Путь в Средиземье

Объявление


Добро Пожаловать!


 

«На протяжении сумерек Второй Эпохи Тень растёт на востоке Средиземья,

всё больше и больше распространяя своё влияние на людей, чья численность

умножилась, в то время как род эльфов начал увядать. Вот три основные

темы: Задержавшиеся эльфы, что остались в Средиземье; возвышение

Саурона до нового Тёмного Властелина, повелителя и бога людей; и

Нуменор-Атлантида. Они рассматриваются историографически и в двух

преданиях или рассказах: Кольца Власти и Падение Нуменора. Оба служат

существенными предпосылками для Хоббита и его продолжения» - Письмо

131 Милтону Валдману, Дж. Р. Толкин.


Список персонажей Правила Сюжет Ситуация в мире Шаблоны анкет Акции
Администрация
Sauron  372279461
Rava

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Берег Великого моря, 1 В.Э.) В свете светлячков


(Берег Великого моря, 1 В.Э.) В свете светлячков

Сообщений 61 страница 75 из 75

61

- Пока не скажу. - Повторил нолдо, будто нарочно не обращающий внимание на перемещения майэ. На самом деле он на всякий случай насторожился, вдруг это только хитроумная игра, чтобы застать его врасплох. Стоит быть внимательнее, особенно теперь, когда майэ сидит уже совсем рядом и может спокойно заглядывать в глаза снизу вверх.
- Не тебя. Скорее для тебя. - Вышло как-то почти отстранённо, ибо в тот самый момент Макалаурэ как раз переходил к детализации и тонкой части работы, которые требовали от него и внимания, и памяти, и сосредоточенности. А то пририсует что-нибудь не то и не туда, и не так, вот будет забавно-то смотреться. Так что лучше не рисковать пока отвлекаться.
- Ты не тому предлагаешь в эту игру сыграть. - Хмыкнул нолдо, чуть качнув головой. - Я уже долгие-долгие годы не играл в шахматы, да и тогда, давно, не был достойным противником. Так что увы, пожалуй откажусь от этого твоего предложения.
Это бы к Курво. Или к Нельо. На худой конец к Морьо, хотя Мрачный вряд ли бы стал заниматься такой ерундой как игра в шахматы, тем более на простое желание, если можно зняться полезным делом, а не просто так штаны просиживать за какой-то там игрой, пусть и одной из самых непростых и мудрёных.

+1

62

    - Для меня? – а вот это уже было интересно…
    Лит задумалась и чуть склонив голов предприняла ещё одну попытку заглянуть в листок, но эльф вновь оказался ловчее и ей не удалось разглядеть работу. Разве что небольшой угол, который ни о чём ей не сказал…
    А ведь очень скоро это всё могло оказаться совершенно неважно…
    - Может хоть намекнёшь? – попросила она. – Мне ведь любопытно… Или рисуй быстрее. – Подгоняя эльфа она легко пробежалась пальцами по его спине, щекоча, зарылась пальцами в тёмные волосы и по-дружески потрепала его по голове.
    А вот отказ от игры её огорчил. Коротко вздохнув майэ уронила голову ему на плечо и тихо прошептала на ухо:
    - Ну, пожалуйста. Я готова даже исполнить два твоих желания в случае поражения… - Женщина улыбнулась одними глазами. – Знаешь, интереса ради, предлагаю сразу же озвучить эти желания. Моё будет звучать так, - приблизившись она ласково прошептала Маглору на самое ухо: - ни сейчас, ни позже, ни здесь, ни в любом другом месте, если мы столкнёмся в новь единожды или множество раз: ты не причинишь мне никакого вреда. Не поднимешь ни руки, ни клинка, ничего не сделаешь, что могло бы развоплотить меня и не поможешь в том другому. Согласен? – поинтересовалась она уже обычным тоном отстранившись. – И не напрягайся ты так… - майэ легонько поцеловала его в висок.

