Путь в Средиземье

Объявление


Добро Пожаловать!


 

«На протяжении сумерек Второй Эпохи Тень растёт на востоке Средиземья,

всё больше и больше распространяя своё влияние на людей, чья численность

умножилась, в то время как род эльфов начал увядать. Вот три основные

темы: Задержавшиеся эльфы, что остались в Средиземье; возвышение

Саурона до нового Тёмного Властелина, повелителя и бога людей; и

Нуменор-Атлантида. Они рассматриваются историографически и в двух

преданиях или рассказах: Кольца Власти и Падение Нуменора. Оба служат

существенными предпосылками для Хоббита и его продолжения» - Письмо

131 Милтону Валдману, Дж. Р. Толкин.


Список персонажей Правила Сюжет Ситуация в мире Шаблоны анкет Акции
Администрация
Sauron  372279461
Rava

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Таур-ну-Фуин 472 год ПЭ) "Гнев и война - вот чего ты жаждал" (с)


(Таур-ну-Фуин 472 год ПЭ) "Гнев и война - вот чего ты жаждал" (с)

Сообщений 31 страница 59 из 59

31

Нолдо с трудом открыл глаза. До него дотягивался жар от костра, живительное тепло было приятно, хотелось пересесть поближе, но словно кто-то вытянул все силы. Боль от неожиданно напомнившей о себе раны чувствовалась, как сквозь действие обезболивающих отваров: глухо, издалека. У огня сидел Аикарамат, в руках он держал обнаженный меч и прямо сейчас поправил им дрова в костре, как случайной веткой.
- Ты вытащил меня, спасибо, - выговорил Нумендиль, припоминая собственный кошмар.
- Зачем я только сделал это? - мрачно отозвался феаноринг. - От тебя слишком много проблем. Если бы не ты, я сейчас был бы далеко отсюда, за пределами опасности.
Эльда понимал, что тот прав, как ни отвратительно казалось осознание. Он приподнялся на локтях, думая, что сможет сесть, а потом встать, но почему-то сделать это не удалось.
- А сейчас ты прикидываешься раненым, чтобы я возился тут с тобой, пока нас не отыщут орки, - грубо добавил сотоварищ по несчастью. - Ты слишком слаб, чтобы считать себя нолдо.
Нумендиль хотел возразить возмущенно, но не нашелся, что сказать. Жестокие слова Аикарамата были правдой.
- Ну и... уходи, - только выговорил он.
Но услышал в ответ о другом:
- Где ты отсиживался, пока мы своей кровью оплачивали покой Белерианда? Где ты был, когда твой король ушёл на поединок? - воин Тьелкормо поворошил угли клинком, глядя в костер, но глаза его отражали не огонь, а лёд. - Ты уже тысячу раз должен мне, как и всем тем, кто умер на этих войнах.
За спиной нолдо из темноты молча, как тени, выступили враги. Орки, люди в чёрных доспехах, они окружали сородича полукольцом, не обращая внимания на лежащего у костра раненого:
- Аикарамат, оглянись! - выкрикнул Нумендиль, но эльда все так же невидяще глядел в огонь.

+2

32

- Так из какого народа, ты говоришь, твой друг?

Аикарамат сам не знал почему он решил, или даже осмелился, соврать, но ответ был таким:

- Он из народа Нолофинвэ, Лорд. Был одним из его Верных. И из любви к своему королю испросил у Финдэкано право в битвах носить цвета твоего брата. Ты вынужден признать, Лорд, что и Отважный, спасший Маитимо, и его отец, нанесший раны Моринготто, заслуживают нашего уважения.

С шипением Феанаро развернулся и лицо его было ужасно от гнева. И в тот же миг Аикарамат остановился. О чем он только думал?!

- Мой Лорд развеялся пеплом по ветру. - Сказал феаноринг, глядя в искаженное злобой лицо морока, или твари. - Но я так хотел видеть его, что забыл об этом. И я бы следовал за тобой, и мог бы много зла содеять, наверное, обманутый иллюзией, но ты поторопился. Ты стал задавать вопросы - и я вспомнил о Нолофинвэ, а через него - о Финдэкано, а через него - о плене Маитимо, и через это - о гибели Лорда. Иди прочь с моей дороги, порождение Саурона! И знай - мой Лорд никогда бы не бросил раненого родича. Он горяч, но не жесток. Когда ты потребовал повиновения в недостойном, тогда ты впервые зародил сомнения. Запомни на будущее! - смеялся нолдо плавящейся и расползающейся тени.

А потом развернулся и со всех ног бросился обратно - к раненому родичу.

+2

33

Твари приближались, странно безмолвно, такой тишины не слышал Нумендиль от орков, да и от людей в тяжелом снаряжении. А сотоварищ по-прежнему не отрывал глаз от огня:
- Моя смерть поистине станет твоей заслугой, запомни - мрачно проговорил он.
Злосчастное тело, от которого эльда не ждал подобного предательства, почти не отзывалось на приказы, и собственные движения казались медленными, как в бреду. Только огонь, согревая, поддерживал, помогал сопротивляться неподвижности. Тогда он сделал единственное, что мог. Сознавая, что совершает ошибку, - хотя какая разница, если их всё равно заметили.
Эльда поднял лицо к невидимому в дымке небу, которое, если захотеть, может улыбнуться в ответ, где бы ты ни был, хоть под надежной крышей, хоть в глубокой пещере. "Пресветлая Элентари, помоги! Прошу тебя, обрати свой взор на изгнанника, позволь мне рассеять ночь!" И он потянулся к огню - отражению далеких звезд, что сияют вечно, недосягаемые злу, и огонь, отозвавшись на зов, вспыхнул на мгновение белым, рассеивая тьму.
Но случилось вовсе не то, чего ожидал Нумендиль. Враги просто исчезли, расплылись обрывками мрака - а с ними и тот, кто казался другом, сидящим у костра.
На мгновение мир стал ясен и чист, ни мрак, ни обманы не скрывали оврага, и оба эльфа - пусть расстояние и разделяло их - могли разглядеть, что склоны продолжаются широкой трещиной, уходящей глубоко в скалу, которая, хоть и может оказаться случайным следствием гремевших здесь катастроф, выглядит уж слишком обжитой. Не пустующей без хозяина.
Нолдо потрясенно смотрел перед собой, не замечая, что на котте расплывается свежее пятно крови - расплатой за потраченные силы.

