не отстал ли от нее парнишка, а чужие крики тем временем становились все громче. И лишь когда отдельные обрывки в какофонии голосов стали складываться в полноценные изречения, путешественники оказались перед вытоптанной площадкой. Осторожно приблизившись к зарослям на окраине опушки, эльдэ затаилась и жестом призвала Фабулу сделать то же самое. Она наблюдала за деятельностью харадцев и ловила долетающие до нее слова, однако, в связи с некоторыми отличиями в используемых наречиях, суть разговоров дикарей то и дело искажалась. Кроме того, Рава не видела никаких следов присутствия Инджабы. Во всяком случае, пока что.
- Это и не духи вовсе, - шепнула Фабуле эльфийка, наблюдая, как вниз по ступеням спускаются люди. Она уверенным жестом руки пресекла попытку мальчика натянуть на себя маску и строго посмотрела на него. - Отойди назад и спрячься. Что бы ни происходило, не выдавай себя. Если что - беги... ну же, живо!
Сама эльдэ юркнула в сторону, не желая попадаться под ноги чужакам. Ее беспокоило, что последние в своих поисках зашли слишком далеко на юг, превращаясь в серьезную угрозу для остатков свободных племен. Позже, когда Рава вернется в деревню, она непременно расскажет шаманам о случившемся и, скорее всего, поведет людей далеко на восток. Но сейчас..
Она наблюдала, как дикари пробираются сквозь зелень, в спешке определяя нужное им дерево. Самым крупным и подготовленным из них казался одетый в доспех мужчина, руководящий процессом. Значит, его стоило убрать первым. Двое оставшихся походили скорее на рабов и в принципе были равны между собой, поэтому Рава предпочла того, что сейчас активнее всего махал топором. В округе стоял шум, что было эльфийке на руку: она крадучись пробиралась сквозь папоротник без страха оказаться услышанной, выжидала, подгадывала момент. Рука ее осторожно потянулась к поясу, извлекая короткий походный нож - большего ей и не требовалось. Вот, повернувшийся к ней спиной воин в очередной раз поторопил нерадивых лесорубов, порядком измотанных тяжелой работой. Лучшего момента могло и не быть.
Она налетела сзади. Лезвие ножа без труда вошло в незащищенную мужскую шею. Прежде, чем чернокожий воин, хрипя и булькая, рухнул на траву, Рава уже была в шаге от лесорубов, не сумевших вовремя сориентироваться. Удар рукоятью пришелся одному из них в висок, а последнему, только что бросившему рубку и в ужасе воззрившемуся на дикарку, не повезло получить удар в область паха. Скривившийся бедняга быстро оказался в крепких объятиях эльдэ: обхватив его шею рукой, эльфийка заставила того припасть к земле.
- Ни звука, - рыкнула Рава на мужчину, приставив к его щеке окровавленный нож, - жизнь в обмен на ответ. Что вам нужно? Что вы ищите здесь?

+1

14

Экспедиция с самого начала шла не так, как планировал кронпринц. Блаженный, едва выживший в прошлый раз, все же донес кусок руды - и это останавливало Анкалимона от того, чтобы оставить попытки поиска еще пару недель назад. Джунгли с самого начала были недружелюбно настроены против пришельцев. Каждый неосторожный шаг мог стоить его людям жизни - и выживали они исключительно не в меру развившейся паранойе Его Высочества, отказавшегося повторять маршрут предыдущей экспедиции и выбирая маршрут в нужном направлении самостоятельно. Он не брезговал высылать разведку, а при учете небольшой численности отряда, не раз оказывался в разведке сам. Так было и в этот раз, но нынешняя причина была далека от благородной: растяп, проспавших явление рогатых жаб, лишивших отряд приличного количества провианта. Охотиться здесь принц не рисковал, опасаясь повторения судьбы разведчиков предыдущего отряда, поэтому к исчезновению еды отнесся весьма болезненно. И, поскольку в его планы не входило избавление от людей своими руками, он предпочел разведку вместо успокоительного отвара. Теперь они с напарником смотрели на храм.