0

63

- Визуализация одного воспоминания из прошлого. - Всё-таки намекнул нолдо, решив, что от этого плохого ничего не будет. А так особо и не догадается. - Если ты меня отвлекать не будешь, то нарисую насколько могу быстро. - Прибавил он, старательно не обращая внимания на пока невинные заигрывания тёмной. Опять-таки практика празднеств в Тирионе. Правда там было похуже, там таких дев было не одна и не две, а глазки строили они куда как активнее. И песен от него хотели. А вот майэ-то что нужно... Хотя... Только вот вряд ли её чаяния оправдаются, а попытки достигнут цели.
- Не отвлекай. - Вновь повторил нолдо, слегка тряхнув головой, чтобы показать, что её прикосновения не достигают нужного результата, а действительно в данный конкретный момент только отвлекают. А ему сейчас ну вот совсем не нужно, чтобы рука хоть немного, но дрогнула. Иначе всё перерисовывать придётся, а вдохноыкемк может исчезнуть, и повторный рисунок уже совсем будет неподходящим.
- Ситуации бывают разные, и встречи бывают разные, и причины бывают разные. Так что обещать подобного я не буду, ибо не знаю, как дальше повернётся судьба, и что от выполнения или невыполнения обещания будет зависеть. А значит мне нельзя давать подобных обещаний, как и тебе тоже. Чтобы потом не оказаться в ситуации бессилия.
Он занимался прорисовкой самых мелких деталей. Уже почти с закрытыми глазами. Резкие, чёткие движения кисти, почти последние штрихи в рисунке. То, что придаёт изображению жизнь, внутреннюю глубину, отчётливость. Наполнение работы Нотами Музыки, почти чары... Но только почти...

+1

64

    Выслушав эльфа умайэ задумалась на несколько секунд, после сняла голову с крепкого нолдорского плеча, убрала руку и даже пересела, устроившись напротив и подобрав под себя ноги.
    - Хорошо эльда, будь, по-твоему, - улыбнулась она. - Ты меня заинтересовал, так что я готова покорно подождать плоды твоих трудов… Но я вижу, что в тебе нет азарта, это меня печалит. Суть таких клятв как раз в том, что они способны поставить тебя в сложное положение. Они заведомо поднимают одного над другим в конкретном вопросе. Мы ведь говорили об игре, о соревновании, а в нём кто-то проигрывает, а кто-то выигрывает. Неужели ты готов отказаться даже от двух таких клятв с моей стороны, взамен одной твоей? Ты слишком осторожен или же просто не знаешь, чего пожелать? Я многое могу и многое умею, а также знаю такое, что могло бы послужить к твоему умению творить чары.
    Говоря это, она чуть прищурилась внимательно, вглядываясь в лицо Маглора, но тот был сосредоточен на рисунке. В какой-то момент ей даже показалось что все её усилия тщетны, а слова звучат в пустую, словно бы эльф её даже не слушал. И всё-таки… что он такое мог рисовать? Нельзя было не отметить того мастерства и лёгкости с которой он работал, расставляя последние штрихи. Как увлечён он был работой и буквально на её глазах вкладывал в листок свою душу… «Нолдо…» - вдруг подумалось ей, в том самом хорошем смысле в котором поминали их народ, народ великих мастеров и умельцев.
    - Ты так стараешься… - заметила она после недолгой паузы и подними эльда глаза увидел бы что женщина приняла вид крайне задумчивый и серьёзный.
    «А ведь для тёмной стараешься…» - всё думала она и никак не могла понять…
    - Зачем тебе так стараться для меня, эльф? Не вы ли считаете, что мы не способны понять искусство?... – даже тон её голоса изменился, став глубже и печальнее.