+2

34

Деревья что еще только что послушно раздвигали ветви, давая пройти, ощетинились своими корявыми сучьями, норовя схватить и запутать. Прокладывая себе дорогу мечем и подобранным дрыном, феаноринг пробивался назад - к раненому родичу которого он посмел оставить. "И будь я проклят" - эхом повторялось в ушах Аикарамат.

Нолдо продвигался но так неимоверно медленно, что боялся уже никогда не выбраться из этого мертвого леса, движимого черной волей. Как вдруг - эла! Яркая вспышка озарила полный сумеречного наваждения лес. Четкие черные тени пали от деревьев и в ужасе скорчились на земле, а нолдо, как воин привыкший пользоваться любым замешательством врага, бросился по вдруг снова ставшей прямой и просторной тропе к родичу, оставленному у костра. И в тот самый миг когда роквен выскочил из леса, он увидел в догорающем серебряном свете всю безрадостную картину места куда они попали. Широкая расщелина, словно арка, рассекала склон горы, и мрак сочился из нее. Эльфу показалось что он кожей ощущает затаившееся внутри древнее зло.

С трудом унимая дрожь в ногах Аикарамат приблизился к родичу и опустился возле него не колени. Прикосновение ко лбу дало ощутить жар. Несколько секунд нолдо сжав зубы смотрел в сторону парадного входа в логово Тьмы, а потом упрямо наклонил голову и, расположив глиняную бутыль с откупоренным горлышком в углях, стал разоблачать Нумендиля. Легко было снять ремни и котту, но вот снимать кольчугу с бесчувственного тела - задача не самая простая.

Как ни старался нолдо, но он растревожил рану, а боль заставила нолофинвинга открыть глаза.

+2

35

[dice=7744-1:6:0:с 4+ гостями решили позгакомиться поближе]

+1

36

Он не заметил, как вновь провалился в черноту, из которой его выдернула боль в боку: казалось, рану прижгли железом, и от нее расходится пульсирующий жар. Эльда вздохнул - кольчуга, так надоевшая за последнюю неделю, больше не мешала - и с трудом разлепил веки. Над ним склонился Аикарамат, и на лице его отражалась тревога. Сейчас это выражение, хоть Нумендиль и не так хорошо знал изменившегося за последние столетия войны валинорского нолдо, казалось живым и настоящим, не похожим на недавнюю подделку под эльфа.
И голфинг улыбнулся, хоть смеяться было и нечему, да и выглядела широкая улыбка, наверное, нелепо на грязном измученном лице.
- Теперь я вижу разницу, - ответил он так же невпопад. И тут же вынужден был сжать зубы, чтобы не застонать. - Воспаление, да? - спросил он чуть погодя и переведя дух.
Трещина-вход в неизвестно чье логово снова скрылась из вида, но воспоминание о ней стояло перед глазами.
- Надо уходить, тут ждёт беда.
Вне призрачного мира Нумендиль как-то обрёл власть над собственным телом, потому смог, скрипя зубами, сесть. О том, что нужно встать и идти, и думать оказалось тошно, как и о том, что он, слышавший много историй об уловках и ухищрениях тьмы, не проверил наконечник проклятой стрелы на яд. Понадеялся, его просто не заметили среди убитых, наивный. Видимо, враги знали, что далеко он не уйдёт.
- Без кольчуги будет легче идти, -  признался сородичу.

Отредактировано Elrond (2017-06-02 13:50:50)

+2

37

Не стон, а выдох сорвался с губ Нумендиля и эльф открыл глаза. А потом вдруг широко улыбнулся - но не от боли, а радостно, искренне:

- Теперь я вижу разницу

Аикарамат не знал что имел ввиду родич, но догадывался.

- У тебя был бред. - И холодная рука феаноринга снова легла на разгоряченный лоб. - Больше я тебя не оставлю.

- Воспаление, да?

- Похоже на то. Я должен осмотреть рану. - роквен хотел раздеть родича, но Нумендиль, сжав зубы и побелев еще больше заставил себя сесть.

- Надо уходить, тут ждёт беда.
Нолдо внимательно посмотрел на раненого - знает ли он о расщелине?
- Без кольчуги будет легче идти,

- Будет. Но пока мы никуда не пойдем. - Феаноринг говорил мягко, но непререкаемо, используя все свое мастерство менестреля что бы убедить товарища. - Я осмотрю твою рану и перевяжу ее. И только потом мы пойдем.

С этими словами Аикарамат бережно снял с родича поддоспешник и пропитанную кровью и гноем рубаху. Потом расстелил поддоспешник и котту на камнях и так же осторожно уложил на импровизированную подстилку раненого. Нолдо знал что как бы аккуратно он не действовал, любое движение причиняло резкую боль нолофинвингу:
- Прости, осталось недолго, - начав раздевать Нумендиля эльф старался сопровождать все свои действия словами, "заговаривал зубы". - Ты лучше вот о чем подумай - чем бы нам перевязать рану? Есть котты и рубахи, но все они грязные... Пожалуй возьмем мою рубаху, что скажешь? Думаю да, она самая чистая. Потом найдем ручей и выстираем те ткани что у нас есть. Сейчас, еще немного. Так, думаю тебе здесь будет удобно. Не дергайся и не помогай мне! От таких помощников спасу нет. Сейчас я тебя переложу. Готов видеть в глазах искры и звезды? На счет три. Раз, два, три!

Рывок и вот второй нолдо лежит у костра на подстилке и переводит дыхание. А Феаноринг отрывает рукав от перепачканной рубахи - будет вместо губки. Потом вынимает из углей разогретую бутыль и садится возле родича.

- Мне нужно промыть рану. Будет больно. - В сосредоточенных глазах Аикарамат было сострадание. - Возьми, поможет. - С этими словами менестрель поднес к губам измученного эльфа рукоять своего кинжала.

