“Меньших духов он мог привлечь на свою сторону любовью к себе и восхищением перед собой - и так довести их до восстания против Эру. И тогда Мелькор обращал во зло их страх перед Единым, так что они начинали смотреть на Мелькора как на вождя и защитника, и в конце концов оказывались слишком запуганы, чтобы вернуться под руку Эру, даже после того, как они поняли Мелькора и возненавидели его.” - Дж.Р. Толкин, Атрабет Финрод ах Андрэт, Примечание 10.

Происхождение
Майар - это божественные духи (Толкин применял также термин “ангельские”), созданные Илуватором до начала времён. Ед.число от майар - майа (мужской род) и майэ (женский род). Падших майар называют демонами, злыми духами или умайар. Когда Айнур спустились в мир, четырнадцать величайших из их числа стали Валар, Стихиями Мира. Остальные же стали майар, их слугами и помощниками в великих трудах по обустройству Арды. float:right
По сути своей, Айнур есть мысли Единого, обретшие самостоятельное бытие и развившиеся в личность. Каждому из них в замыслах Эру была отведена определённая роль в грядущей симфонии творения, и им потребовалось время, чтобы найти взаимопонимание. Причём, Валар после начала времён обрели обширные “домены”, сферы деятельности и влияния, в каждой из которых нашлось место множеству меньших духов. Например, Ульмо стал олицетворением всего того, что Эру представлял о воде, реках, озёрах и морях, а майа Оссе был воплощением куда более тонкой категории бытия - шторма.
Сильнейшим среди майар был Эонвэ, герольд Манвэ, а их предводительницей считалась Ильмарэ, фрейлина Варды. Однако эльфам и людям лучше всего знакомы двое других майар, принадлежащих к свите Ульмо: Оссэ и Уйнен. Самым грозным из числа слуг Мелькора был Саурон, участвовавший во многих его делах и частенько доводивший до ума задумки хозяина. К числу тёмных майар относятся и балроги, духи огня и ярости, а также волколаки и некоторые дргуие, нашедшие себя в образе ужасных чудовищ или первых орков.
Большинство из майар навсегда покинуло смертные земли, но среди диких просторов Эндорэ ещё хватает обителей духов. Немногие из оставшихся являются всецело добрыми или злыми, большинство просто существует, не ставя перед собой великих целей и ухаживая за своим доменом. Наконец, лишь единицы из оставшихся в Эндорэ достаточно сильны, чтобы всерьёз влиять на судьбу мира, которая лежит в руках Детей Эру.
Всё же, немногие из светлых майар осмелились задержаться в Средиземье для исцеления ран Арды. Среди них можно выделить Йа́рвайна Бе́н-а́дара (Том Бомбадил) и Дочь реки (Золотинка). Оссе и Уйнен по прежнему навещают западные берега, но редко, и чаще неявно. Торондор ещё живёт в Мглистых горах, но его время в Средиземье подходит к концу, искажённый мир угнетает его, и он отдал большую часть сил народу гигантских орлов.
Большинство тёмных майар лишились своих воплощений во время падения Ангбанда и умалились до состояния тени, дремлющей в одной из проклятых мест, либо были превращены Сауроном в волколаков и иных чудовищ. Из прочих умайар стоит упомянуть Тевильдо, Тхуренгветиль и Карадраса (дух северных гор и ледяной стужи).

Облик
Естественной формой майар является бесплотный дух. Согласно своей природе и желанию они могут принять форму человека, эльфа, животного, растения или неодушевлённых объектов (Карадрас). Как и все Айнур, майар бессмертны и навсегда привязаны к миру. Их воплощения можно разрушить, и тогда духу потребуется время (завсящее от его силы и умений), чтобы создать новое. В теории, их сущность (душу, феа) можно повредить, пленить или ослабить, но нельзя полностью уничтожить. Лучшим средством для этого, конечно, является магия или чары, помочь также может волшебное оружие. В любом случае, чтобы нанести урон сущности майа требуется значительная мощь и умение. float:right
Светлые майар носят материальную форму подобно одежде, могут в любой момент перейти в форму духа. В этом состоянии они незримы для большинства смертных (исключая других майар и эльфийских чародеев), сохраняют большую часть своих сил, но при этом особенно уязвимы к магии (так как их души более не защищены внешним покровом воплощений). Они не испытывают естественных потребностей и, по большей части, игнорируют плотские наслаждения, отдавая предпочтениям веленьям духа, разума и сердца.
Иначе дело обстоит с Тёмными. Тема Мелькора содержит в себе множество запретных соблазнов (подробнее см. Семь смертных грехов), и принявшие её майар волей-неволей всё больше привязываются к своему воплощению. Кто-то хочет большего могущества над материей Арды, кого-то прельщают наслаждения плоти, а кому-то просто хочется пожить в шкуре Детей Эру или их жутких подобий. Итог один: майа лишается сил в бестелесном облике. Многие умайар всё ещё способны менять обличия, но в конечном итоге, все они окажутся заперты в единственной оболочке, от которой будут всецело зависеть.
Развоплощённый умайа практически лишён сил, ему могут потребоваться века на восстановление тела. А если сил у него изначально было немного, то он может никогда более не вернуть себе материальный вид, и будет вынужден до скончания мира скитаться, подобно бестелесному призраку. Порой, более сильная сущность может даровать такому изгнаннику новое тело (так появились волколаки - злые духи в обличии волков), или же сам умайа может вселиться в другое существо (только с согласия последнего) или оживить мёртвое тело (требует навыка). В любом случае, павший умайа будет представлять собой жалкое зрелище, и мысли о прошлом величии никогда его не покинут.

Культура:
О мышлении Айнур можно сказать лишь то, что оно во многом отражают присущую им партию в Музыке, и отчасти, ограничено пределами этой партии. Том Бомбадил может быть первосортным специалистом в убаюкивании старых вязов и сборе лилий, но он не сможет удержать в памяти потребность присматривать за Единым Кольцом и будет неважным противником Саурону; Ауле знает все тайны земли, но ничего не смыслит в птичках и цветочках, они просто находятся за пределами его “я”. Опять же, от майа штормов сложно ожидать покладистого характера, верно?
Все Айнур стремятся к творчеству и воплощению своих идей, к тому же, их частенько удивляют Дети Эру и их поступки: Айнур не видели их в Видении Илуватора и не всегда могут понять их мыслей. Майар далеко не всегда имеют чётко поставленную цель своего существования, многие из них просто “есть”: дух берёзок растёт себе где-нибудь в приятном местечке, дух кукушек кукует себе на ветке соседнего дерева, и никто из них не задумывается о том, что где-то там злобный Тёмный Властелин массово вырезает Детей Эру. Ради которых эти светлые майар некогда и пришли в мир. Это “просто бытие” легко спутать с ленью, но так или иначе, оно в природе всех майар.
Если для светлых майар на первом месте стоит забота о Детях Илуватара, а уже на втором собственное творчество, то тёмные всецело поглощены собой и своими желаниями. Как ни странно, последнее совмещается у них с жёсткой деспотией и подчинённостью вышестоящим (читай - более сильным) Айнур. Среди валинорских майар напротив главенствует определённая свобода и право выбора, власть Манвэ, Короля Арды, во многом условна и сводится к поддержанию элементарных заповедей типа “уважай чужое творчество и будет тебе счастье”.

Способности
float:rightМайар лучше любого из Детей Эру знают незримую изнанку мира, тот информационный пласт бытия, который был заложен ещё до сотворения Арды, во время Музыки Айнур. В этой Музыке у каждого из Айнур была своя песня, которая в итоге стала частью мира: явлением, существом или предметом. И хотя Айнур наделены поверхностным знанием Музыки в целом, к тому же они способны учиться и постигать мир подобно смертным, но немногие из них были способны разобраться в песнях других Айнур и добиться полного понимание чужой песни.
Из всех народов Арды, только Айнур способны на полноценную магию: силой своей души они воздействуют на Музыку Арды, и тем самым вызывают изменения в материальном мире. Магия для них сродни творчеству, а мир подобен холсту. Но с течением лет реальность упрочняется, и в неё уже сложнее вносить серьёзные изменения. Так, по мере того как рисуемая картина обретает всё новые черты, в неё всё сложнее внести серьёзные поправки или дополнения.
Светлые майар, как правило, не владеют разрушительными силами, в их природе - украшать и исцелять окружающий мир, приближая его к первоначальному замыслу о Неискажённой Арде (т.е. той, в которой не похозяйничал Мелькор). Впрочем, даже милые лесные зверушки могут убивать, главное - применить воображение.
Тёмные майар обладают большей властью над материей Арды и способны насылать на врагов разрушительную мощь стихий и всевозможные проклятия, их магия агрессивна и опасна.
В то же время, резервы их сил ограниченны. Могущество светлых майар постепенно восстанавливается, так поэт, выложившись на все сто в минуты вдохновения и сочинивший шедевр, со временем обретает новые идеи. Зло же, по мнению Толкина, бесплодно, но способно к делению и искажению существующих творений. Так Мелькор, изначально превосходивший мощью всех Валар вместе взятых, растратил себя на преобразование мира и создание собственной империи. Тёмные майар склонны зацикливаться на себе и собственных желаниях, и это, судя по всему, лишает их притока новых магических сил. Итогом такого процесса будет “разум в коробке”, не способный воспринимать что-либо исходящее извне, полностью поглощённый собственными желаниями и страстями, “робот” с атрофированной личностью.