0

65

- В моей жизни было слишком много подобных ситуаций. И снова наступать на те же грабли, но теперь уже не по необходимости, а из-за собственной опрометчивости я не стану. К тому же в моей жизни была уже одна данная необдуманно клятва, о последствиях которой знает вся Арда. Потому да, я откажусь от подобных условий. К тому же да, я не слишком азартен, чтобы устраивать такие состязания, итог которых непредсказуем.
Последние несколько штрихов. И нолдо наконец поднял взгляд от листка. Хотя прежде чем ответить, немного помедлил.
- Думаю, это ты понять сумеешь. Понять и принять. И разглядеть до мельчайших деталей.
И он подал ей наконец законченный рисунок.
Цветущий плющ причудливо обвивает резные, тонкие и кажущиеся морозно-хрупкими как льдинки на карнизе или узоры на стекле столбики небольшой беседки, в центре которой горит маленькая круглая жаровня, в которой бьются и взмывают вверх язычки пламени, разгоняя сгустившийся после смены света Древ в саду полумрак. У перил  беседки в пол-оборота к зрителю стоит мужчина, почти небрежно опираясь о резные, будто покрытые изморозью перила. Голова чуть откинута назад, длинные чёрные волосы рассыпались по плечам и спине. Глаза закрыты. Свободное, чёрное одеяние с длинными, широкими рукавами, полностью скрывающими руки до самых кистей. В руках лютня. Пальцы невесомо лежат на струнах, кажется, ещё мгновение, и станет слышна негромкая, сложная и прекрасная музыка. На губах застыла лёгкая улыбка. И словно бы та беседка, и пламя в жаровне, и  оазросшийся плющ слушают и подчиняются той льющейся из-под пальцев мелодии. Первый из валар. Отступник. Но и Творец так же, как и прочие Силы мира. Умевший творить красоту, пускай тёмную и опасную, пускай губительную и жестокую, но всё-таки красоту. То, что не подверглось Искажению, влиянию искалеченной его Силы, имело две стороны.  Просто за Тьмой и Искажением многое было не видно и непонятно. И пока нет ни Непокоя, ни Исхода, ни кровавых войн Первой Эпохи... Пока есть маленькая беседка в тихом отдалённом тирионском саду, и вала, выбравший иной путь и тем самым определивший свою судьбу...
- Таким он был, когда мне довелось первый раз увидеть его. - Пояснил менестрель, коротко кивнув на рисунок.

+1

66

    - Понимаю, - без удивления и особого сожаления кивнула Лит.
    После всего случившегося клятвы и обещания не могли не стать для этого рода чем-то особенным, вероятно они заставили и всех остальных, кто знал их историю, внимательнее относиться к своим словам. Возможно Первый Дом был единственным кто действительно постиг всю суть обещаний, острых как клинок и способных стать такими же убийственными. Получив ответ умайэ замолчала, но не переставала размышлять, следя за быстрыми движениями руки по бумаге, покуда не изрекла глубокомысленно:
    -  Меж тем твоя осторожность говорит о том, что тебе есть, что терять. Что ты ещё видишь себя подле других, которым и опасаешься навредить… Видишь ли ты в глубине фэа себя возле других? И кто они, эти другие?
    Ибо отчаявшийся таких слов точно не скажет... они тлен для него, не имеющий никакого значения. Как и весь мир, всё сущее вокруг.
    Меж тем рука творца нанесла ещё один штрих и остановилась. «Работа завершена,» - поняла умайэ и любопытство в ней с каждым мгновением становилось всё сильнее, проявляясь искрой в широко распахнутых глазах. Слова эльда ещё больше заинтересовали её, и она с охотой протянула руку принимая работу, развернула её к себе и вгляделась. Свет костра лился немного с боку и сзади от неё, так что женщине всё было хорошо видно, несмотря на ночь. Маглор мог видеть поверх края бумаги как скользят её глаза изучая узоры и как застывают, достигнув лица.
    Вместе со взглядом застывает и сама умайэ, словно оборачиваясь неживой каменной статуей, свет уходит из её глаз, она вся словно сереет и тухнет на глазах и лишь пара неподвижных бликов в чёрных зрачках приковывают к себе внимание, будто бы лишь в них сосредоточилась вся оставшаяся в ней жизнь. В тот миг сложно было понять, чего в умайэ больше: шока или тоски, удивления или боли. Но душу её словно бы прошила тонкая и быстрая стрела, в миг причинив столько… страданий. Перед глазами её пронеслось столько случайных картин, при виде этого облика, и каждая из этих картин вызывала в ней столь сильный отклик, что она не смогла сдержать слёз и те крупными каплями сбежали по её щекам. Дрожащими пальцами в нерешительности она протянула руку к рисунку, но так и не решилась прикоснуться, опасаясь потревожить грифель и испортить его таким глупым жестом.
    Она была так сильно тронута этим подарком…
    - Канафинвэ, - едва выговорила она дрожащим голосом, словно вспомнив о его существовании, но так ничего и не прибавила к имени.
    Впрочем, в тоне голоса было уже всё, что нужно.
    Смахнув рукавом слёзы, Лит поднялась и направилась к своим вещам, возле которых долго возилась, обеспечивая подарку удобное место и безопасность в её рюкзаке. После поспешила вернуться к эльфу и крепко обняла за шею целуя, на этот раз уже его самого, не пылко как прежде, но с искренней нежностью и благодарностью.