- Харадримы, - едва слышно прошелестел принц, - хотел бы я знать, что они здесь забыли. - Решение нужно было принимать быстро. Слаженные действия, доспехи, оружие - это не мирные поселенцы, которые решили использовать древнее строение за основу для своего собственного. Харадримы были врагами, у них могла быть еда и им что-то было нужно от храма, а, значит, это прекрасный повод проверить храм самим. Мифрил мифрилом, но в огромном строении могли оказаться артефакты, которые будут его высочеству небесполезны. - Собери отряд, скажи, чтобы были готовы, снимайте лагерь. Я попробую выяснить их численность. - И допросить кого-то из них, о чем Анкалимон умолчал. Не нужно было, чтобы его соотечественники раньше времени знали, что храм они не обойдут стороной.

Дождавшись, пока напарник отправится выполнять приказ, мужчина еще раз оглядел происходящее. Дикари расползлись по лесу в поисках деревьев - таран они собрались строить? Или осадную башню? Моргот с ними, сейас нужно было узнать, что происходит, а для этого нужно найти того, кто сможет внятно рассказать об этом. Очевидно, это были не лесорубы и их хозяева - от этих толку мало. Подошел бы кто-нибудь из младших офицеров или кто там у этих дикарей? Но даже понимание темного наречия не давало представления об иерархии и целях. Скользнув в кусты, нуменорец повернулся направо, намереваясь обойти храм с запада.
Анкалимон мог и не таиться, потому что шумели дикари так, будто считали, что они одни в лесу. Воняло гарью, южане переговаривались не особенно скрываясь. Успешно миновав несколько занятых вырубкой мужчин, принц, наконец, оказался в тени храма, нависающей над лесом. Здесь народу было значительно меньше. Сказывается нелюбовь бывших вастаков к тьме и тени? Или сюда еще не успели добраться, предпочитая дождаться, пока утренний холодок сменится духотой дня? Это все было неважно - важно было, что здесь можно было получить то, чего желал принц.

Двое воинов переговариваясь вошли в лес. Зачем они сунулись туда вдвоем - неизвестно, да следопыт и не желал этого знать. Первый не успел понять, от чего умер, а второй неожиданно обнаружил себя прижатым к дереву. Нож находился напротив незащищенного доспехами кадыка.
- Заорешь - и ты покойник гораздо раньше, чем сюда успеют добежать твои приятели. - Жесткий тон принца не оставлял сомнений, что именно так он и поступит. Говорил он на темном наречии, чтобы его собеседник понял его. - Что вам нужно в этом храме? Сколько вас? Кто вас послал? Отвечай на темном, чтобы я понял.

0

15

Кажется, слова Равы о природе духов застали Фабулу врасплох. Мысль о том, что табу для одних, это вовсе не табу для других оказалась ему внове. Впрочем, он быстро сообразил, что для духов многие из смертельных человеческих угроз безвредны, а значит, духи могут ходить там, куда человеку путь заказан. С другой стороны, духи боятся многих вещей, которые для людей безвредны, вроде масок и амулетов. Значит, всё справедливо.
- Мою маму пугает дух моего жилища… - резонно заметил Фабула.
Но тему развивать не стал. Мало ли что? Мама – это вам не шутки, против неё никакая маска не спасёт. Да и времени на это у него не было: эльфийка резво понеслась вперёд, и чернокожему пареньку пришлось приложить все усилия, чтобы не отстать от неё. Он с пыхтением пробирался сквозь заросли, отмахивался большой маской от широких листьев и маленьких веток. Так что, приказ Равы лечь на землю и окопаться Фабула воспринял почти с радостью и, с трудом переводя дыхание, растянулся на земле. Впрочем, даже в сложившихся обстоятельствах, он не мог отвести взволнованного взгляда от руин храма. Что-то было там, впереди. Что-то из памяти предков, связанное с этим местом.
Он отполз чуть назад, но недалеко. Дымный столб притягивал взгляд паренька, и он жмурился, силясь вспомнить что-то очень важное.