Стараясь использовать воду максимально экономно, продолжая говорить что-то ободряющее, квэндо осторожно промыл воспаленную рану. То что открылось его глазам... выглядело скверно. Аикарамат надеялся что его лицо не дрогнуло.
Бок родича отек, кожа вокруг раны пылала алым и была ощутимо горячее чем даже остальное тело; а вот сама рана была белесо-желтой, сочащейся сукровицей, в ране были видны омертвевшие ткани и скопления гноя. При малейшем нажатии на опухшую кожу из раны начинала выступать кровь. Резкий запах зараженной плоти бил в нос.

- Друг, - нолдо сам не заметил как впервые произнес это слово, - у меня две новости, как водится хорошая и плохая. Хорошая - я не думаю что яд смертелен. Очевидно задача была именно свалить противника что бы потом забрать в плен. В противном случае ты был бы уже мертв. Теперь плохая новость. - Нолдо положил руку на плечо родича. - Рану нужно очистить. А у меня из всех хирургических инструментов лишь меч, нож и костер. И я не смогу заглушить твою боль, по тому что тогда у меня не останется сил что бы залечить рану. Я не целитель! Прости меня.

+1

38

Аикарамат настаивал на продолжении перевязки - и нолдо подчинился. Чёрная пасть пещеры дышала угрозой, но Нумендиль понимал, как скверно его состояние и как оно отразится на скорости передвижения. Хуже всего был страх стать обузой для спутника, помешать ему спастись, или выронить меч в бою от слабости, если понадобится встать спина к спине, отбиваясь от многих врагов.
- Не повезло тебе... меня повстречать, - он говорил с паузами, потому что каждое движение отдавалось болью, которая, казалось, не ослабевала, а лишь нарастала. Будто бы обращение к Свету - или, напротив, близость тёмного логова - странно усиливало действие яда.
Рывком феаноринг перетащил его к костру: удалось сдержаться, и только зашипеть сквозь сжатые зубы.
- Змей, - попробовал пошутить он, вышло бестолково, и, молча упрекая себя за беспечность и беспомощность, он закусил рукоять, обтянутую ворсистой кожей.
"Испорчу же",  - успел подумать, но стало не до мыслей, когда Аикарамат коснулся воспаленной раны. Он дернулся и что есть силы сжал зубы, но сумел не застонать, убеждая себя, что это недолго, что враг может услышать, что воину пристало спокойно сносить лечение и так по кругу, пока феаноринг осторожно промывал ему бок.
Он едва перевёл дыхание, не очень уверенно перехватил рукой кинжал, хотел извиниться за рукоятку явно дорогого сердцу нолдо оружия, но услышал негромкое:
- Друг, у меня две новости, как водится хорошая и плохая. Хорошая - я не думаю что яд смертелен. Очевидно задача была именно свалить противника что бы потом забрать в плен. В противном случае ты был бы уже мертв.
"Друг", - Нумендиль, несмотря на неуместность ситуации, улыбнулся снова. Может быть, выжить в битве было и не худшей идеей. Друг из верных Тьелкормо, кто бы мог помыслить!
- Бывают и такие яды? - переспросил и сам удивился, как незнакомо прозвучал голос.
А эльда продолжил, положив руку на плечо:
- Теперь плохая новость. Рану нужно очистить. А у меня из всех хирургических инструментов лишь меч, нож и костер. И я не смогу заглушить твою боль, по тому что тогда у меня не останется сил что бы залечить рану. Я не целитель! Прости меня.
Возможно, Нумендиль побледнел, но на испачканном лице, в здешней неясной мути, сотоварищ вряд ли смог разглядеть это. Он посмотрел в глаза тому, кто назвал его другом, и увидел, что необходимость столь варварского способа врачевания ран мучает нолдо.
- Я тоже не целитель, но знаю, что ты выбираешь единственно верное, - он старался говорить чётко и ясно, скрывая собственный страх. Он боялся - но страшней всего все же было закричать, привлечь внимание тех противников, что пропустили предыдущие знаки присутствия здесь эльфов. - Я благодарен тебе.
Подумал - и все-таки добавил: - А кинжал я тебе испортил.
И снова зажал в зубах многострадальную рукоять.

Отредактировано Elrond (2017-06-02 16:39:39)

+2

39

- Не повезло тебе... меня повстречать,

- Нам не повезло что Валар оказались наивны и выпустили Моринготто из Мандоса. А все остальное уже производные. - Сурово возразил феаноринг. - Мы в опасном месте. Стоит чуть расслабиться и чары Саурона доберутся до тебя. Любой твой страх, любое сожаление, а главное - твоя вина, распахнут двери этому чародейству. По этому запомни - ты не виноват.
Нолдо немного помолчал, а потом добавил:
- И не ты владыка Дорог, не ты решал встретиться нам или нет. А значит - не можешь знать что наша встреча не к добру.

Аикарамат восхитился как стойко и мужественно родич перенес болезненную процедуру. Чистым концом ткани нолдо протер лицо друга, стирая испарину и грязь, освежая водой.

- Бывают и такие яды? - спросил глухой и хриплый голос. Феаноринг качнул головой и отошел что бы принести флягу с водой. Заботливо приподняв Нумендиля за плечи, роквен поднес флягу к губам раненого и дал отпить несколько глотков.

- Я тоже не целитель, но знаю, что ты выбираешь единственно верное. Я благодарен тебе.

В ответ феаноринг мрачно покачал головой и заговорил спокойным голосом, словно объясняя задание канте, или рассказывая что-то в кузне.
- У нас нет товарищей, что могли бы прижать тебя к земле. У нас даже нет веревок что бы я смог связать тебя. Тебе придется следить за тем что бы лежать смирно и не вырываться. Сконцентрируйся на этом. Я знаю что гордость заставляет тебя молчать - вот это как раз не важно. Кричи, но лежи смирно. Я не хотел тебе говорить - но враг знает что мы тут - я слышал как переговаривались волколаки. А потом сюда приходил один из призрачных слуг Саурона. Так что... выдать мы себя можем не бояться.