0

67

- Понятия не имею, кто они. Но кто бы ни были, это ничего не меняет. Судьба непостижима и переменчива. И я не знаю, что ждёт впереди.
В Амане они помнится мечтали о многом. Но уж точно не о том, ччто с ними случилось.  А потому говорить о том, что с ним будет даже завтра или через год, менестрель не стал бы. Может путь будет вечно теперь объединён с одиночеством, а может и нет. В любом случае загадывать не стоит.
Сначала ему показалось, что он всё-таки ошибся, что зря нарисовал и показал тёмной этот довольно простой в сущности портрет. Уж больно яано и заметно на её лице отразилось всё то, что она испытала, глядя на рисунок. Казалось, она либо разрыдается, как недавно, стоя в озере, либо сорвётся и атакует, решив уничттожить того, кто посмел напомнить ей о её боли.
Но не произошло ни того, ни другого, ибо интуиция не подвела менестреля, и сотворенная работа оказалась действительно тем, что было нужно. Он бы сам наверное отреагировал похоже, покажи ему кто-нибудь портрет отца или кого-то из братьев.
Осталось только пожалеть, что рамку к рисунку не сделать в лесных условиях без необходимых инструментов. Ну да наложенные в конце работы на листок чары не позволят ему истрепаться, измяться или испачкаться, а рисунку поблекнуть, стереться или размыться. Простенькие чары, которым он научился ещё у Нельо давным-давно. Но они помогут майэ сохранить рисунок на долгие годы, если ей того конечно захочется.
Майэ ушла к своим вещам и бережно спрятала подарок. А после вернулась и, обняв, поцеловала нолдо. И не было это ни повторением её того мимолётного общения с иллюзией, ни недавними заигрываниями. Это было иное.
И если благодарственные объятия были более-менее привычны, то поцелуй всё-таки смутил нолдо. Женщины... какие же они всё-таки странные. Понять их логику просто невозможно.
В этот раз отстраняться он не стал. Только улыбнулся краешками губ, порадовавшись, что кончики ушей под волосами и в полумраке не видно.

+1

68

    В этот раз нолдо не оттолкнул её и не поспешил скрыться, отправляясь за хворостом или к костру, желая отведать ужин, на который он потратил столько времени и трудов, а потому поцелуй вышел долгим, неторопливым и приятным. Когда же он закончился, умайэ опустила взгляд и немного помолчала, сосредотачиваясь на ощущениях и чужом вкусе, осевшем на кончике языка… Смешно, но этот вкус теперь навсегда будет ассоциироваться у неё с Мелькором, то с рисунком, то с ним самим... Но, да, в этот раз всё вышло как-то иначе… не так безумно и искренне.
    Казалось она тоже смутилась, потому поспешила спрятать лицо между сплетением своих рук и его шеей, щекоча кожу горячим и влажным дыханием. Прикладный воздух полный ароматов зелени и соли смешался с солёным и сильным запахом мужчины. А ещё он был тёплым и жёстким, от чего она, как ни странно, почувствовала усталость и захотела расслабиться ненадолго.
    - Спасибо, - прошептала Лит, словно боясь спугнуть нечто невидимое, но вполне осязаемое. – Я буду хранить твой подарок.
    «И до чего ты дошла? Целуешь эльфов? Тебе должно быть стыдно.» - Упрекнул её противный голосок, исходивший из глубин то ли разума, то ли души и эта маленькая шпилька достигла свей цели. Ей стало стыдно, она смутилась, но сильнее всего её принялось есть сожаление. Глубоко вздохнув она зажмурилась и внезапно крепче прижалась к эльфу, словно прячась от чего-то. «Какая глупость, - сказала она себе, - не позволяй этого. Ибо позже ты об этом сильно пожалеешь.» «Ну и пусть…» - ответила этим мыслям какая-то крохотная её часть, давним давно уже лишённая права голоса.
    - Ты оказался совсем не таким, каким я тебя представляла, второй из Рода Пламени, - тихо прошептала женщина, после наконец разжала объятья и отстранилась.
    Руки её словно потоки воды скользнули вниз по плечам и крепкой груди, чтобы замереть на эфесе оружия. И в том не было ничего удивительного, ибо звучавший вдалеке вой приблизился и оба они могли почувствовать, как уверенно волки приближаются к поляне. Обнажив меч и короткий клинок, она провернулась к нолдо спиной и приготовилась к битве. Звери быстро окружали их, кусты наполнились рычанием, в темноте полыхали огоньки голодных глаз и сверкали зубы.
    И в этот самый миг, словно знак свыше, умайэ заметила, как на её плечо опустился маленький зелёный огонёк – крошечный светлячок. Лит посмотрела на него в задумчивости и как раз в этот миг один из волков кинулся вперёд, бросаясь на Маглора.