Забавно, но Рава и Анкалимон устроили свой допрос практически одновременно. Эльфийка ничем не выдала своё приближение, её удар повалил воина на землю, и ещё какое-то время оттуда раздавалось предсмертное бульканье. Один из лесорубов, кажется, порядком устал, так что удар по голове послужил ему долгожданным оправданием для законного отдыха. Второму повезло меньше. Бедолага никогда раньше не видел эльфа, и с перепугу принял Раву за злого духа. Его бронзовое лицо побелело от страха, так что он ляпнул то, что ему и другим рабам вдалбливали на протяжении всего похода:
- Мы пришли за древней силой Тени!
И тут же обмяк, не выдержав взгляда ярких глаз.

Анкалимону повезло чуть больше: его «язык» ранее видел нуменорцев, да и был то не раб, а бывалый воин. Впрочем, это ему не слишком помогло: нападение принца было быстрым и внезапным. Чёрные, как угли, глаза пленника лихорадочно бегали из стороны в сторону, силясь отыскать путь к спасению. Увы, его напарник уже питал своей кровью россыпи ярких белых цветов, что росли поблизости.
- Ты пожалеешь об этом, чужак! – прошипел вояка, пытаясь выиграть время и незаметно нащупать кинжал у себя за поясом. – Нас прислал великий Визирь Астара, чтобы пробудить силу этих мест! Ты слышал имя Властелина Тьмы, чужак? Ты уже покойник!

И именно в это время, Фабула вспомнил.
- Огонь… в храме нельзя жечь огонь!
Он огляделся по сторонам, но Равы не было нигде поблизости. И тогда паренёк надел свою маску и выбежал вперёд с громким криком:
- Табу! Табууу!! Жечь пламя нельзя, нельзя тревожить злого духа!
С этим кличем он помчался в сторону храма, прямо к изумлённо воззрившимся на него храдрим.

+1

16

Принцесса недолго держала свою жертву. Она была порядком раздосадована слабовольностью харадрима, ибо казалось ей, что солнце и песок достаточно закаляли дух чернокожих рабов. Но когда последний обмяк, эльдэ раздраженно цокнула, опустив бедолагу на землю. И пока нож ее нащупывал слабую пульсацию у мужской шеи, в голове Равы вспышками проносились мысли. Она лихорадочно соображала, как могла упустить нечто столь важное, что до сих пор влекло сюда выходцев с востока? Как ничего не заметила, когда была здесь прежде? Если в этом храме и впрямь сокрыто нечто, за чем охотится Тень, не добрался ли до него Инджаба? Вопросы накатывали один за другим точно беспокойные морские волны, но ответов на них не следовало. Где-то на задворках эльфийского сознания мелькнула мысль о расправе: беззащитного, но живого раба нельзя было оставлять в живых. Рава не хотела, чтобы ее хладнокровие наблюдал сейчас Фабула, и потому рассчитывала на сознательность и умение последнего прятаться.. и совершенно напрасно.
Окровавленный кортик не успел насладиться смертью очередного несчастного: ушей его хозяйки настиг детский крик. Эльдэ в ужасе встрепенулась, бросившись к зеленой опушке, и вскоре замерла, пораженная. Ибо впереди, семеня по короткой траве, бежал к своей верной смерти Фабула. Разум эльфийки охватили страх и пустота. Тело ее напряглось, точно обращенное в камень, но зоркий глаз отметил, с каким шоком и испугом восприняли харадрим (те, что еще находились внизу) неизвестное чудище.. и как отчаянно сжимали они свои топоры и каменные молоты. Спроси Раву минуту спустя, и она не смогла бы даже вспомнить, как вскинула вперед лук и натянула тетиву, и как со свистом рассекла воздух стрела, обгоняя нерадивого мальчишку. В ушах ее, будто громкий барабан, раздавался ритмичный бой сердца, а ноги уже несли эльдэ прочь от леса, когда один из рабов, что ранее возник на пути у ребенка, рухнул оземь со стрелой в груди.
- Стой! Фабула! - задыхаясь от накатившего страха закричала Рава. Если ранее вид существа в волшебной маске порядком озадачил людей, то появление белокожей женщины и смерть товарища вовсе повергли их в испуг. И пока часть дикарей искали спасения на каменной лестнице, эльдэ сумела настигнуть беглеца, грубо загребая того в охапку и сбивая с ног. Парочка соплеменников рухнула и прокатилась по земле, очутившись у самого начала древних ступеней.
- Дурак! Вставай.. уходи прочь! - в яростной мольбе крикнула Рава, неуклюже отпихивая назад мальчишку. В ее правой руке заиграл солнечными бликами Йар, и воительница поспешно встала, закрывая собой Фабулу. Ее слегка затуманенный волнением взор прошелся по многочисленным темным лицам, и она рыкнула громче, попятившись: - Прочь!