Нумендиль же ответил просто и достойно:
- А кинжал я тебе испортил. - и снова взял рукоять в зубы, демонстрируя готовность начать пытку.

- Подожди, - вздохнул феаноринг. - не так быстро. Я еще не подготовился. Эльф встал и принес кинжал нолофинвинга, осмотрел заточку, после чего протянул клинок хозяину. - Теперь будешь жевать свой. поверь, мне для твоих зубов любимой рукоятки не жалко, но у моего заточка лучше, а нам нужно острое лезвие. - Сжал губы и продолжил. - Мне нужно вырезать часть твоего тела. Надеюсь не очень глубоко. После того как я отрежу зараженную плоть начнется обильное кровотечение. Я постараюсь остановить кровь своей силой. Но я не мастер в этом. Серьезное кровотечение могу и не остановить. Тогда рану придется прижечь. - Эльф смотрел в глаза родича. Он понимал что исцеление сейчас будет больше похоже на пытку, но не знал как поступить иначе. - Я раскалю в костре твой правый наруч и в случае нужды приложу к ране. Площадь у запястья как раз подойдет...

Нолдо взял раненого родича за руку и сжал его кисть в своей ладони. Потом поднялся и завершил приготовления. Разместил правый наруч на углях так, что бы удобно было брать, опалил лезвие кинжала над пламенем, что бы клинок стал чистым, и развернулся к Нумендилю.

- Готов?

Острая эльфийская сталь легко резала упругую плоть, словно мягкое масло. Нолдо знал что любое прикосновение к ране будет мучительным, по этому не старался быть аккуратным и нежным, а действовал быстро и решительно. Три взмаха - и окровавленный и дурно пахнущий кусок мяса соскользнул под колени внезапному целителю. А феаноринг уже пытался силой своей фэа договориться с хроа Нумендиля и остановить хлещущую кровь.

[dice=1936-1:6:0:остановление крови]

+2

40

[dice=3872-1:6:0:как сильно Аикарамат выложился ]

0

41

- Нам не повезло что Валар оказались наивны и выпустили Моринготто из Мандоса. А все остальное уже производные. Мы в опасном месте. Стоит чуть расслабиться и чары Саурона доберутся до тебя. Любой твой страх, любое сожаление, а главное - твоя вина, распахнут двери этому чародейству. По этому запомни - ты не виноват.И не ты владыка Дорог, не ты решал встретиться нам или нет. А значит - не можешь знать что наша встреча не к добру.
- Валар были добры, - поправил эльда неподобающе хрипло. Он не мог смолчать, хотя остальные слова Аикарамата были мудры и правильны. Кроме того, феаноринг уже один раз сражался с призраками, а, значит, его совет стоило запомнить.
А тот продолжал, ровно и, казалось, бесстрастно:
- У нас нет товарищей, что могли бы прижать тебя к земле. У нас даже нет веревок что бы я смог связать тебя. Тебе придется следить за тем что бы лежать смирно и не вырываться. Сконцентрируйся на этом. Я знаю что гордость заставляет тебя молчать - вот это как раз не важно. Кричи, но лежи смирно. Я не хотел тебе говорить - но враг знает что мы тут - я слышал как переговаривались волколаки. А потом сюда приходил один из призрачных слуг Саурона. Так что... выдать мы себя можем не бояться.
Это была слишком неприятная новость, чтобы легко пропустить ее мимо ушей, но эльда заставил себя сдержать комментарии до поры, не перебивая готовящегося к неприятной процедуре воина. Было ясно, что с врачеванием ран тот знаком не понаслышке, скорее всего, ему и на себе доводилось испытать особенности полевой медицины, но он нервничал - значит, дела шли не очень-то хорошо.
Нумендиль не считал себя ни особо спокойным, ни выдержанным. Напротив, среди мудрых и уравновешенных друзей нолдо слыл скорым и недобрым в суждениях, отчего однажды даже молчаливый племянник короля, Ломион, сказал ему, что однажды виной его бед станет длинный язык.
Но сейчас он молча слушал наставления и ловил себя на мысли, что после возвращения в холод Хэлкараксэ он готов пережить то, что ему предстоит. Подумаешь, раскаленное железо. Можно представить, будто ты мальчишкой полез в отцовскую мастерскую и уронил на себя "такую красивую штуку" только из тигля.
Подумав секунду, он решил не делиться этой мыслью с товарищем по неприятностям: "С другом", - вспомнил он и посерьезнел. Аикарамату было нелегко, от его верной руки сейчас зависела судьба их дальнейшего похода.
"И моя жизнь - такая малость", - Нумендиль все же улыбнулся, хоть и побоялся показаться сумасшедшим не привыкшему к его манерам феанорингу. Пожал протянутую руку.
- Я готов, - жаль, голос по-прежнему срывался, подводил, почти срываясь на стон. - Мне так и так нехорошо, хуже не будет.
Он закрыл глаза, сжал в зубах рукоять своего кинжала - в прошлый раз это неплохо помогло, - готовясь выполнить свою часть дела и не пошевелиться. Отвлекся усилием воли от физических ощущений на размышление о пещере, которую следовало  как-то обойти... но не ожидал, что резкая, почти нестерпимая боль вернет его сознание в тело, сделав неважным все, кроме сиюминутного желания, чтобы это скорее закончилось и больше не повторилось. Он, кажется, сумел не шарахнуться в сторону, только один раз дернулся, процарапал пальцами глубокие борозды в земле и глухо, сквозь стиснутые зубы, застонал, прокусив тисненую кожу обмотки.
Затем, сквозь шум в ушах и подступающее беспамятство, он почувствовал внезапное облегчение, показавшееся на короткий миг неземным счастьем. Сморгнув недостойные слезы, он попробовал повернуть голову к Аикарамату.
- Уже... всё?

Отредактировано Elrond (2017-06-02 21:55:16)

+2

42

- Валар были добры
Аикарамат счел за благо не ответить. У него были свои мысли о "доброте" Валар, но какая разница что он о них думает сейчас? Родич говорил хрипло и тяжело, но для него, похоже, важно было защитить честь Стихий даже в таком положении. Нолдо не разделял мнения Нумендиля, но уважал стойкость позиции.