0

69

Что ж, стоит признать, что на какое-то мгновение появилась мысль о том, что распорядись мироздание немного иначе, и всё могло бы пойти чуть иным путём, и всё могло случиться по-другому. Но Заммысел давно был предопределён. А потому всё происходящее было мимолётно-непостоянным, как дуновение ветра. И оставляло какой-то еле уловимый привкус сожаления. Наверняка во всём была виновата более чем романтичная обстановка.
- Не за что. Иногда довольно интересно понимать, что в чём-то даже валар ошибались. - Задумчиво ответил нолдо, понимая, что не только его смущает ситуация. Вот только майэ похоже это самое смущение не очень-то мешало. В отличии от менестреля, который как и в ситуации с недавним женским слезоразливом не совсем понимал и представлял, что же ему-то в данный момент делать. Потому пока просто не мешал, немного удивляясь произошедшим с тёмной переменам.
- И как же тогда ты меня представляла? - Заинтересованно спросил он, когда она отстранилась. Вот только, похоже, ответа на свой вопрос ему было уже не суждено получить. Ночь оказалась обманчиво спокойной, а наличии костра обеспечивало обманчивую безопасность.
Происходящее на поляне резко поменяло свой оттенок, когда вой волков прозвучал совсем рядом, а буквально через минуту ближайшие заросли зашевелились, и среди них загорелись огоньки хищных глаз. Хищники окружили полянку, оставаясь впрочем пока в темноте и не приближаясь к костру. Вот только... До костра от дерева было порядка пяти-семи хороших шагов, за совсем короткое время которых и не сделать. А жаль. Горящая ветка в такой ситуации - самое надёжное оружие.
- Какие-то неправильные в этом лесу волки. - Озвучил вывод из своего краткого наблюдения менестрель, встречая атаку кинувшегося на него волка ударом клинка. Зверь коротко взвизгнул и отскочил. Из раны в плече полилась кровь. Ранение одного из стаи заставило волков насторожиться и стать более осмотрительными. Хотя от добычи они похоже отказываться пока не торопились.

+1

70

    Майэ окинула взглядом лес, полный горящих огнём голодных глаз, смотрящих на неё жадно и призывно, после вновь глянула на светлячка… подняла ладонь, собираясь то ли смахнуть его, то ли схватить и в этот самый миг эльф за её спиной сделал выпад заставив волка взвизгнуть от боли. Обернувшись она увидела, как зверь отскочил в сторону и, окропляя траву своей кровью, прыгнул в кусты.
    Так странно было стоять спиною к светлому и не ждать удара клинка. Так странно было испытывать к нему всё то, что она испытывала… И в этот самый миг она поняла, что оказалась на перекрёстке двух дорог. Светлой и тёмной. Мелькора ведь уже нет… ничего уже нет… что держит её? Что её ведёт?... А глаза смотрели на неё из темноты, осуждающе и призывно. Заглянув в глаза каждому зверю, она глубоко вздохнула, прикрыла глаза и неожиданно зло вскрикнув ударила себя по плечу.
    Волки восприняли её крик так, словно это был вызов: один за другим они вышли из-за кустов и деревьев и кинулись в их сторону. Голодные алые пасти сверкали, полные белоснежных зубов. Но волки были не самым страшным – в темноте меж деревьев ходил зверь хуже и страшнее, но пока волколак не показывался, словно ждал, когда стая измотает добычу. И всё смотрел на Лит неотрывно, словно ожидая. Лит же была вынуждена неловко орудовать клинком, всё из-за тех же ран, но пока ни один волк до неё так и не добрался. Зато с какой яростью они кидались на Маглора! Словно тот был добычей и вкуснее и слабее раненной женщины.