+2

17

- Ты пожалеешь об этом, чужак! - руки вояки пытались нашарить кинжал.
- Тогда какой мне смысл оставлять тебя в живых? - Ледяной взгляд не сулил харадриму ничего хорошего.
- Нас прислал великий Визирь Астара, чтобы пробудить силу этих мест! Ты слышал имя Властелина Тьмы, чужак? Ты уже покойник! - В голосе слышался оттенок фанатизма, такие обычно несут чушь про величие господина и совершенно не обладают навыком связного повествования.
- Это все? - Разочарованию принца не было предела. - Ты не расслышал вопрос? Я помогу… - Но стоило ему надавить на нож чуть сильнее, как с восточной стороны храма раздались невнятные крики. Судя по всему, все, кто отдыхал в тени, сорвались ко входу в храм. Что, во имя Эру, там происходит? Нож вошел в шею воина и тот с хрипом повалился на землю. Не воспользоваться шансом пробраться в храм, принц не мог. Кроме того, верхняя площадка храма идеально подходила для рекогнсценировки местности. В этот момент Анкалимон остро пожалел, что оставил лук в лагере - ему пришлось пожертвовать одним из метательных ножей, чтобы оставить отряду сообщение о том, где он находится. Наверное, правильнее было бы дождаться своих людей, тихо снять часть стражи, пользуясь укрытием леса. Возможно, заманить часть харадримов в болота южнее храма, но времени на это не было. Сорвав с покойного шлем и плащ, принц кое-как нацепил их на себя. Меч Тингола перекочевал на пояс и скрылся под плащом. Сперва используя лес как укрытие, потом пробираясь между поленницами с бревнами, мужчина старался не встречаться с темнокожими и надеялся, что закрытый шлем спасет от слишком пристальных взглядов.

И без того довольно безлюдная тень почти опустела. Это было на руку принцу, однако, риск быть пойманным оказался слишком велик. Из-за этого дорога к храму заняла больше времени, чем рассчитывал. На последнем участке не было даже условно-приличного укрытия, поэтому нуменорец выпрямился и не спеша пошел в сторону храма. Сколько-то пройти он успеет, а дальше придется прорываться с боем. Два метательных ножа уже были готовы сорваться в полет с его ладоней, еще семь штук ждали своих жертв в расстегнутой перевязи. Конечно, ему далеко до мастерства прославленных предков, но, как подозревал Его Высочество, их слава была излишне раздутой. То есть, он не умалял значимости подвигов, нет. Однако, достаточно хорошо понимал, в каких случаях решает доблесть, а в каких - холодный расчет. Странно было думать об этом в процессе совершения необдуманного и рискованного поступка, но тайна манила. Как сказал южанин? Пробудить силу этих мест? Что это за сила и стоит ли ей пробуждаться? Вероятнее всего, нет, учитывая, кто послал этих людей. В любом случае, сперва нужно получить ответы на свои вопросы. А если он попадется - что ж, это тоже способ получить информацию. Возможно, не самый приятный, зато самый действенный. У него найдется, что противопоставить южанам.