Феаноринг рассказал что собирается делать, и в ответ нолофинвинг лишь улыбнулся. Нолдо почувствовал гордость за друга. И улыбнулся ему в ответ. "Врачеватель" и "жертва", они поддерживали друг друга. Краткое соприкосновение ладоней и Нумендиль ответил:

- Я готов. Мне так и так нехорошо, хуже не будет.
Нолдо покачал головой и снова слегка улыбнулся. Срывающийся голос и гордые слова - достойное поведение. А родич закрыл глаза, что бы не смущать своего товарища, и зажал рукоять своего кинжала в зубах. "Красивая рукоять" - подумал феаноринг, скользнув взглядом по узорному тиснению с серебром.

Пациент лежал так смирно, как только можно мечтать, хотя было видно что давалось это нелегко. Из-за неожиданного рывка роквен рассек в одном месте тело чуть глубже чем следовало, но это ничего... нестрашно. Глухой стон родича резал уши до самого сердца, но это тоже ничего... "Ты мучаешь того, кого только что предал", - напомнил ехидный внутренний голос. И все же - дело было сделано.

- Уже... всё?

- Да, - выдохнул феаноринг и посмотрел на измученного Нумендиля. Голдо сам был удивлен тем насколько хорошо и удачно все прошло, и насколько он сам прекрасно себя ощущал после использования силы феа. - Теперь все будет хорошо. Рана очищена, мне удалось остановить кровь. Теперь я заживлю рану - и все будет закончено. Останется жуткий шрам, но лит  через триста рассосется. - Нолдо хотел было обнять родича за плечи, но взглянул на свои окровавленные руки и не стал. - Отдохни теперь. Я закончу с тобой и, как только мы будем готовы идти, разбужу. Спи пока и набирайся сил - вряд ли у тебя есть больше часа, а потом нужно будет убираться отсюда. Думаю у Саурона пока под рукой только призрачные слуги, иначе бы нас уже схватили. Но вокруг полно орков - не удивлюсь если злая воля сейчас подчиняет их и посылает за нами.

Новости были не самые лучшие, и было жаль что после радости благополучно законченной операции, приходится снова говорить о тяжелом. Феаноринг вытер руки о многострадальную рубаху и снова дал раненому напиться - после пережитой боли и потери крови всегда хотелось пить.
Потом снял с углей наруч.

- Мне жаль это говорить, но я тоже не в лучшей форме сейчас... Нам нужно будет уйти отсюда и постараться найти место где можно спрятаться и отдохнуть. Придется сторожить по-очереди... И быть готовыми к морокам. Не верь им, - почти попросил эльф.

С этими словами Аикарамат снова склонился над раной и начал процесс заживления. Грубо, не так как это делали бы целители, награждая бок родича страшно выглядящим рубцом, но зато - рана не будет больше беспокоить и быть помехой. И феаноринг сжигал силы - свои и родича, по тому что иначе все равно было нельзя. Если их решат схватить, то и так и так ничего противопоставить нолдор не смогли бы. Хоть будь один из них полу цел, хоть будь они оба вымотаны. А так - есть шанс. Пока Саурон ищет воплощенных слуг, эльдар смогут отдохнуть достаточно что бы двигаться дальше или сопротивляться.

Отредактировано Astovorimo (2017-06-03 05:35:46)

+2

43

[dice=1936-1:6:0:На сколько выложился при заживлении раны]

0

44

Вода показалась слаще лучших вин Тириона, и, когда эльда опомнился, бутыль оказалась пуста.
Он с раскаянием глянул на сотоварища: наверняка это был его последний запас, разве что ещё во фляжке оставался глоток-другой.
- Спасибо, - выдохнул он. - Один знакомый мне... мальчик из эдайн... говорил, будто мужчину должны украшать шрамы, - улыбнулся, но улыбка вышла неуверенной.
- Час - это дорогое удовольствие, - он кивнул в сторону того места, где видел вход во Тьму. - Я попробую... справиться скорее.
Мир расплывался, фразы получались все короче и неуверенней, и в конце концов Нумендиль сполз в полусон - полубеспамятство, не дослушав друга.
Он уже не увидел, что феаноринг, измотанный не менее его самого, завершив заживление страшной раны, упал рядом без сил и потерял сознание.
Вокруг эльдар слушался мрак, костёр из последних сил разбрасывал искры, однако его заливали тени, как чёрная болотная вода. Где-то далеко над Белериандом загорелся рассвет, пусть лучи Анора и не дотянулись до места, избранного пристанищем злой воли.
Призраки коснулись разума Нумендиля, но сила поддержки фэа другого эльда была такова, что они не смогли облечься в порождения его кошмаров, и беспамятство голфинга тревожили лишь тени неясных чудищ, пытавшихся найти форму пострашнее, представая то гигантскими волками, то пауками на многих ногах. Жаль, что сил дотянуться до меча все ещё недоставало.

+2

45

[dice=3872-1:6:0:4+ За это время в ущелье появились орки]

0

46

В глаза залили темноту, в ушах зашумело, подступила та самая специфическая тошнота - и Аикарамат понимая что происходит, но не в силах противится, упал подле родича и потерял сознание.
Он не знал сколько пробыл в забытье. Неясные видения тревожили и водили вокруг свои мрачные хороводы, но не причинили вреда. В какой-то момент нолдо понял что наконец-то проснулся. Чувствовал он себя на удивление неплохо, вот только все тело затекло. Феаноринг попытался подняться, потянуться - и не смог. Распахнув глаза нолдо понял что его худшее опасение оправдалось.

Связанный по рукам и ногам он лежал все на той же площадке, где вчера (вчера?) разбил их немудреный лагерь. На небольшом отдолении лежал, так же связанный, полуобнаженный Нумендиль; друг тоже начал приходить в себя. А над феанорингом, прислонившись к черному валуну, стоял некто высокий, выглядящий очень похоже на нолдо, но не бывает у эльдар таких холодных глаз и таких злых и надменных лиц.

- Рад что ты уже пришел в себя, - усмехнулся умаиа, глядя на Аикарамат.