0

71

И ведь действительно неправильные волки. Выбрали более сильного в качестве претендента на свою добычу. Правда наверное потому, что они тоже относились к тем зверям, с которыми у эльфов отношения не слишком ладились, и по слухам тоже были сотворены некогда Мелькором.
Новый взмах клинка, и ещё один волк отлетает в сторону, теперь уже почти разрубленный сильным ударом меча. И шаг к костру. Пока осторожный, чтобы волки дорогу не перекрыли заранее. Вместо кинжала бы сейчас ветку... Правой-то рукой не особо клинком поорудуешь, а вот крепкую деревящку можно по идее будет удержать. Ещё удар с выпадом. И новый взвизг. Нолдо провернулся на пятках, взмахом клинка отгоняя вздумавшего напасть сбоку зверя.
"Интересно, и сколько их тут в этой стае?" - Подумалось ему. Вряд ли конечно много. Большим стаям из множества взрослых особей трудно в лесу прокормиться, но чем Намо не шутит.
Короткий взгляд на майэ, проверяя как у неё дела с защитой. И ещё шаг к огню. И снова. Низкий взмах клинка, как косой, отгоняя подбирающихся зверей. И ещё шаг. Ещё немного, и он сможет дотянуться...

+1

72

    Эльда был абсолютно прав в своих мыслях – волки всегда были слугами Моргота и их ненависть к эльфам питал волколак – слабейший из умайа заключённый в облик волка и практически утративший разум, уподобившись своим младшим братьям. Хотя быть может то был не умайа, но его отпрыск, ибо именно в этом таилась страшная суть заточения в животном обличии – медленное, но неминуемое обращение в зверя. Но зверь этот всё ещё оставался опасным и сильным противником, куда более умным, чем обычный волк, куда более проворным сильным и большим.
    На землю лилась волчья кровь, и с каждой раной, с каждой смертью волки становились всё осторожнее и хитрее, всё внимательнее и проворнее. Можно было с уверенностью сказать – затянись бой и путникам несдобровать, а потому неспешное движение Маглора к огню приобретало такую большую значимость. Так же ему стоило отдать должное в том, что в основном именно он лил волчью кровь – умайэ с её ранами скорее шугала зверьё, тыкая клинком в морду и заставляя каждый раз отскакивать назад. Так же шаг за шагом она неспешно следовала за ним, словно тень, но в конечном итоге волки потеснили женщину.
    Удобнее перехватив короткий кинжал она прижалась спиной к эльфу, быстро глянула назад, оценивая ситуацию с его стороны, затем посмотрела на волков и сделала то, что воин в её ситуации делать был не должен – закрыла глаза. На миг на её мраморно-бледном лице, холодном и красивом проступила боль. Искренняя и сильная боль, которую она должна была превозмочь. Если бы её видели в этот миг, могли бы решить, что Лит мучает какая-то рана, ибо те крайне плохо сочетались с боевой ситуацией… но дело было совсем не в них.
    Волки требовательно рычали… Волки кинулись в бой.
    А в темноте сверкнул кинжал. Светлячок – маленький лучик света, что горел на её плече, - был раздавлен, превратился во влажное невыразительное пятно. В грязь. А кинжал обогрелся горячей алой кровью, глубоко войдя в правый бок Маглора и не милостиво повернулся в ране расширяя её. Подгадав подходящий момент умайэ ударила и тотчас же отскочила танцевальным шагом, а волки, что были перед ней прыгнули навстречу. Но не тронули женщину, а обежали по кругу и бросились на эльфа. Он ведь не знал, не мог знать, что изучать и ведать как создавать и управлять тёмными тварями – практически её работа. Но он ведь видел, что она уже ела, но всё равно попросила его приготовить… при том, приготовить мясо. Бросила даже кусок прямо в костёр, дабы аромат разнёсся далеко по лесу. А когда еда была готова – не стала трапезничать, а лишь тянула время, втиралась в доверие как могла. И вот теперь достигла своей цели…
    Эльф остался один, он был ранен и вокруг скакали голодные звери. Из двух путей, которые ей открылись, она выбрала тёмный… Она выбрала Мелькора. Всегда выбирала. Так почему же сейчас должно было быть иначе?
    Почему сейчас ей было так больно?
    Давя слёзы, как нечто непозволительное, как мерзость, как слабость она обернулась и взглянула на Канафинвэ. Она хотела посмотреть на него с холодом и призрением, с безразличием и достоинством… но так не вышло, вышло… как-то иначе. И сказала она совсем не то, что хотела.
    - Я представляла тебя врагом, а ты оказался чем-то другим… - ответила Лит на его последний вопрос. -  Но ты это ты, а я это – я. Больше ничего и ничего больше…
    Неспешно, шаг за шагом, она отступала назад, а с противоположной стороны из лесу вышел огромный серый волколак. Страшен был тот зверь, силён и могуч, огромен словно медведь и пасть его сверкала полная ядовитых зубов.
    - Сегодня пламя не на твоей стороне, сын пламенного рода, - коротко объявила она и взмахнула рукой, от чего спасительный костёр погас, не оставив даже горячих головешек.