+1

18

Фабула бежал вперёд так, словно от этого зависела его жизнь. На пирамиде всё громче раздавались взволнованные крики харадрим. Меньшая их часть осталась в храме, прочие же вынимали из ножен клинки и натягивали луки, готовясь к сражению с неведомым чудовищем. Стрела Равы заставила их спешно искать укрытия, но вскоре послышался отрывистый приказ, и в сторону эльфийки и Фабулы грянул ответный залп. К счастью, не очень прицельный – стрелы, числом пять штук, лишь высекали искры о ступени над головами Равы и Фабулы, но было очевидно, что следующим выстрелом лучники нашпигуют их как ежей, если ничего не сделать.
Меж тем, Фабула подрастерял желания лезть наверх под стрелами, но и убегать не спешил. Он часто и тяжело дышал, приподнимаясь с земли позади Равы.
- Нельзя… Табу, нельзя жечь огонь в храме… - задыхаясь, произнёс он. – Беда. Зло. Валарауко.
Внезапно, он вскинулся и крикнул:
- Сюда, быстрее!
И бросился вправо, вдоль каменной стены. В воздухе вновь запели стрелы…
Фабула остановился под статуей с заострённой мордой шакала, и от прикосновения его руки плита под статуей дрогнула и откатилась в сторону. Подобные механизмы были за пределами умений местных жителей. Из всех южных народов подобным уровнем развития могли похвастаться разве что Астар… и Мордор. Впереди открылся узкий наклонный проход с жёлобом, заросшим красным мхом. Лаз был тёмен, но далеко впереди поблескивали отсветы большого костра. Впрочем, очень скоро жёлоб наполнился свежей жертвенной кровью.

Анкалимону повезло: практически все, кто находился вне храма, сейчас сбежались к противоположной стороне пирамиды, встревоженные криками собратьев. Однако его путь лежал к освещённой солнцем стороне, потому что только там, за спинами десятка харадцев, был проход, ведущий внутрь. Стоило ему оказаться на пороге, как путь ему заступили два стражника, вооружённых бронзовыми секирами. В свете жертвенного огня, они быстро опознали в вошедшем нуменорца, так что у Анкалимона была лишь секунда. В следующий же миг, на него обрушились два смертоносных удара. Его враги были дюжими воинами, в доспехах из дублёной кожи с бронзовыми накладками. Оба преуспели в искусстве обращения со своим грубым оружием, и хоть их секиры были не чета эльфийскому мечу, любая из них могла принести кронпринцу быструю и мучительную смерть.

Храм ничуть не изменился со времён первого визита Равы: пустое, тёмное помещение с парой проломов в стенах, сквозь которые лился солнечный свет. Каменная плита в центре была обложена дровами. Там ныне ярилось могучее белое пламя, в его треске слышался рокот столкновения могучих каменных глыб и чей-то безумный смех. Вниз с алтаря струилась горячая красная кровь. Вокруг костра стояло несколько харадрим, чернокожая женщина и стройный юноша в ритуальной маске. Инджаба. Вот, из группы выступил богато одетый, статный мужчина с изогнутым кинжалом, изукрашенном самоцветами. Подойдя со спины к женщине, зачарованно смотрящей в пламя, он одним точным движением перерезал ей горло, поднял и бросил в огонь. Харадрим разразились торжествующими воплями, когда пламя взметнулось до самого потолка. Инджаба отвернулся. Свежая кровь потекла по жёлобу в дальний угол храма, к прямоугольному отверстию, закрытому проржавелой решёткой, которым кончался лаз, указанный Фабулой.