Нолдо не ответил. А умаиа и не ждал ответа.

- Спасибо что ты рассказал своему Лорду о спутнике, - издевательская улыбка растянула губы врага. - Верный Нолофинвэ! Какая нежданная удача - получить в свои руки приближенного того, кто в свое время так скверно обошелся с Владыкой Севера. Моринготто будет рад такому маленькому подарку от меня. Твой спутник наверняка гордится своей преданностью своему Лорду, значит он оценит по достоинству те почести что ему окажут.

В приступе ярости феаноринг задергался в путах, пытаясь вырваться. Саурон хочет доставить Нумендиля к Моринготто для мучений и смерти - хорошую услугу оказал эльда родичу, ничего не скажешь. А умаиа со смехом любуясь тщетными попытками нолдо продолжил:

- Конечно Владыка был бы больше обрадован преподнеси я ему в дар Турукано, или хотя бы кого-то из его народа, но... Надо уметь быть довольным и тем что имеешь, не так ли?

Аикарамат не знал испытывают его, или просто ткнули пальцем в небо - наверняка второе, ведь кто бы подумал что Верный феаноринг осмелится солгать Лорду?

Отредактировано Astovorimo (2017-06-03 13:30:48)

+1

47

Пробуждение было мгновенным, не похожим на обычное постепенное возвращение сознания в усталое роа. Нумендиль понял, что серьёзно замёрз, впрочем, вполне помнил и понимал, где находится, и что под спиной неудобный камень, а не лёд. Боль от раны оставила его, и это было несказанное облегчение: для того, чтобы испытать счастье, иногда нужно мало, со стыдом признался себе он. Пошевелился, желая разогнать застывшую кровь, успел мельком удивиться: кажется, лежал на относительно удобном ложе из поддоспешника и котты... Но выяснил, что руки вновь не подчиняются ему.
Насторожившись, нолдо открыл глаза и убедился в том, что зря он позволил себе слабость и принял лечение и отдых. Расплатой были веревки, державшие его, и такой же связанный, беспомощный Аикарамат рядом, и искаженный в злой насмешке лик тёмной твари.
- Спасибо что ты рассказал своему Лорду о спутнике. Верный Нолофинвэ! Какая нежданная удача - получить в свои руки приближенного того, кто в свое время так скверно обошелся с Владыкой Севера. Моринготто будет рад такому маленькому подарку от меня. Твой спутник наверняка гордится своей преданностью своему Лорду, значит он оценит по достоинству те почести что ему окажут.
Нумендиль не понял слов про лорда, предположил лишь, что дело было в каком-то мороке вроде того, что являлся ему самому. Он старался не поддаваться подтачивающему силы страху, который рождали гнусные намеки врага, лишь сжал кулаки. Так глупо попасться: без боя, без сопротивления. Видимо, раз феаноринг тоже здесь, и не видно ни новой крови, ни борьбы - его взяли в минуту слабости, когда он отдал все силы ради здоровья нового друга. 
- Конечно Владыка был бы больше обрадован преподнеси я ему в дар Турукано, или хотя бы кого-то из его народа, но... Надо уметь быть довольным и тем что имеешь, не так ли? - продолжал издеваться тёмный, и эльда похолодел, благодаря звезды, что майя смотрит сейчас не на него. Слова, сказанные Аикараматом сразу после встречи, оправдались. Ему придётся предстать перед Морготом, и тогда его воля - это всё, что останется между врагом и его любимым Городом, его мечтой и сердцем, жизнями тысяч эльфов. Много ли Эру отмерял ему сил? Сколько может вынести эльф, пока Мандос не призовет фэа из потерявшей способность жить плоти?
Нумендиль посмотрел на феаноринга, желая сказать ему взглядом: ты был прав, - и опомнился. Он навлек беду на того, кто назвал его другом, ему ли сейчас дрожать за свои будущие беды? Надо как-то попробовать...
И ему пришла в голову нелепая в безрассудстве идея, которую нечего было и пытаться осуществить, если бы не абсолютная безнадежность положения.
Облизнув пересохшие губы и собрав мужество, он обратил взгляд к врагу:
- Если я такой уж ценный пленник - зачем тебе нужен второй? - голос не подвел, прозвучав ровно, без страха, вызова и мольбы. - Освободи его. Хочешь, я могу убить его... сам? - добавил он уже не так уверенно. - Он ведь не друг, а враг мне, наши Дома враждуют веками.

+2

48

И тут подал голос Нумендиль:

- Если я такой уж ценный пленник - зачем тебе нужен второй? Освободи его. Хочешь, я могу убить его... сам? Он ведь не друг, а враг мне, наши Дома враждуют веками.

Аикарамат беспокойно дернулся, развернул голову к родичу, но промолчал. На лице эльфа проступило изумление, которое конечно же не укрылось от умаиа, но нолдо смог взять себя в руки.

- Правда? - улыбнулся умаиа.

- Мстишь мне?! - выкрикнул феаноринг с яростью. И буквально кожей почувствовал на себе заинтересованный взгляд твари. Феаноринг не верил что Нумендиль способен убить родича и уж тем более после всего что они вдвоем пережили. Это было не так. Видимо нолофинвин имел какой-то план и этот план пугал... но мог и сработать.

Легкий пинок под ребра (Аикарамат с удивлением понял что он без кольчуги), как вежливый призыв заткнуться, и умаиа с сомнением и любопытством взглянул на Нумендиля.
- Продолжай, - благосклонно кивнула тварь. - Только будь добр, удиви меня чем-нибудь. Ты же не ждешь что по первому твоему признанию я развяжу тебя и дам тебе в руки оружие?