0

73

Что же, Тьма остаётся Тьмой, как бы мирно она не выглядела. Майэ удалось таки нанести удар. И рана оказалась болезненной, хоть и не смертельной, благо на войне и не такие получать приходилось, а после сражаться ещё полдня с ними или добираться до лекарей, или вытаскивать своих из беды... Потому нолдо даже не охнул и не дрогнул после удара, хотя и сжал до онеменения челюстей зубы на какое-то мгновение. Резко выдохнул и медленно втянул воздух. Что же, пожалуй и это ему будет уроком. Но слабости показывать нельзя. Как и давать волкам понять, что рана приносит боль. Ослабленную, страдающую от боли добычу они просто сомнут числом. Так что надо стоять. Надо сражаться. Сыны Феанаро сражаются до последнего. Даже когда казалось бы уже и жить-то не могут. А живут. Морьо вон в Менегроте ещё во всю к братьям пробивался, когда у него в спине копьё торчало, а тут какая-то пустяковая дырка в боку. Фу, какая ерунда, право слово.
Так что кинувшихся вперёд волков встретил всё столь же умело и  безжалостно разящий меч. А вот с костром идея не выгорела к сожалению, всё-таки придётся и во вторую руку клинок брать, ибо ладнно от волков отмахиваться, а от волколака одним мечом не защититься... Хотя... Финрод вон вообще голыми руками и зубами справился, хоть и погиб. Оружие же работы Феанаро всяко не подведёт, будь майэ хоть сто раз огненной.
- Ну что ж. - Спокойно произнёс нолдо, посмотрев майэ прямо в глаза и коротко, спокойно улыбнулся. - Но по крайней мере клинок всегда остаётся со мной. - И резко выкинул вперёд правую руку, с кончиков пальцев которой сорвался стальной звёздочкой небольшой кмнжал  Сорвался и полетел в майэ.  А поскольку нолдо удерживал её взгляд, заметить клинок она бы не успела.
- Враг есть враг. - Короткая усмешка.
И он всё-таки взял в правую руку кинжал. Сжав пальцы на рукояти через боль, почти вопреки ей. Ибо или так, или он погибнет.А погибнуть тут так вот запросто нельзя. Нужно выжить, обязательно выжить. Вопреки желаниям тьмы. Ибо не здесь и не сейчас.