+1

19

Калейдоскоп солнечных бликов и зелени листвы, какофония криков и мощный бой собственного сердца - все это казалось бредовым видением. Адреналин в крови Равы был таким, что на краткий миг она совершенно потеряла всякую связь с реальностью. Мир для нее поплыл пятнами и точно замер, и не было доселе более удачного момента, чтобы покончить с дикаркой раз и навсегда. Всего один точный выстрел харадрим.. но и он порядком запоздал. Колесо времени закрутилось для эльдэ с новой силой, когда на ступени храма обрушился град стрел. Она было дернулась к Фабуле, дабы поспешно увести его, но тот уже бросился прочь. В царившей суматохе приключенцам удалось вовремя скрыться от злых глаз, но спасение их было недолгим. Им следовало бы бежать обратно в джунгли, но у чернокожего парнишки, судя по всему, было иное мнение на сей счет: Рава с нескрываемым ужасом наблюдала за его манипуляциями.
- Откуда ты.. - не успел вопрос сорваться с женских губ, как топот и приближающиеся голоса возвестили охотницу об опасности. Она скривилась, явно не одобряя поступок мальчишки, но времени на препирания у них не оказалось, - лезь, скорее!
Даже для стройной эльфийки этот лаз оказался малость узковат: передвигаться по нему бесшумно не представлялось возможным, а многолетняя пыль и грязь приставали к телу и одежде, нисколько не облегчая задачу. Вскоре эту картину дополнило собой нечто мокрое и липкое, что нельзя было разглядеть во тьме, но что отчетливо отдавало чужой кровью. Благо, под нарастающий грохот и гул голосов путники выбрались в более просторную круглую выемку, в которую сквозь старую решетку еще проникали остатки дневного света. Теперь, сидя на ободранных коленях, Рава смогла окинуть взглядом себя и Фабулу, чтобы убедиться: они и впрямь были перепачканы чьей-то свежей кровью. Сквозь прорези в железных прутьях эльдэ смогла обнаружить группу харадрим, окружившую кострище, и среди мелькающих темных силуэтов приметить знакомую мужскую фигуру с узнаваемыми чертами лица.
"Инджаба!"
Руки девушки сами вцепились в решетку в попытках отворить оную - увы, безуспешно. Хлипкий камень все еще держал крепления, и пока Рава под громогласные восклики дикарей отколупывала ножом каменную крошку, ритуальный огонь пожрал очередную свою жертву. У эльфийки не было четких представлений о том, что именно происходило сейчас в храме. Как не было уверенности в целесообразности своего поступка: куда безопаснее было бы вывести Фабулу в джунгли, не подвергая риску ни себя, ни его. Ибо ее попытка спасти Инджабу могла обернуться смертью для всех.
"Я дала слово, что приведу его. Дала слово".
Дружный мужской гогот скрыл за собой треск камня. Эльдэ хотелось надеяться, что зачарованные ритуалом харадрим не заметят ее раньше срока, ибо пока что ей удавалось оставаться незамеченной. Рава повернулась к Фабуле, особыми охотничьими жестами приказывая тому сидеть на месте. А в добавок, провела лезвием ножа у своего горла, четко давая понять, что станет с мальчишкой, если тот вновь ее ослушается. Затем - секундная задержка, концентрация, глубокий вдох, выдох.. и ржавая решетка с треском и пылью полетела в толпу, выбитая жестким ударом девичьих ног. Следом, так быстро, как только смогла, на свет выскочила потрепанная и разъяренная Рава. Ее руки сжимали натянутый лук, а стрела метила в глотку любому, кто осмеливался сделать хоть шаг.
- Отойди, Инджаба! - грозно скомандовала она, прожигая холодным взглядом толпу.