+1

49

- Правда? - тварь не поверила. Плохо.
- Мстишь мне? -почти одновременно выкрикнул Аикарамат. Кажется, не поверил и он. Чудовищно - но, чтобы поверил враг, придётся убеждать в своём намерении и друга. Что будет потом, Нумендиль предпочитал не думать. Выбросил из головы все, кроме текущего момента - как в бою.
- Продолжай, - майя пнул беззащитного просто так, и нолдо едва сдержался, чтобы не выдать себя. - Только будь добр, удиви меня чем-нибудь. Ты же не ждешь что по первому твоему признанию я развяжу тебя и дам тебе в руки оружие?
Нумендиль собрался с духом и вновь заговорил, спокойно, будто бы не был сейчас связанным пленником и вел переговоры о сделке, к совместной выгоде:
- Нет, не мщу, - он оставался холоден. - Хочу обезопасить себя от твоей неуместной разговорчивости, от желания остаться высокомерным несгибаемым героем, который так же легко подставит меня и в другой раз, как теперь - рассказав, чей я вассал. Мне не улыбается мысль, что ты легко сбросишь меня со счетов, как и всегда, заведя в ловушку поглубже. Тебе все равно умирать - и, может, он, чьего имени я не знаю, - лёгким кивком, ещё не поклоном, но вполне вежливо, Нумендиль адресовал слова умайя, - захочет посмотреть результат трудов своего господина, и разрешит мне убить тебя. Всем будет выгода. Тебе, заметь, тоже: твоя смерть окажется быстрой.
И воин чуть улыбнулся, как будто его предложение правда могло показаться уместным всем троим.

+2

50

- Нет, не мщу, - он оставался холоден. - Хочу обезопасить себя от твоей неуместной разговорчивости, от желания остаться высокомерным несгибаемым героем, который так же легко подставит меня и в другой раз, как теперь - рассказав, чей я вассал. Мне не улыбается мысль, что ты легко сбросишь меня со счетов, как и всегда, заведя в ловушку поглубже. Тебе все равно умирать - и, может, он, чьего имени я не знаю, захочет посмотреть результат трудов своего господина, и разрешит мне убить тебя. Всем будет выгода. Тебе, заметь, тоже: твоя смерть окажется быстрой.

Нолдо дернулся от таких слов как от удара, краска залила его лицо; а затем феаноринг снова изогнулся всем телом в бесплодной попытке освободиться, снова получил уже более ощутимый пинок от умаиа и отдышавшись зарычал на родича.

- Обезопасить себя от моей гордыни и разговорчивости? Как бы не так! Ты желаешь лишь одного! Предательством купить себе жизнь и избежать мук! Думаешь я не знаю почему ты не принес новой клятвы верности? Ты решил что раз Нолофинвэ мертв, то ты больше никому ничем не обязан! Тебе нет дела ни до нашей клятвы, ни до Моринготто, жалкий трус! - Аикарамат выплевывал слова с бешенством и ненавистью. - Ты хочешь заслужить милость даже если твои руки будут в крови до пояса! Что же, стань тварью, одним из них - убей меня. Я знаю, ты всегда этого желал!

Холодный и веселый смех умаиа был наградой за представление.
- Владыка всегда говорил что нолдор забавны, но я еще не видел такого! Прошу вас, продолжайте. - И снова ледяной, продирающий до костей, смех. - А ты, втородомовец, если ты и правда хочешь заслужить помилование от Владыки, можешь обрести желаемое, обещаю тебе. Я даже согласен на быструю смерть для твоего родича. Ну... или на сравнительно быструю. Ты ведь понимаешь, я и так иду тебе навстречу.

Отредактировано Astovorimo (2017-06-03 18:39:10)

+1

51

Друга снова ударили, и Нумендиль чуть не вздрогнул, проклиная себя за невыдержанность: сейчас даже неубедительный взгляд мог испортить все дело.
Но феаноринг заговорил с искренней ненавистью, и слова его были хуже недавней боли от яда:
- Обезопасить себя от моей гордыни и разговорчивости? Как бы не так! Ты желаешь лишь одного! Предательством купить себе жизнь и избежать мук! Думаешь я не знаю почему ты не принес новой клятвы верности? Ты решил что раз Нолофинвэ мертв, то ты больше никому ничем не обязан! Тебе нет дела ни до нашей клятвы, ни до Моринготто, жалкий трус! Ты хочешь заслужить милость даже если твои руки будут в крови до пояса! Что же, стань тварью, одним из них - убей меня. Я знаю, ты всегда этого желал!
Но одна несостыковка царапнула сознание, как бы ни были ужасны слова, которые бросил в лицо голфингу Аикарамат. Он ни словом, ни намеком не вспомнил Город, не выдал, кому служил Нумендиль и за кем он пришёл на битву, созванную Маэдросом и Фингоном. Неужели он и впрямь догадался, поверил, что эльда не может быть предателем?
Тем временем тёмный выглядел вполне довольным.
- Владыка всегда говорил что нолдор забавны, но я еще не видел такого! Прошу вас, продолжайте. А ты, втородомовец, если ты и правда хочешь заслужить помилование от Владыки, можешь обрести желаемое, обещаю тебе.
Нумендиль посмотрел на него прохладно и раздосадованно:
- Понимаешь теперь, отчего я предложил убить его? - он едва заметно вздохнул и постарался выглядеть так, как следовало важному, но все же зависимому собеседнику, рассчитывая каждую интонацию. - Я не хотел бы продолжать разговор его присутствии. Но ты прав, мне непростт будет убить связанного, даже для того, чтобы избавить себя от проблем, которые он может мне причинить. Я слышал, твой господин практикует поединки между пленными? - эльда никогда не слышал ничего подобного, но не смел молиться, чтобы ему поверили, только говорил, что казалось правдоподобным, сохраняя вежливую уверенность. - Можешь проверить меня. Не нужно давать мне меч. Достаточно кинжала.
На Аикарамата он больше не глядел, будто тот стал неинтересен для него.
Нолдо все сильнее мерз, и это было плохо. Для того, что он собирался сделать, должны были потребоваться все силы.

+1

52

[dice=9680-1:6:0:поверил ли умаиа]

0

53

- Понимаешь теперь, отчего я предложил убить его? Я не хотел бы продолжать разговор его присутствии. Но ты прав, мне непростт будет убить связанного, даже для того, чтобы избавить себя от проблем, которые он может мне причинить. Я слышал, твой господин практикует поединки между пленными? Можешь проверить меня. Не нужно давать мне меч. Достаточно кинжала.

Умаиа широко улыбнулся.