0

74

    Она думала, что оставляет его здесь умирать, но эльф и не помышлял о смерти. Клинок будто не нанёс ему серьёзных повреждений, хоть и заставил кровь бежать вниз по ноге. Во истину то был сын Феанора – могучий и гордый. Что ж, честь ему и хвала.
    И всё же ей было больно оставлять его, до того самого момента, пока холодная эльфийская сталь не мелькнула серой молнией и не ужалила в живот. И тут уж полилась другая кровь – майэрская. Вскрикнув женщина пошатнулась и упала на колени, после спешно выдернула из себя клинок. «Тварь, - подумала она со злобой. – А чего ты ожидала? Мы враги и тебе должно быть стыдно перед Мелькором за твою слабость!» Тяжело дыша она отбросила клинок и ладонью прижала рану на животе. Сил в ней и так было не много, а теперь они и вовсе утекали вместе с алым ручьём. Нужно было срочно перевязать рану, но не здесь же…
    - Не стану желать тебе удачи, эльда, - хрипло отозвалась она, вставая на ноги. – Да тебе она и не нужна. Ни Валар ни майар не придут на помощь, ибо ты проклят, так что едва ли тебя спасёт случай. Полагайся на своё нолдорское мастерство.
    «Вот только я подскажу немного этим волкам,» - закончила она про себя и мысленно обратилась к волколаку. Огромный зверь в один прыжок перепорхнул через озеро, схватил лежавшие на другом берегу вещи своей пастью и вторым прыжком оказался возле умайэ. Проклиная про себя Маглора и броня последними словами, на всех языках, которые только были ей доступны Лит, не без помощи самого волка, забралась ему на спину и велела увозить её прочь, что он и сделал.
    Волкам же был дан другой приказ – ослабив свой напор теперь они кружились и лишь изредка делали выпады. Не задерживали, нет… Теперь они попросту знали, что добыча их сильно ранена, и если измотать её, если набраться терпения, то рано или поздно она свалиться без сил. А если же вдруг начнёт ворожить… тогда уж нападут все и разом.
    Тут уж, как говориться, на всё воля Эру…

0

75

Клинок достиг цели, хоть и не убил. Ну да уже хорошо. Менестрель зло усмехнулся.
- Надеюсь, мы больше не встретимся. Иначе я уж постараюсь сделать так, чтобы ты не ушла живой. А пока - живи и помни, что эльфы не промахиваются. 
И пронаблюдал, как майэ скрывается на волколаке в лесу. Пусть её. Надо было наверное кинуть чуть выше, да ладно. Не убила же она его и не слишком критично ранила. Пусть живёт. Вдруг свет когда-нибудь всё-таки ей поможет.
Что ж, выспаться этой ночью похоже ему будет не суждено. Нужно умудриться добраться до ближайшего поселения. Любого. Или хотя бы просто до патруля. Телери конечно в воинском умении не ровня синдар и тем более нолдор, но со стаей волков они всё-таки могут справиться. Лишь бы сил хватило и рука не подвела. ..
Ещё одной резкой и порывистой атакой нолдо прикончил двух самых близких к нему и мешающих пройти к цели волков и, закусив губу, пробежал до деревьев. Благо вещи так и лежали в корнях того дерева, где он недавно сидел. А дальше - эльфийская ловкость, нолдорская сила и упрямство. И менестрель оказался в кроне дерева. Вот ещё, делать ему нечего, как с волками просто так воевать. Нет, до синдар ему далеко конечно, но какой нолдорский мальчишка не лазал по деревьям, и какой воин из народа нолдор не умеет достойно перемещаться даже по веткам. Две только помехи - бок и рука. И если рану в боку можно было перетерпеть, то поаязку с руки почти полностью пришлось сорвать, чтобы не мешала. Вот тут уже посыпались ругательства в адрес Моргота, его слуг и загадочного балрогова булыжника, не признающего своих же. Впрочем, дело пусть не быстро, но двигалось, и нолдо стал удалятся от поляны. Он решил сначала сколько это возможно углубиться в лес, а после перевязать себя и продолжить путь. Благо бинты, обезболивающее и своего рода тонизирующее в запасах были. Продержится как-нибудь. До Химринга и не с такими ранами доехал помнится.

+1


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Берег Великого моря, 1 В.Э.) В свете светлячков