+2

20

В свете солнца, где-то на границе леса высверкнул блик - отряд давал предводителю знать, что готов. Метательные ножи отправились в полет, прервав жизнь двоих харадримов - кронпринц подал знак к атаке. Он не задумываясь бил в спину - с дикарями понятие чести сводилось к схеме "или ты или тебя". Численность слуг врага давала ему надежду на то, что из этой схватки его отряд выйдет победителем. Конечно, все зависело от мастерства харадримов - на личной шкуре принц не раз испытал, что и среди них случаются хорошие воины. Однако, их неорганизованность показалась ему хорошим предзнаменованием. Это едва не стоило ему жизни. Меч покинул ножны и это промедление дало южанам на входе время разглядеть, что перед ними нуменорец. Резкий переход от света в рассвеченную пламенем тень на мгновение ослепил принца, но этого мгновения у него и не было. Тренированное тело не подвело, рефлексы сработали быстрее мозга: лишь уходя от ударов, он сообразил, что происходит.
Секиры в узком проходе храма - не самая лучшее оружие, но двигались харадримы на диво быстро. Это было неожиданно неприятно - обычно люди их комплекции были гораздо более медленными. Отблески пламени хищно сверкнули на "Ярости Короля", когда он перерубил древко секиры и вошел в прорезь шлема охранника. Уклониться от второй секиры Анкалимон не успевал, поэтому он сделал единственную возможную в подобной ситуации вещь - рванулся как можно ближе к воину. Удар древком едва не опрокинул его на колени, но все же это было не острие. В глазах потемнело, но нуменорец нашел в себе силы вогнать меч в грудь противника. Сквозь зубы втянув пахнущий гарью воздух, принц пинком отправил поверженного противника вниз со ступеней храма, высвобождая оружие.

Он появился в проеме жертвенного зала храма под рев харадримов. Пламя осветило помещение, споря с солнечным светом в проломах стен. Мрачные длинные тени плясали на стенах, а к запаху гари прибавился стальной запах крови. Затаившийся в тенях Анкалимон не без интереса наблюдал за ритуалом, примерно догадываясь, что будет дальше. Теорию он усвоил хорошо, но на практике подобное видел впервые. Нельзя сказать, что ему нравилось происходящее, но одно дело читать о темных обрядах, а другое - иметь возможность наблюдать самому. Его давняя приятельница рассказывала про них довольно красочно - сейчас будет возможность оценить, насколько она говорила правду. Новое лицо на сцене боевых действий изумило нуменорца. Что, во имя Эру, здесь забыла эльфийская девчонка? Она сама дала ответ на этот вопрос. Ее интересовал стройный юноша в маске, который, похоже, был здесь по своей воле.

Как ни старался принц избегнуть прямого взгляда дикарки, ему это не удалось - не скрывал шлем харадрим слишком светлых глаз. Замерев, чтобы не получить стрелу, принц отсчитывал мгновения до того момента, когда можно будет воспользоваться оставшимися ножами. Раз уж гостья решила сорвать ритуал, так тому и быть. Он найдет, у кого можно удовлетворить свое любопытство. Если он выберется отсюда живым, девчонку нужно будет допросить.

+1

21

Для Фабулы лаз кровотока был достаточно широк, но его продвижение порядком замедляли маска и копьё. То и дело спотыкаясь и оскальзываясь в крови, парнишка объяснил:
- Видел старую, плохую легенду на большой каменной маске. И рисунки. Плохое место, под землёй, недалеко от деревни. Не наше, чужого народа. Ходил туда лишь раз, там… странно.
Наблюдать за происходящим наверху было неудобно, Фабула попробовал было протиснуться мимо Равы и заглянуть наверх, но в свете пламени увидел, в чём именно умудрился перепачкаться, потом посмотрел на Раву округлившимися глазами и на некоторое время выпал из реальности.
- Теперь злой дух нас точно сожрёт… Он примет нас за пищу, шаман!
Гарь и кровь – вот те запахи, что наполняли стены храма в те зловещие минуты. Пламя жертвенного костра поднималось до самого потолка, в его свете фигуры харадрим, эльфийки и Анкалимона бросали на стены причудливые тени. Южане собрались тесной группой на границе пламени, их предводитель, одетый в багровые одежды и золочёный нагрудник, вскинул руку и резким гортанным голосом читал заклинание на Чёрном Наречии. Он не прервался даже тогда, когда в группу его приближённых с нешуточной силой врезался старый решётчатый люк. Послышались крики боли и удивления, люди повалились на пол, точно кегли, но главарь с золотой серьгой в ухе устоял и продолжал, всё быстрее и громче, выкрикивать текст заклинания.
Инджаба, услышав знакомый голос, удивлённо завертел головой, потом, ту же голову втянул в плечи и бочком, бочком двинулся в сторону от смуглолицых уроженцев Астара. Что до прочих участников заварушки, то их реакция заслуживала уважения. Рабы у харадцев кончились, а следовательно все, присутствующие у алтаря, были воинами. Без понуканий и приказа, они дружно скинули с себя ржавую железяку, похватали копья и мечи, и дружной оравой ринулись на встречу эльфийке. В итоге, на несчастную Раву за считанные секунды обрушился град колющих и режущих ударов, способных превратить ловкую девушку в нежнейший эльфийский фарш. Враги грамотно пользовались численным преимуществом, держались тесным полукругом, и хоть было их всего с полдюжины, но в тесном помещении храма и при хорошей выучке, «всего» резво и решительно обращалось в «очертеть как много!».
Единственное, что спасало Раву – это ещё охрененно страшный внешний вид, из-за которого харадцы не столько нападали, сколько прикрывали спинами своего вожака. Чудище, пришедшее по их уши из местной канализации их откровенно пугало, но гнев Визиря из-за сорванного ритуала страшил в разы сильнее, так что они были готовы умереть, но не оставить свой пост.
Анкалимону повезло – его в сложившейся суматохе никто не заметил, да и позиция для обзора у него была наилучшей. Со стороны входа в храм послышались крики и звон оружия. По крайней мере, подкрепления к собравшимся в храме уже не придёт. Меж тем, пламя прямо на глазах начало белеть, разгораться, а поднявшийся над ним столб дыма приобретал очертания чудовищной крылатой фигуры.

0

22

Она была готова к тому, что колесо событий после ее фееричного появления возобновит свой стремительный ход. Потому не было в голове Равы вереницы мыслей о причинах и следствиях происходящего таинства: были лишь короткие, молниеносные приказы телу, чистые рефлексы и зашкаливающий адреналин, здесь и сейчас. Все, что сейчас возникало в сознании эльдэ, проносилось в нем стремительно и не подвергалось никакому внутреннему сомнению - на него попросту не было времени. Нерадивый Инджаба быстро засеменил прочь, в то время как дружный ряд харадских воинов уже сомкнулся. Это ни в коем случае не остановило полет стрелы, пущенный меж прикрытых голов в сторону источника громкого голоса, но после эльфийка была вынуждена отступить. Даже не так - она дернулась назад и в сторону, к пролому, сквозь который в пыльную залу проникал солнечный свет. Кажется, одно из копий настигло девушку, когда та ощутила легкий укол в левый бок. Трудно было говорить о глубине пореза, ибо притупленными были чувства Равы от накатившего жара разгоревшейся битвы, но позже, несомненно, эта нелепая рана даст о себе знать. Дикарка отступила всего на несколько широких шагов, но затем обернулась, и в глазах ее вспыхнул холодный пламень.
- Прочь! Я пожгу вас всех! - рявкнула она дурным голосом, пока жадное пламя пожирало вражеские мечи и копья. Это не был настоящий огонь, вовсе нет. Но откуда то было знать порядком струсившим харадрим, к чьим рукам приближались алые языки, наполненные жаром поднимающегося ритуального кострища? Как быстро смогли бы разгадать они уловку, сотканную эльфийским воображением? Не было причин и времени гадать: ведь нестройный грохот мужских голосов разрезал вой эльфийских клинков, поспешно извлеченных из ножен. И раньше, чем жуткая тень от густого дыма легла на каменные плиты залы, Рава совершила свой первый выпад к ближайшему противнику.
И, видит Эру, пока еще то был не Анкалимон.

+1


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Дальний Харад, 13 февраля 2221 В.Э.) The Temple of the Eternal Evil