- Нет, мой дорогой нолдо, так не пойдет. Что если во время поединка победит наш бешеный феаноринг? Я лишусь ценного подарка. А еще - получив оружие, что мешает хотя бы одному из вас направить его против меня? Давай поступим по-другому. Например - ты наполнишь чашу ядом, а потом твой родич ее выпьет. Или я не развяжу тебя но дам убить феаноринга мечом. Приставим лезвие к его сердцу, я подведу тебя связанного и ты весом своего тела надавив на меч сможешь прикончить этого языкастого сукина сына. Что скажешь?

+1

54

Сердце замерло, и надежды не осталось в душе. Оставалась последняя попытка, терять было нечего, а пожертвовал нолдо уже так многим - честью, добрым именем, правом принять достойно хотя бы смерть, - что не попробовать было нельзя.
- Яд, если он мгновенный, - вздохнув, выбрал он. - А мне - плащ, или хоть рубашку. Я замёрз, - прибавил он спокойно, по-прежнему не глядя в сторону феаноринга.

+2

55

Удивление и интерес мелькнули в глазах умаиа.

- Над же, - усмехнулся демон, - а ты, похоже, и правда не блефуешь. Я не ожидал. Что же - ты получишь все что просишь.

Скинув с плеч черный плащ, плотного сукна, умаиа склонился над Нумендилем и укрыл его, даже заботливо подоткнув в паре мест. После чего вынул из поясной сумки длинный узкий стеклянный фиал с темной жидкостью.

- Что ты предпочтешь - вылить ему в рот чистого яда, или развести в воде? Яд не мгновенный, он будет умирать несколько часов и страдать при этом. Ты будешь доволен? Это в полной мере удовлетворит жажду твоей мести? - голос обращенный к пленному ондолиндовцу был дружески-приветливый.

0

56

"Если он решит убить Аикарамата сам", - подумал эльда, - "или не даст мне яд в руки - останется только ждать Ангамандо, как избавления."
Забота тёмной твари - ничего отвратительнее Нумендиль и представить себе не мог. Он мысленно сжался, изо всех сил стараясь сохранить то же холодное равнодушие:
- Мне не нравится твой яд, - отозвался он. - Врагов нужно убивать быстро, чтобы они не успели опомниться, выжить и отомстить. Заставлять страдать кого угодно - неприятно... Но ведь выбора ты мне все равно не дашь...
Он упрямо не смотрел в сторону феаноринга, зная, что не выдержит и сломается.
- Дай мне твой фиал.

+2

57

- Мне не нравится твой яд. Врагов нужно убивать быстро, чтобы они не успели опомниться, выжить и отомстить. Заставлять страдать кого угодно - неприятно... Но ведь выбора ты мне все равно не дашь...

Нумендиль говорил под стать самому умаиа. И Аикарамат слушал это борясь с подступающей дурнотой. Нет, все чушь. Он верит другу. Он будет играть отведенную ему роль.

- Дай мне твой фиал.

С секунду умаия задумчиво смотрел на пленника, а потом улыбнулся:
- Хорошо, пусть будет по твоему. Но если ты попробуешь выпить яд сам... Хотя зачем тебе такие сложности, - вдруг беззаботно махнул рукой Падший. - Ты же и так можешь умереть в любой момент. Что же - я развяжу тебе руки и помогу подержать для тебя феаноринга, а ты выльешь в него яд.

С этими словами умаия рассек ножом узел, что скреплял путы на руках, освободил эльфа от веревок и дал ему в руки смертоносную склянку.

+1

58

Шанс был только один. Сбросив веревки и чужой плащ, нолдо размял запястья, протянул руку и забрал склянку, не меняя выражение лица. Поднялся с земли, нарочито медленно, глядя на умайя, вытащил пробку. И коротким движением выплеснул яд в глаза темному, упал на землю, перекатился туда, где на земле грудой валялись их вещи, там же было и оружие. Умайя мог прикрыться товарищем, и тогда все понапрасну, потому Нумендиль схватил первый попавшийся кинжал и метнул его во врага, коротко, без замаха, снизу вверх.

[dice=9680-1:6:0:Подействовал ли яд, попавший в глаза?]

[dice=11616-1:6:0:Результат броска кинжала]

+1

59

Аикарамат лежал молча, сохраняя холодную ненависть на лице, что было не сложно. Все что он сейчас мог - смотреть на происходящее и ждать: ждать того что будет, ждать удобного случая. Нолдо не верил в предательство родича, но не понимал на что рассчитывает Нумендиль. Выходка нолофинвинга удивила его ничуть не меньше чем умаиа.

Яд, выплеснутый в лицо, навряд ли мог развоплотить демона, но, попав в глаза, дезориентировал на несколько секунд, необходимых Нумендилю что бы воспользоваться оружием. С восхищением смотрел феаноринг на друга.

И в тот самый момент когда, кинжал пронзил тело твари, умаиа рассеялся черным дымом, а Аикарамат понял что он свободен. Рывком вскочив на ноги, нолдо бросился к родичу, с широкой улыбкой на лице.

- Молодец! - воскликнул эльф хватая за плечи Нумендиля. - Ты победил! - Феаноринг скакал как мальчишка, смеясь и радуясь. - Ты развеял его! Ты молодец! - Потом сгреб родича в охапку, прижал к себе, отстранил, заглянул в глаза. - А я и не понял что это морок. Я здорово испугался... за тебя, да и за себя... Я думал что это уже конец. Я восхищен тобой. - А потом улыбнулся. - Надеюсь я не перестарался с оскорблениями, подыгрывая тебе?

Когда эйфория от внезапного освобождения схлынула, нолдор заторопились. Аикарамат предложил не убирать стоянку, кинуть все как есть и спешить. Нумендилю пришлось надеть поддоспешник сразу на голое тело, впрочем, сшитая эльфами одежда не доставлялся дискомфорта.
Подобрав свои вещи, эльдар не теряя времени двинулись дальше по ущелью, на восток, стараясь как можно дальше уйти от входа в Логово.

+1


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Таур-ну-Фуин 472 год ПЭ) "Гнев и война - вот чего ты жаждал" (с)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC