Путь в Средиземье

Объявление


Добро Пожаловать!


 

Поговорим о союжете. Что происходит в Средиземье осенью этого года?

С помощью новых игроков мы запустили Белый Совет - большой, важный и очень вкусный квест про дипломатию, Кольца Власти и не только. С этой значимой вехи начинается сюжетная линия северных земель. Сам Совет загружен игроками под завязку. Но как только мудрые мира сего закончат заседать в Ривенделе, линия событий пойдёт вширь и вглубь, так что места хватит всем! Нам нужны эльфы, гномы, умайар и один властолюбивый дракон. Как говаривал Майкл Бэй: “ЭКШН, ЭКШН, ЭКШН!”. За подробной информацией обращайтесь к Администрации.


Список персонажей Правила Сюжет Ситуация в мире Шаблоны анкет Акции
Администрация
Sauron  372279461
Rava

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Пещеры далеко на севере от Линдона, 1700 В.Э.) Красавиц и Чудовище


(Пещеры далеко на севере от Линдона, 1700 В.Э.) Красавиц и Чудовище

Сообщений 31 страница 60 из 75

31

Слова Астоворимо, кажется, достигли сердца вэндэ и она затихла в руках нолдо. Она была мужественна и прекрасна и нолдо улыбнулся ей в ответ. Она жалела его... и это было очень непривычно.

- А цветок… - она вздохнула. – Мой цветок… я боюсь, что не смею просить тебя, ибо не знаю, что потребует от тебя демон, пленивший нас.
Нолдо задумчиво смотрел на Куэ. "Она готова уйти и не лучше ли ей уйти сейчас? Не отвлеку ли я ее выполняя ее просьбу? Но с другой стороны - ведь мы видимся последний раз и вряд ли встретимся еще пока Арда не завершится."
- Я хочу сделать что-то для тебя. Скажи как я могу тебе помочь?

Словно в прощании прильнула вэндэ к груди Астоворимо. Он чувствовал биение ее сердца, хотя и знал что сердца у нее больше нет, ощущал ее дыхание в разрезе ворота на рубахе, ее мягкие волосы щекотали его подбородок.
А ты покажешь мне это место? – тихим шёпотом поинтересовалась она. – Покажешь мне его таким, каким помнишь? Большего я просить не смею…

Нолдо помрачнел и снова взял ее ладонь в свою.
- Прости, но я не могу. Мы во владении врага и нельзя здесь открывать свой разум. - Эльф поцеловал ее в голову. - Иди сейчас. Иди и не задерживайся. Пока мы можем расстаться так легко и светло.

+2

32

[AVA]http://s0.uploads.ru/IfkGg.jpg[/AVA]    Эльфийка кивнула:
    - Понимаю, но как жаль, что мне не увидеть земли твоими глазами пусть даже и на миг. Тьма лишила нас даже права говорить с друг другом так, как нам хочется. Что же до цветка… тебе это не понравиться, - она тихо вздохнула. – Мне бы хотелось увидеть тебя вновь, назвать другом, но не знаю будет ли такое… Я… я ведь жива ещё и томлюсь в той же пещере, что и ты. Быть может есть ещё для меня надежда? Скажи… ты впрямь никак не можешь вручить меня? И сам не надеешься на спасение? Не осталось для меня ни единой надежды? Никакой возможности? Я не хочу разлучаться со своей семьёй, я так хочу вернуться… несмотря на то, что случилось, несмотря ни на что. Вот бы вновь вернуться домой – тогда обещаю, что никогда не покину родные места без острой нужды… Боюсь, что это и есть мой цветок…
     Договорив она нерешительно оторвала от него голову и заглянула в глаза. О… что за взгляд это был… прекрасный и страшный одновременно, взгляд полный пронзительной надежды, робкой и неуверенной – она вся будто вверяла себя в его руки и ждала своей участи беспомощная, хрупкая и слабая. Надеялась, что он придумает, что-то, сделает, скажет… с таким отчаяньем и силой, с которой падающий готов вцепиться в единственную соломинку.
    Но Астоворимо не суждено было ответить, а этот вопрос. Совершенно неожиданно он ощутил пронзающий всё тело холод, услышал звук удара, один, второй, окружающий его пейзаж отдалился, растворился в темноте, и он внезапно обнаружил, что сидит всё так же привязанный к камню, а майэ поливает его холодной водой и лупит по щекам.

+2

33

Ожидание, сделавшееся за два дня почти невыносимым, разрешилось. И Элронд был рад этому: так радуются избавлению от навязчивой боли. При словах, которые провизжало существо, он едва заметно дернулся от неожиданности, но тут же улыбнулся недобро.
- Ты знаешь речь? Как славно, - эльда, прищурившись, изучал мышиную морду, отметив зубы, заточенные явно не на фрукты и насекомых, поймал тень злой мысли в глазах, от чего, казалось, усмешка стала еще более неприятной.
Затем без слов отнес пойманного к лошади: конь шарахнулся было, но, успокоенный словом на квэнья, замер и лишь прядал ушами. Обрезал кинжалом мешающую полу плаща, а ткань, в которую был укутан подстреленный лазутчик, перевязал снаружи длинным запасным ремешком для упряжи, отыскавшемся в сумке. Замотал, как ценную поклажу, крепко затянул надежную пряжку эльфийской работы.
Затем развернул получившийся сверток, из которого торчала на свет только голова, мордой к себе.
- Теперь ты скажешь мне правду, где прячется пославшая тебя майя - либо умрешь. Выбирай, - в голосе звучала сталь. - Если я найду ее быстро, то отпущу тебя живым.
Сейчас Элронд помнил, что, каким бы жалким ни выглядел страшный сморщенный зверь, которого он держал в руках - разум, что отражался в черных глазах, был столь же жесток и беспощаден, как замыслы умайя. Злосчастная записка, память о которой жгла эльда, не позволяла забыть о том, чего стоит каждая минута промедления для друга.
Он стоял у стремени коня, готовый сорваться в путь. Говорил громко, чтобы слышали и воины канты Астоворимо. Эльфы будут скакать так быстро, как это возможно, если понадобится - дни без отдыха, лишь бы выдержали верные кони. Перед дорогой Элронд держал короткий совет с Лассэлириндэ, взявшейся командовать небольшим отрядом. Они должны были встать лагерем неподалеку от логова валарауко, ожидая, вернется ли с переговоров эльфинит и сможет ли вызволить пленного. Возможно, до места осталось не так далеко. В другое время Элронду было бы страшно. Но два дня ожидания вестей сделали свое дело: ныне  он был готов к бою и к иным сюрпризам. "Светлые Валар, прошу! Пусть дорога будет верной!"

+3

34

[AVA]http://sf.uploads.ru/dlvDz.jpg[/AVA]    Эльф и не подумал проявить жалость или сочувствие на которые мог бы рассчитывать маленький и практически беззащитный Драакуль. Напротив – враг недобро осклабился и бросив лишь пару слов направился к лошади, где начал безжалостно рвать ткань и связывать его.
    - И-и-и-и! – пропищал мышь и со стороны это выглядело как выражение боли, недовольства и страха разом, даже последовавшие за этим слова подтверждали эту догадку. – Я ранен! Ранен! Мне больно! Пусти! И-и-и-и-и!
    Но ты был совсем не крик боли – своим писком он говорил с осевшими вокруг летучими мышами быстро отдавая распоряжения.
     - И-и-и! Мне не удобно! И-и-и-и! Пусти меня! Мне нужно остановить кровь! И-и-и-и! Приложить что-нибудь холодное. И-и! И!
     Мыши вокруг поспешили передать его приказ своим писком, но в отличие от голоса Драакуля их писк звучал на таких высоких нотах, что уловить его обычным ухом – пусть даже эльфийским – не представлялось возможным.
    Тем временем пленник отчаянно пытался вырваться из своей мягкой темницы:
    - Убери-и! Жжёт! Эльфийское жжёт! Убери-и-и! - взмолился мышь.
   Но кто собирался жалеть этого беднягу-пленного? Напротив – ему пригрозили расправой, на что тот расспищался ещё громче:
    - Я ничего не скажу, пока вы меня не выпустите! Жжётся! Как же меня жжёт! Эльфийское! Эльфийске! Терпеть не могу! Больно!! И-и-и-и! Крыло болит! Ткань жжётся! И-и-и-и-и! Убери-ите! Убери-ите! Ничего не скажу пока не уберёте! И-и-и!
    Стоило отметить что Драакуль не сильно лукавил – выделанная эльфами ткань и впрямь жгла его маленькое тельце, словно его укутали в тряпки, пропитанные кипятком или же усеянный мелкими иголками.

Отредактировано Lith (2017-05-18 21:27:53)

+2

35

Элронд со смесью удивления, недоверия и какой-то отстранённой жалости смотрел на визжащего в его руках нетопыря. Его плащ не был зачарован ни на сокрытие от чужих взглядов, ни даже на защиту от дождя и непогоды , да и ремень от конской упряжи был вполне обычным. Никогда прежде не видел эльфинит, чтобы тёмные твари так реагировали на любое прикосновение эльфийских предметов - однако из жалостных воплей можно было понять, что именно на него и сетует спеленутый дух.
Эльда едва заметно вздохнул: он был хорошим целителем; нолдор, пришедшие из Валинора, говорили, что искусство его благословлено самой Эстэ, а синдар вспоминали дар принцессы Лутиэн помогать всему живому. Но тёмным майяр в облике летучей мыши до сих пор оказывать помощь не доводилось.

Использовать собственные силы Элерондо не рискнул: кто знает, не ухудшит ли это состояние и без того страдающей, судя по пронзительным крикам, твари. Оттого он порылся в седельной сумке, быстро нашёл небольшую фляжку со снадобьем, снимающим боль, влил несколько капель в распахнутую в визге зубастую пасть. Лекарство это, действенное, но замешанное на травах, использовали также для помощи людям - не только эльдар.
- Что-то я не заметил по вашим мародерам, разграбляющим эльфийские поселения, будто наши ткани, камни и украшения не милы слугам Тени, - заметил он холодно.

- Ничего, изготовленного руками не- эльфов, у меня нет с собою, и связать ничем другим я тебя не смогу. Но снадобья хватит на весь путь. Если поторопиться. Повторяю вопрос: где прячется пославшая тебя майя? Ты должен проводить меня туда.

Отредактировано Elrond (2017-05-18 23:24:49)

+2

36

    Получив несколько спасительных капель мышь захлопнула пасть и замолчала. Вкус лекарства был отвратителен ему в той же мере, в которой эльфу был бы отвратителен вкус крови. Пытаясь хоть как-то спасти себя Драакуль принял плеваться и сплёвывать лекарство, но было поздно – то уже прокатилось по его глотке и попало в желудок.
    Подняв глаза на эльфа мышь посмотрел на него с искренним возмущением и укором, да настолько выразительно, что его чувства понял бы даже ребёнок.
    - Ты ведь понимаешь, что нетопырей эльфийским лекарством не лечат? – и безжалостно прибавил: - теперь у меня будет болеть живот! И-и-и!
    Шутки шутками, шум шумом, а Драакуль мгновенно сообразил в какую передрягу угодил и его маленький и острый ум старательно искал выход из ситуации или удобную возможность. А там уж будьте уверены – он её не упустит. Более того, под его чёрным и блестящем меху на макушке уже зрела идея.
    А пока она это делала эльф вновь призвал его к ответу.
    - Не знаю, - замотал он головой. – Ничего не знаю. И-и-и! Я помнил, но забыл! Она сказала забыть, я – забыл! И! Ничего не помню, пощади. И-и-и-и! Живот болит. И-и-и! [AVA]http://sf.uploads.ru/dlvDz.jpg[/AVA]

+1

37

Увидев реакцию создания, эльда нахмурился. Либо дух, принявший форму нетопыря, лгал - либо и вправду любое прикосновение чуждых сил было ему мучительно. Если бы речь не шла о единственном проводнике к другу, он бы, пожалуй, избавился от визжащей мыши прямо здесь, вытряхнув его из обрезка плаща и оставив своей судьбе. Но он не мог лишиться последней нити, случайно доставшейся ему надежды.
Элронд поглядел на облик нетопыря в незримом мире. Непохоже было, чтобы он действительно сильно страдал. Но правда состояла в том, что исцелять фана умайяр эльфиниту ещё не доводилось.
- Аннатар столетиями жил рядом с эльдар. Вряд ли у него болел живот от каждого глотка эльфийских вин.

Летучая мышь зашлась новыми визгами и причитаниями. Эльда поморщился ещё раз и приказал:
- Либо ты прекратишь притворяться и исполнишь мой приказ, либо ты для меня лишь обуза, которую проще убить прямо здесь.

Отредактировано Elrond (2017-05-19 07:05:48)

+2

38

Эльда в своей кротости была столь благородна, добра и мужественна, что суровый феаноринг не мог не восхищаться ею.
- Понимаю, но как жаль, что мне не увидеть земли твоими глазами пусть даже и на миг. Тьма лишила нас даже права говорить с друг другом так, как нам хочется.

Но от следующих слов нолдо замер и дурное предчувствие зашевелилось в его груди.
Что же до цветка… тебе это не понравиться... Мне бы хотелось увидеть тебя вновь, назвать другом, но не знаю будет ли такое… Я… я ведь жива ещё и томлюсь в той же пещере, что и ты. Быть может есть ещё для меня надежда? Скажи… ты впрямь никак не можешь вручить меня? Не осталось для меня ни единой надежды? Никакой возможности? Я не хочу разлучаться со своей семьёй, я так хочу вернуться… несмотря на то, что случилось, несмотря ни на что... Боюсь, что это и есть мой цветок…
Глаза ребенка молящего о спасении от муки взглянули в самое сердце эльфа. В сердце снявшее броню своего холода, полного сострадания и желания помочь. И этот взгляд был хуже всей той боли что пленник уже изведал от валараука; по тому что пытка Волей накатывала и отступала, а вот этот взгляд Астоворимо будет носить в своей душе всегда и будет терзаем им. О зачем только он позволил Куэ так приблизиться к своему сердцу, зачем он снял свою ледяную броню? Но мог ли он иначе? Ведь синдэ была не воином, была одинока и должен был быть рядом кто-то кто смог согреть ее огнем своей заботы и сострадания.

Но еще до того как страшный взгляд поразил эльфа в самую душу, нолдо почувствовал холодок растекающийся между лопаток. Так ли невинно было дитя лесов, и была ли Куэ, не наваждение ли она? Могла ли синдэ так расставить ловушку - сначала побудить нолдо "вплести цветок в волосы", а потом вдруг сообщить что она в плену и терпит муки, а цветок - это ее спасение. Не верилось в такое! И... Астоворимо знал Куэ, по тому образу что создала для него Лит, но откуда Куэ знала феаноринга? Откуда она могла знать о его делах, страданиях или благородстве (как выражалась дева).

Но прежде чем нолдо успел отгородиться от раздирающего взгляда своими сомнениями он дернулся, вскидывая голову в приступе боли, по тому что все его тело пронзили ледяные иглы. Мир вокруг эльфа стал рассыпаться, плавиться и таять, а голова пленника дернулась то в одну, то в другую сторону - от удара понял роквен и напряг шею. Следующая пощечина звонко врезалась в неподвижную голову и новая порция холодной воды выплеснулась в лицо Арандура. Эльф инстинктивно и жадно облизнул губы. Губы были сухими, шершавыми и растрескавшимися. Последний раз он пил еще до встречи с тварью. Ранение, пытки, его собственные крики, порядком иссушили его. Сколько времени назад это было? Сколько он уже здесь? Несколько часов? День? Два? Столько пришлось вынести, а прошло так мало! "Рассчитывай на Вечность" - сухо посоветовал самому себе нолдо. - "Ты здесь навсегда, и нет никакого потом." Нолдо не хотел что бы пустые мечты о свободе ослабляли его душу.

Астоворимо дернулся и захрипел, налетев горлом на веревки - память возвращалась и он понял что сидит все у того же сталагната. "Вот что это было за дерево..." - с горечью подумал нолдо. - "Что же с Куэ? Она лишь злой морок насланный демоном, ил она здесь и страдает?" Если бы роквену сказали что это очень мужественно думать о другом в его положении, воин бы лишь презрительно сжал губу. Он не думал о других, он думал о своем собственном покое - он желал знать можно ли забыть те глаза, или придется жить с ними и нести в себе этот груз вины.

- Отдохнула... тварь? - слова выталкивались с трудом из пересохшего рта, но нолдо переполнял гнев и он заставлял себя говорить. И пленный лорд взглянул прямо на умаиа, взглядом полным ненависти, за которым скрывался страх - отчаянный страх за Куэ: что она существует, что она здесь и жива, и что именно ему, Астоворимо, придется быть невольным ее палачом.

Отредактировано Astovorimo (2017-05-19 04:56:26)

0

39

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kGCVy.jpg[/AVA]      Сколько сшибающей с ног ненависти было во взгляде нолдо! Не так, чтобы Лита удивилась – ведь не любви и вожделения стоило ожидать от пленника, - но с каким пылом, с какой решительностью и силой он ненавидел! Майэ отвернулась от Астоворимо, пряча улыбку. Казалось бы, какое это безумие – доводить до столь сильной ненависти и улыбаться, словно только этого тебе от всего мира и нужно, но ведь ненависть была тёмным чувством. А столь сильная злость, как знать, быть может это признак порчи? Славно было бы приложить к ней руку.
    - Из нас двоих здесь отдыхал лишь ты, - заметила майэ, вновь повернувшись к пленному лицом. – И, по тому как не понравилось тебе пробуждение, могу предположить, что сон был приятный. Поделишься?
    В её взгляде загорелась искра любопытства, но ответа она не ждала – глупо надеяться, что Астоворимо станет открывать перед ней душу так же, как и перед красавицей-синдиэ в кою она обращалась.
    - Как бы то ни было: наслаждайся. Скоро по ночам тебя будут преследовать одни только кошмары. Кошмары во сне. Кошмары наяву… - она склонилась ниже. – Наслаждайся, - прошептала валараукэ в самое ухо.
    После чего отстранилась, вытянула руку с бурдюком полным воды, наклонила его и позволила тонкой струйке ледяной воды, – вероятнее всего набранной в ключе пока тот спал, - пролиться на пол, скользнув у самой щеки эльфа.
    - Не могла не заметить, как жадно ты облизываешь губы… - пропела она, строя бровки домиком. – Должно быть в глотке совсем сухо… - ещё одна струя опустилась ему на плечо и сбежала по коже весёлым журчащим ручьём, разбрызгивая вокруг себя водяную пыль. – Вот только не знаю проявлять мне жалость к пленному или нет… - Холодная вода обрушилась на его голову, но стекла по затылку не касаясь лица. – Может ты меня попросишь? Обещаю дать тебе немного просто так, если просьба будет большой, пёстрой и вежливой. – Горловище бурдюка вновь наклонилось, и вода скользнула у самой щеки эльфа. В пределах досягаемости, но, чтобы изловить её нужно было ещё постараться. – Ведь как это, должно быть, ужасно: быть томимым жаждой и смотреть как вокруг тебя с журчанием льётся вода…

Отредактировано Lith (2017-05-19 16:08:58)

+2

40

    Шутки шутками, а эльф явно был настроен решительно. «Ещё бы ему не быть таким злыми, - думал Драакуль, - сейчас Лит пытает его друга и он явно об этом догадывается. И меня, конечно же, так просто не отпустит…» Положение у него, как уже отмечалось ранее, было так себе, но хуже оно становилось от осознания того, что нетопыть не был до конца уверен в том, что Лит станет платить за него выкуп. Он бы на её месте пожертвовал химерой – ибо она ничто в сравнении с советником Гиль Глада.
    Стало быть, он сам себя должен был как-то выручить…
    Или всё-таки можно было рассчитывать на её поддержку?
    «Спросить бы разрешения заглянуть сейчас в её мысли,» - с сожалением думал он, но пока не решался на такую дерзость. Пока пусть пара мышей тихо летят в её сторону – новью они достигнут пещеры и валараукэ всё узнает… а пока ему нужно было что-то сказать эльфу.
    - Ты не убьёшь меня, - неожиданно серьёзным тоном ответил нетопырь. – Я – твой единственный шанс и возможность спасти Астоворимо. Это так же верно, как то, что я не расскажу тебе ничего.
    Казалось бы – шах и мат. Мышь понимал в какой ситуации оказался, понимал куда лучше, чем могло оказаться в начале и этим загонял эльфа в угол ставя перед нелёгким решением.
    - Сдаюсь, - прибавил он, прижимая маленькие ушки к пушистой головке. – И молю о пощаде. Военнопленный имеет права – на суд, на корм, на подходящую темницу. [AVA]http://sf.uploads.ru/dlvDz.jpg[/AVA]

0

41

Демон отвернулась, словно ее смутил взгляд нолдо. Эльф удивился, но не поспешил записывать еще одно очко в свою пользу.

- Из нас двоих здесь отдыхал лишь ты,
"Уж не была ли ты занята плетением иллюзии?" - подумал нолдо.

– И, по тому как не понравилось тебе пробуждение, могу предположить, что сон был приятный. Поделишься?
Еще один полный ненависти взгляд был ей ответом. "Но как узнать, как понять, был то морок или правда?"

- Я хорошо отдохнул. - вынужденно тихо ответил Астоворимо и улыбнулся. В пещере было стыло, за долгое время проведенное на каменном полу, прикрученным к каменной колонне, эльф замерз, но ледяная вода делала его положение еще хуже - растресковшиеся губы стали бледными и эльфа начинала бить мелкая дрожь.

- Как бы то ни было: наслаждайся. Скоро по ночам тебя будут преследовать одни только кошмары. Кошмары во сне. Кошмары наяву…
Эльф отвел взгляд. Он не сомневался что так и будет. И в этот момент аракано с особой остротой ощутил свою беспомощность - умаиа наклонилась к его лицу, так что он чувствовал щекой тепло ее кожи, и прошептала в самое ухо, обдавая своим дыханием
– Наслаждайся.
Эльф невольно содрогнулся. Но не от страха, а от пробежавших от неожиданного тепла по спине мурашек.

А потом резко отступила и, словно по волшебству, в ее руках появился бурдюк с водой. Нолдо непроизвольно напрягся. Хотелось пить. Очень. И все же было что-то унизительное что бы пить из ее рук.
Но... никто и не собирался поить пленника. Искристая влага пролилась возле его лица, эльф видел лишь начало ее падения, по тому что опустить голову ему мешали держащие шею веревки (очень не приятно, но все еще не ошейник!). А вода с негромким шумом упала на пол и вскоре холод начал обнимать бедро квэндо. Сделав над собой усилие эльф отвел взгляд в сторону.

- Не могла не заметить, как жадно ты облизываешь губы…  Должно быть в глотке совсем сухо…
Тварь пела это почти нежно, с той же интонацией сочувствия, с которой еще недавно (или очень давно?) насмехался сам эльф.
Нолдо вздрогнул, когда вода, холоднее камня, ударила его в плечо и оставляя блистающие капли на коже груди, поползла по коже и веревкам вниз, к животу. Роквэн замер, стараясь не выдать себя. Это не была страшная боль, это было просто издевательство, но тело отчаянно хотело дернуться, уклониться. Но уклоняться было некуда, невозможно. И попытка сопротивляться издевательству била по гордости.

– Вот только не знаю проявлять мне жалость к пленному или нет…
Струя воды ледяными иглами ударила по затылку и шее, рывком, не желая того, но просто от сокращения мышц нолдо вскинул голову и злая струя переместилась по его голове, намочив ее, стекая за ушами и по шее спереди. Мокрая коса, прижатая к спине, холодила позвоночник от чего по спине начали гулять тучные стада мурашек. Усилием воли квэндо заставил себя снова выпрямиться, его колотило от холода, губы посинели, но взгляд исподлобья смотрел по-прежнему решительно. Но чего эта маска стоила! Холодная вода... ее звон и шелест был столь пленителен, какое наслаждение было бы приникнуть к ней губами...

– Может ты меня попросишь? Обещаю дать тебе немного просто так, если просьба будет большой, пёстрой и вежливой.
Продолжая смотреть перед собой и дрожать, эльф молча сжал челюсть. Ему хотелось засмеяться в ответ, но он не был уверен как прозвучит смех с лязгающими от холода зубами. Вряд ли столь гордо как ему хотелось.

Вода вновь ударилась в грудь эльфа, пролетая почти возле самого лица и нолдо снова непроизвольно выгнулся. Капли и брызги оседали на лице, некоторые из них падали на губы и Астоворимо прикрыл глаза - так хотелось их слизнуть, но гордость не позволяла этого сделать.

– Ведь как это, должно быть, ужасно: быть томимым жаждой и смотреть как вокруг тебя с журчанием льётся вода…
Нолдо метнул яростный взгляд на валараука.
- Не боишься однажды познакомиться с творением Лорда Ульмо поближе? - почти шепотом, на выдохе, съязвил Арандур. Он надеялся что имя Валы хлестнет валараука, по тому что самой насмешки для этого явно было мало. И все же он огрызался. Так было проще - проще терпеть когда нападаешь, когда ты не просто беспомощный пленник, но продолжаешь сражаться. Больше он не закроет глаза! Он будет смотреть на воду и ему хватит сил отказываться от нее. "Это ли мой страшный путь выйти из под твоей власти?" - подумал феаноринг сотрясаясь всем телом ох терзающего его холода и думая сможет ли он принять смерть от жажды.

Отредактировано Astovorimo (2017-05-19 15:10:44)

+2

42

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kGCVy.jpg[/AVA]     Лита ничего не ответила – она знала, что находиться далеко от воды и обладает полной властью над своим пленником, но даже так глаза огненного духа чуть сощурились при упоминании Владыки Ульмо – Стихии для неё страшной и убийственной. В прищуре этом не было никакого удовольствия. Воду она любила не больше, чем любой другой балрог, одна мысль о существовании Океана была ей противна и неприятна, даже купаться она шла с небольшой охотой, что уж говорить о морских путешествиях или проживании в доме на берегу. Но эльфу не за чем было знать её отношение.
    Глядя на то, что Астоворимо даже не пытается облизнуть мокрые губы, воительница догадалась о его намерениях подняла руки повыше и вылила из бурдюка почти всю воду прямиком ему на голову, позволяя струям спокойно течь по лицу. «Посмотрим, как теперь ты себя поведёшь, когда вода течёт прямо по твоим губам…» Поступок этот служил не сколько ради пытки, сколько из сиюминутного желания отомстить. Не пугало даже то, что это может раскусить эльф – пусть так, для него это будет единственная приятность в данной ситуации.
    А ведь как странно это было – пленник балрога умирал от холода.
    - Какой ты, оказывается грубиян, - пропела майэ. – А с Куэ был куда добрее и податливее. Так мило обнимал её и бережно прижимал к себе… - на её устах вновь расцвела ядовитая улыбка. – Несмотря на то, что она была обещана другому и сказала об этом. Мне любопытно, а не успел ли ты часом влюбиться в неё, пока вёз в город? Как тебе сейчас, должно быть, не хватает этого маленького тельца…
    Бросив бурдюк на пол, майэ опустилась на бёдра Астоворимо и по-хозяйски поставила локоть ему на плечо, придвигалась поближе, прижимаясь мускулистым и гибким, как у кошки, телом.
    - Прямо здесь, - тихо прошептала она, опаляя его скулу горячим дыханием и приставляя ладонь к груди напротив сердца. – Её горячее тело и тёплая спина сейчас были бы весьма кстати, не так ли?… Скажи, ты ещё чувствуешь её тепло? Чувствуешь, как её тело касалось тебя? Как вы тёрлись друг об друга мерно покачиваясь в такт лошадиных шагов. Чувствуешь её дыхание прямо на твоём ухе? – изящные пальцы коснулись уха эльфа и сползли вниз по его шее, они были всего лишь тёплыми, но замёрзшему могли показаться и горячими. – Чувствуешь её своей грудью... – рука достигла яремной впадины и поползла вниз. – Животом… А главное, здесь… - при этих словах пальцы женщины достигла той точки, лежавшей ниже пупка, которую не позволяли касаться никакие правила приличия и легко скользнули за пояс. – Только не ври мне, что ты совсем ничего не почувствовал, - рассмеялась она.

Отредактировано Lith (2017-05-19 16:09:14)

+1

43

Водопад ключевой воды, баюкаемый под толщей камня, никогда не видевшей тепла Ариэн обрушился на голову Астоворимо. Больше половины бурдюка - водопад долгий и мучительный. Он не только морозил голову и тело, он заливал глаза и нос, так что невозможно было дышать, заставляя дергаться, пытаясь поймать глоток воздуха, но веревки на шее не давали этого в полной мере. А главное... вода стекала по губам. Сначала нолдо в муке сдерживал себя что бы не раскрыть рот и не позволить драгоценной, страстно желаемой влаге скользнуть на язык, прокатиться по нему, словно по пустыне, рождая жизнь, пролиться в горло и стекать глубже, туша мучительную сушь, гася боль, даруя сказочное наслаждение... воображение рассказывало пленнику как это будет, и как это будет прекрасно, но усилием воли Арандур заставлял себя не думать об избавлении.
Но потом мысли эльфа начали занимать еще более насущные желания - дышать. В поиска воздуха эльф изогнулся, постарался хватить ртом воздух, но вместе с воздухом в рот ворвалась и вода. Как она была прекрасна! Еще прераснее чем в его мечтах! Ничего не стоило проглотить, ведь это случайность, а не его просьба. Но нолда понимал что если уже сейчас начнет с потаканию своей слабости, то дальше будет еще хуже. Не всегда ломаются быстро, куда чаще - медленно и постепенно, шаг за шагом отступая. И нолдо выпленул те остатки воды, что не успели всосаться через рот. Следующий отрезок вечности был страшной борьбой за воздух и за избавлением от страстно желаемой воды.

Когда демон отступил, нолдо повис в путах сотрясаясь от озноба и жадно дыша. Голос валараука, став нежным и певучим, донесся до него, ударили, как пощечина, прошелся коготками по его сердцу и оставили недоумение.

- Какой ты, оказывается грубиян. А с Куэ был куда добрее и податливее. Так мило обнимал её и бережно прижимал к себе…
Нолдо вспыхнул и вскинул голову пристально смотря на умаиа. Что она знает о Куэ? Она видела его сон? Или это была ее искусная иллюзия? Но тут же эльф понял что речь идет совсем о другом.
– Несмотря на то, что она была обещана другому и сказала об этом. Мне любопытно, а не успел ли ты часом влюбиться в неё, пока вёз в город?
Значит демон вспоминает об их дороге в лесу... В каком-то смысле стало легче, хотя воспоминание о таком глупом промахе доставили боль.
Как тебе сейчас, должно быть, не хватает этого маленького тельца…
"О чем она?" - не понял нолдо... Но себя очень трудно обмануть. Он понял... понял страшную вещь, то что позволило ему осознать поступок Лорда Тьелкоромо так, как он его никогда не осознавал. Куэ... нежная дева не бежала от него, не боялась, а прижалась и доверилась, была так добра и ласкова, что в своем сердце Астоворимо пожалел что она уже обручена.
Нолдо отвел глаза. Демон оказался настолько коварен, что смог пробраться слишком близко к нему.
А в следующее мгновение нолдо услышал звук падающего бурдюка, шелест одежд и вдруг - тепло и давление на бедра и плечо - умаиа устроилась на его коленях. так близко, как у эльфов, ценивших пространство друг друга, могли вести себя только близкие друзья. Горячее тело Лит прижалось к его перетянутой веревками груди. Нолдо испытал естественное отвращение, что испытывает беспомощный пленник, когда его трогают руки мучителя, но происходящее укрылось от его понимания. Понятно что демон что-то задумала - но что?! А валараука прильнула еще ближе и согрела своим дыханием его скулу. Узкая ладонь нащупала бьющееся сердце. Эльф подумал что сейчас она снова ударит Волей и похолодел.

- Прямо здесь. Её горячее тело и тёплая спина сейчас были бы весьма кстати, не так ли?… Скажи, ты ещё чувствуешь её тепло? Чувствуешь, как её тело касалось тебя? Как вы тёрлись друг об друга мерно покачиваясь в такт лошадиных шагов. Чувствуешь её дыхание прямо на твоём ухе?

- Чего ты хочешь? - уже окрепшим голосом, но тихо воскликнул эльф. Что это были за разговоры? О чем и к чему она?

Пальцы Лит начали ... гладить? гладить! его шею, грудь, живот, поползли ниже...

– Чувствуешь её своей грудью... Животом… А главное, здесь…

Глаза эльфа расширились. Недоумение начало сменяться пониманием.

– Только не ври мне, что ты совсем ничего не почувствовал.
Умаиа смеялась, а нолдо нахмурившись думал, погруженный в свои ощущения. Желал ли он Куэ?

- Я не Смертный, - с облегчением выдохнул Астоворимо. - Я не скажу тебе о чем я думал, что бы не дать тебе надо мной власти. Но я не желал Куэ, ее тела, не думал о ней как о супруге. Хотя... да, мне было жаль что она обручена, но по причинам, которых ты не узнаешь. - Эльф коротко, но все равно понимая что его увидят, выдохнул и продолжил. - Впрочем, можешь не вынимать свою руку из моих штанов - так намного теплее.

+2

44

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kGCVy.jpg[/AVA]     Сперва эльф ответил на её невинную провокацию непониманием, что по началу возмутило Тёмного Духа. «Подумать только какая невинность – не сразу догадаться о чём я толкую,» - фыркнула она про себя, искренне не понимая, как же так можно. В какой-то миг ей даже стало любопытно как долго тот сможет не понимать её или делать вид, что не понимает, но едва этот вопрос действительно увлёк нолдо смог разобраться, что к чему.
    И, в каком-то смысле, ответил ей на это откровенностью.
    Застыв на миг, она удивлённо приподняла бровь и всмотрелась в чёткий нолдорский профиль, пытаясь разглядеть там что-то, ухватить… нечто ценное, что должно было возникнуть. Но удалось ли? Скорее только призрак – догадка. Не более.
     - Ах, тебе так теплее? – ответ мужчины определённо был хорош, это оказалось сложно не отметить. – Как это милостиво с твоей стороны: позволять нам такое. Уверен, что не получаешь от происходящего удовольствие?
    Рука её скользнула ещё глубже за пояс, а тело прижалось ещё плотнее, словно стремилось стать с ним единым целым.
    - А мне кажется, я знаю почему ты так легко поддался на чары какой-то мимо проходящей эльфийки, почему так легко пустил её в своё сердце, хотя знал от силы несколько минут. Особенно это чувствовалось в тот миг, когда речь зашла о твоей кузне… Признаюсь, я была удивлена. Мне казалось у тебя довольно друзей, чтобы не беспокоиться о такой нужде, но похоже сердце твоё страдает от одиночества. При чём так сильно и так отчаянно жаждет женской ласки, что готово открыться едва ли не любой эльфийке, которая окажется достаточно ласкова, добра к тебе и красива. Я ведь права?
    Лит растянула губы в злой и холодной улыбке, после подалась вперёд и коснулась поцелуем уголка его замёрзших губ. Но то были не уста демона, а мягкие и пухлые губы синдиэ, что ныне сидела на нём в той же позе, прижималась своим хрупким и изящным тельцем… совершенно обнажённым.

+1

45

Судя по тому что Лит не вскочила и не начала отрывать ему голову, ответ не был достаточно хорош и не уязвил умаиа.

  - Ах, тебе так теплее? Как это милостиво с твоей стороны: позволять нам такое. Уверен, что не получаешь от происходящего удовольствие?

Нолдо, лишенный возможности сопротивляться, и оказавшийся в очень странном и неожиданном для себя положении со странным выражением смотрел на умаиа, едва заметно напрягая губы, по мере продвижения ее руки, а потом вдруг спросил
- А ты, дух, для которого тело лишь оболочка - получаешь ты удовольствие, пытаясь пробудить мою плоть? Неужели ты настолько лишилась свободы своей изначальной сути, что стала так зависима от своего тела, словно Смертные?
Фраза была долгой и нолдо снова почувствовал что язык с трудом вращается у него во рту - та влага что успела попасть в рот и впитаться пока ее не выплюнули, не смогла утолить жажду феаноринга.

Но был ли он прав или нет, а демон точно попала в цель.
   - А мне кажется, я знаю почему ты так легко поддался на чары какой-то мимо проходящей эльфийки, … Признаюсь, я была удивлена. Мне казалось у тебя довольно друзей, чтобы не беспокоиться о такой нужде, но похоже сердце твоё страдает от одиночества. При чём так сильно и так отчаянно жаждет женской ласки, что готово открыться едва ли не любой эльфийке, которая окажется достаточно ласкова, добра к тебе и красива. Я ведь права?

Эльф отвел взгляд. Да, она была права и врать было глупо. Он как щенок пошел на ласку, в поиска нежных рук. Но он шел за ее руками, а не за ее телом и женственностью... Лит ошиблась, и все же нащупала его слабое место. Значит нужно не сожалеть, а думать что теперь делать. Его одиночество - как через это можно было ударить? И эльфу стало тоскливо, по тому что он понял сразу несколько способов и один был страшнее другого. Это было скверно. Но из задумчивости Астоворимо вывело новое прикосновение Лит - ее жарких губ к его ледяным и растрескавшимся.
Такое нежное, робкое, ласковое прикосновение... Астоворимо поднял глаза и встретился с янтарными очами Куэ. Ее тело было тонкое как у травинки, и при этом обладало всем прекрасным, что любимо мужем и нужно для матери. Ее грудь прижималась к груди пленника, касаясь своей нежной кожей грубых веревок, ее обнаженные бедра прижимались к его мокрым и холодным штанам. Эльфа по-прежнему била дрожь и двое, столь тесно прижатых друг к другу, вздрагивали вместе.
Аракано улыбнулся той, кого видел перед собой. И медленно, позволяя понять всю издевку, его улыбка сползла в кривую усмешку.
- Ты освободила меня от своих чарь, были они или нет. - Из за того что его язык плохо повиновался, слова произносились не до конца правильно и говорил эльф почти шепотом, на выдохе. - Наверьное я мок полюбить Куэ. Но ты прьевгатила ее в заношенную котту. Ты, Аина, бывшая кокда-то высокой, домохаешься меня, нолдо. ты перепрьобовала фсе нарьяды... Но не волнение, а отврьащение вызвала ты во мне. А теперь - пошла прочь, гулящая девка Тху. Я устал и ты мехаешь моему отдыху. В следующий раз, надеясь получить снисхождение к себе, подумай - будет ли усталая плоть тобой инересоваться.

Впрочем, последнее было правдой. Тело феаноринга затекло, продрогло до костей и было иссушаемо жаждой. Даже самый похотливый из фиримар не интересовался бы девой в током состоянии.

+2

46

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kGCVy.jpg[/AVA]     Лит тихо фыркнула.
    - Какой хороший вопрос, - пропела она. Увы, всем Тёмным было свойственно зависеть от своих тел или впадать в такую зависимость рано или поздно… Как же к этому относилась конкретная умайэ? – Ты так говоришь словно это дурно. Ты должно быть и людей не любишь… Но это было бы очень неплохо, если таких нелюбящих среди вас было большинство…
    Смертные. Несмотря на свой короткий век они казались огненному духу куда более интересными и привлекательными, чем докучливые эльфы. А главное – им совсем не чужда была тьма и они с радостью становились на её сторону. Они были достаточно прагматичны, а потому так преуспевали. Что же до привязанности к телу – сам Мелькор любил придаваться простым радостям жизни которое то даровало: можно ли считать зазорным то, что предпочитал сам Господин?
    Меж тем её едкое замечание попало в цель. Астоворимо спрятал от неё глаза, отвернувшись.
    - Эльфы, порой вы бываете такими смешными, - заметила она, - неужели за столько веков ты не прозрел в себе такой простой истины? Или же мне стоит со вздохом протянуть «мужчи-ины», на манер смертных дев? Оно кажется уместным в данной ситуации.
    К несчастью её иллюзией эльф не впечатлялся, хотя его взгляд оценил всё, что было нужно. Однако не желание она пыталась вызвать – нет, какой резон ей в этом? Скорее уж она стремилась причинить боль и, похоже, в этот раз потерпела полный провал. «Как же ты крепок, - подумалось ей в этот миг, - но ничего, мы ещё только начали. И похоже я уже нашла одну твою боль… Вот увидишь, найду и вторую…» Глаза её засияли ярким и злым огнём, а губы расплылись в злой улыбке, но дьявольский лик был сокрыт иллюзией. Куэ же глянула на него с укором, оскорблённая словами.
    - Стало быть ты мог бы меня полюбить? Меня? Ту которая, как ты знаешь, обещана другому, любит его и мечтает родить от него детей? Осознаёшь ли ты сам как это звучит и выглядит? Что же до домаганий, - добавила демон уже своим голосом, теряя прелестный вид, - если бы я хотела: то довела бы тебя до позорной смерти. И нехватка мужественности в причинном месте тебя бы не спасла.
    С этими словами майэ поднялась, отряхнула себя и направилась к коню. Стащив с того попону, она небрежно натянула её на нолдо – тут стоило отметить, что от попоны дурно пахло, ибо конь в ней вспотел, - после бросила не многозначительный взгляд в духе «сойдёт» и поспешила обрадовать:
    - Знаешь ли ты, что твой друг уже покинул Линдон?

+1

47

   - Какой хороший вопрос. Ты так говоришь словно это дурно. Ты должно быть и людей не любишь… Но это было бы очень неплохо, если таких нелюбящих среди вас было большинство…
Лит нежно укоряла и Астоворимо понял что его уже тошнит от ее нарочитого притворства. Уж лучше бы она вела себя как на поляне в лесу - это было бы честнее.

- Ты потеряла свою силу, - прошептал нолдо, - ты привязана к плоти. Ты больше не аина. - И эльф улыбнулся. "Дергать волка за хвост", вот как это называли люди. Но у аракано были причины поступать именно так.

- Эльфы, порой вы бываете такими смешными, неужели за столько веков ты не прозрел в себе такой простой истины?
Нолдо сжал губы но ничего не ответил. "Один-один" - подумал про себя Астоворимо.

- Стало быть ты мог бы меня полюбить? Меня? Ту которая, как ты знаешь, обещана другому, любит его и мечтает родить от него детей? Осознаёшь ли ты сам как это звучит и выглядит?
Арандур не стал отвечать или объяснять что либо. Но, к счастью, Лит и не ждала ответа.

- Что же до домаганий, если бы я хотела: то довела бы тебя до позорной смерти. И нехватка мужественности в причинном месте тебя бы не спасла.
И тогда эльф тихо засмеялся.
- Только попробуй и твой хозяин спустит с тебя шкуру так как ты и представить себе побоишься. - короткий миг сомнительного торжества быть ценным пленником. Но Астоворимо решил не упускать его и извлечь хоть что-то приятное из своего безрадостного положения.

Валараукэ отошла и нолдо в изнеможении прикрыл глаза. Но вскоре снова послышались приближающиеся шаги и эльф заставил себя выпрямился и взглянуть на своего мучителя. Умаиа принесла попону со своей лошади и набросила ее на пленника. Попона воняла, но... эльф не повел и бровью, словно вообще ничего не произошло. Хотя, его тело с радостью приняло то немногое тепло, что давала попона. И все же она крывала лишь сверху, а камень вытягивал драгоценное тепло снизу и со спины. С мокрых волос все еще продолжали капать и стекать ледяные струйки.
Но слова демона вырвали аракано из его попыток сосредоточиться и успокоить тело.

  - Знаешь ли ты, что твой друг уже покинул Линдон?
Холодное, ныне во всех смыслах холодное лицо нолдо смогло остаться неподвижным. Хотя внутри все замерло и оборвалось.

- Ты врешь. - Усмехнулся роквэн. - Мой друг достаточно мудр что бы не идти на сделки с Тьмой.

+3

48

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kGCVy.jpg[/AVA]     Право, Астоворимо мог сказать, что угодно и прозвучать куда убедительнее. Не так, чтобы валараукэ не поняла о чём он говорил, но использованная формулировка впрямь звучала крайне сомнительно.
    - Верно от посильности своей, я смогла сбежать из-под твоего ножа. Я вся такая маленькая и ничего не могущая переломала тебе все рёбра и упорхнула, оставив вас с носом. Но если я и впрямь такая – то себя ты должен считать козявкой и никак не больше. И уж поверь: я и мои нож найдут много других способов позабавиться с тобой не убивая. К слову, сейчас он будет мне весьма кстати, ведь я не просто так растревожила тебя и растратила воду…
    Развернувшись Лита направилась к седельным сумкам, расположенным на другой стороне пещеры, возле отдыхающего коня. Следует отметить, что за то время которое проспал нолдо, пещера успела обзавестись парой самодельных факелов, а потому освещение стало чуть более сносным чем прежде. И в свете двух этих неровных огоньков, положенных на каменные выступы и неровности стен эльф мог увидеть блекс короткого изогнутого клинка.
    Взяв его в руки майэ вернулась и нависла над ним словно выбирая с чего бы начать и поигрывая оружием. Вблизи можно было разглядеть искусно вырезанных на рукояти змей – скорее всего то была работа южных мастеров. Выдержав приличную паузу, женщина внезапно задрала ногу и крепко приложила носком эльфа по губам.
    - А это тебе за грубость в отношении женщины, - прокомментировала она, - после откинула попону, отрезала большой кусок повязки, который служил ему одеждой, фиксировал сломанные рёбра, а в данный момент был мало полезен.
    Старательно и быстро замахав тряпкой в воздухе Лита продолжила:
    - По правде сказать я с неохотой признаю, что разделяю твою точку зрения – едва ли твой друг пришёл обменять тебя на Кольцо, ясно же что ты столько не стоишь. Но кто знает? Не так уж это долго – проверить. Но если всё так, как я думаю – скорее всего он попытается выручить тебя. Я опасаюсь, что из города он вышел не один и, если моё предположение подтвердиться… - она усмехнулась. – Пусть поплутает в лесах пару дней и приходит… Я буду готова его встретить. Он эти пещеры не знает – а я знаю. Здесь много ходов, много мест где можно спрятаться, здесь можно заплутать, здесь есть шаткие тоннели и здесь можно разместить множество ловушек. И наконец, - глаза её недобро мелькнули, - в округе растут травы, из которых я смогу изготовить подходящий яд.
    Пока она говорила кровь, льющаяся из разбитой губы эльфа, стекла в яремную впадину и накапала на грудь в достаточном количестве.
    - Полагаю твой друг это оценит, - присев и разместив ткань на своих коленях майэ набрала капель на кончик кинжала, а после им аккуратно выписала несколько неровных строк: «ОТДАЙ ЕМУ КОЛЬЦО. И ПОМНИ, ЧТО АСТОВОРИМО ЗАПЛАТИТЬ ЗА ТВОЮ ЛОЖЬ» - звучало послание.

+1

49

- Ты не убьёшь меня. Я – твой единственный шанс и возможность спасти Астоворимо. Это так же верно, как то, что я не расскажу тебе ничего, - вдруг совершенно другим тоном, будто и не визжал мгновение назад от боли и страха, сообщил нетопырь.
Элронду пришло в голову, что тварь играет с ним в собственную игру, цена в которой - судьба его друга. "Ты угадал", - подумал эльда, однако во взгляде его не отразилось ни ненависти, ни отчаяния. Его лицо было сейчас словно высечено из камня, невозмутимо спокойное, разве что едва заметно надменное.
- Сдаюсь. И молю о пощаде. Военнопленный имеет права – на суд, на корм, на подходящую темницу, - завершил свою речь тёмный дух.
- Прекрасно, - ответил эльда, и в голосе его прозвучал холод. - Военнопленному будет обеспечено милосердное обращение. И быстрый корабль в Валинор. Суд валар решит твою судьбу. А мой родич - король Гиль Галад - позаботится по моей просьбе о том, чтобы корабль этот был снаряжен уже послезавтра.
И эльфинит развернул коня в сторону Линдона.
- Тебе стоило принять предложение свободы в обмен на указание жилища умайя, - равнодушно бросил он.
Элронд знал: слуги Врага трусливы и ценят себя выше всего на свете. И втайне надеялся, что если не угроза темному существу, то  откровенный намёк на собственное имя, заставят нетопыря задуматься. И какой бы ни была причина показать дорогу - страх или желание заманить в ловушку ещё одного эльфа - это было сейчас не столь важно. Важней всего было найти Астоворимо прежде, чем он погибнет.

+1

50

[AVA]http://sf.uploads.ru/dlvDz.jpg[/AVA]     Маленькие чёрные глаза мыши буквально вгрызлись в лицо эльфа, улавливая каждое изменение, но их было так немного, эльф был так спокоен и в чём-то даже надменен, что Драакулю никак не удавалось его раскусить и понять насколько действенны оказались слова. А потому и последующие слова Элронда возымели сильное действие, тем более, когда тот развернул коня и дал шенкеля, заставляя его шагать в обратную сторону.
    Нужно ли говорить, какие чувства у тёмного существа, не переносившего обыкновенные эльфийские вещи, вызывали мысли о Валиноре? Что сделают там с ним – маленьким и ничтожным духом? Запрут в темнице на веки вечные, в темнице без окон в которые можно вылететь, без дверей сквозь которые можно пройти, без капли крови, в безвыходности из которой даже Моргот смог выбраться лишь обманом. Но как ему, Драакулю, было обмануть Валар? На что он мог рассчитывать? Если бы только у мыши были зрачки, они бы расширились от страха, его крошечный носик зашевелился, маленькие лёгкие заработали, наполняя тельце воздухом, которого вдруг в лесу стало недостаточно. Даже боль от пробитого крыла отступила, превратившись в ничего не значащую царапину. В первый миг страх охватил его дух, заставил заволноваться, забеспокоиться, пойти рябью и словно бы стать слабее. За всем этим он даже не сразу обратил внимание на другое его выражение.
    «Родич Гиль Глада? - задумался вдруг нетопырь. – Он сказал, что он родич Гиль Глада или мне послышалось?»
    - Кто ты? – пропищал Драакуль, уставившись на эльфа широко раскрытыми глазами и внимательно всматриваясь в черты, однако не узнавая их.
    «Погоди, эльфа обмануть проще, - продолжала тем временем работать его маленькая головка. – Думай-думай. Успокойся и думай, что тебе делать. Он – эльф, пришедший сюда спасти Астоворимо, родич Гиль Глада грозящий отправить тебя на Запад. Думай-думай…» Но страх мешал ему сосредоточиться, все помысли его то и дело возвращались в то жуткое место которое все прочие, кроме Тёмных, имели обыкновение звать Благодатными, и потому конь прошёл достаточно шагов, прежде чем Драакуль собрался с мыслями, и кое-что понял.
    - Ты ведь ищешь Астоворимо… - пропищал он вновь изменившимся голосом, в котором звучало спокойствие и даже облегчение. – Значит не повезёшь ты меня ни в какой Линдон. Тебе до него два дня пути и ещё два дня обратно – а значит ты потратишь четыре дня, а это больше половины недели. Те, кого ты привёл с собой могут продолжить поиски с тобой или без тебя: один эльф в таком деле большой роли не сыграет. Тут куда большую роль играет навыки, опыт и удача. Но вы даже понятия не имеете где искать, потому-то ты так отчаянно не хочешь меня выпускать, а значит не хочешь терять и не повезёшь меня ни к какому Гиль Гладу прежде, чем найдёшь Астоваримо. Ведь каждый день в плену врага всё равно, что неделя. Ты не знаешь даже не водят ли тебя за нос – заставляя тебя и верных Астоваримо в пустую тратить время, пока тот, быть может, не первый день на пути в Мордор, - припечатал его Драакуль.
    После довольно раздул ноздри, сделал глубокий вдох и ответил Элронду его же монетой – принял вид непроницаемый и надменный.

+3

51

- Моё время задавать вопросы. Твоё - на них отвечать, - как мог спокойно отозвался эльда.

Хладнокровие легче бы давалось ему, не будь позади двух бесконечных суток мучительного ожидания. Не будь проклятого письма, написанного кровью, которое, казалось, жгло кожу через несколько слоёв ткани. Но не зря эльфинит был по крови наследником дома Финвэ, потомки которого давали отпор тени не первое столетие, и чьи имена стали ненавистны для слуг древнего Врага. Да и не первое это было свидание с Тьмой в жизни Элронда: жизни воина и полководца. Внешне он не дрогнул, ни на миг не позволил тревоге и  сомнениям отразиться на лице.
- Если ты отказываешься проводить меня, даже в обмен на свободу, мне не о чем говорить с тобой, - равнодушно отозвался он в ответ на слова твари. - Если  ты осмеливаешься скрыть правду от князя эльдар - значит, далёк от раскаяния. И судить тебя будут те, кто восседает на Таниквэтиль по праву, данному Эру Единым.
Эльда выждал паузу, требовавшуюся, чтобы восстановить спокойствие, а не для пущего страха пленника, и завершил:
- Ты сам избрал свой путь. Возможно, твоё вечное заточение и раскаяние в чертогах Намо Мандоса будет благом для Арды.
"А Астоворимо я найду и сам", - прибавил он мысленно, зная, что в разум,запертый аванирэ, нет хода злому созданию.

+3

52

Умаиа отвечала далеко не на все его слова, но эти не упустила. Почему? Смог ли аракано задеть тварь?

- Верно от посильности своей, я смогла сбежать из-под твоего ножа. Я вся такая маленькая и ничего не могущая переломала тебе все рёбра и упорхнула, оставив вас с носом. Но если я и впрямь такая – то себя ты должен считать козявкой и никак не больше.
Измученному пленнику куда тяжелее сдержать эмоции, чем свежему. Силы уходят на то что бы не поддаться, на то что бы усмирять тело, и на маску их уже не остается. По этому, по лицу эльфа было понятно что он переживает об обстоятельствах своего плена. И все же, он нашел силы надменно улыбнуться
- Ты слишком много времени провела среди рожденных, ты забыла кто ты. Да, среди нас ты непобедима и могуча. Но я родился и долгие столетия жил в землях Валар - я видел народ аинур, которые живут все вместе, питая и поддерживая друг друга. Я видел их славу и мощь. И ты помнишь их славу. И ты можешь вспомнить какой была когда-то сама. Ты не обманешь ни меня, ни себя - теперь ты лишь тлеющий уголек. Ты растратила свое могущество на Тьму и похоть. Рассказывай другим о своем величие - я вижу воочию твое затухание и падение.

Но пленнику всегда можно отплатить за его слова
И уж поверь: я и мои нож найдут много других способов позабавиться с тобой не убивая. К слову, сейчас он будет мне весьма кстати, ведь я не просто так растревожила тебя и растратила воду…

Нолдо изготовился терпеть. Только было не до конца понятно что она имеет ввиду. Нож не обещал радости, но вот при чем тут была вода? Умаиа отошла, но скоро вернулась - в неровном свете факелов в ее руке поблескивал нож. Астоворимо выпрямился, насколько это было возможно в путах, желая гордо принять новую пытку. Подобно оркам, валараука склонилась над ним и забавлялась, выбирая с чего бы начать игру. Роквен презрительно скривил губы и смотрел мимо твари. А Лит в очередной раз поступила не так как от нее ждали. Резко качнувшись назад, с короткого расстояния, демон пнула эльфа в лицо, разбивая губы. Не то что это было приятным, но и не страшным; Нолдо испытал больше унижение, чем боль и прекрасно понимал что тварь это знала. Гнев сверкнул и погас в глазах Арандура, который заставлял себя не показывать мучителю эмоций. В очередной раз лицо эльфа оказалось выпачкано кровь. Красные ручейки стекали по подбородку, вычерчивая его и мерцая в свете факелов, и устремились вниз, по шее и груди, пока не впитались в веревки и обрывки ткани.

- А это тебе за грубость в отношении женщины
- Ты... не ... женщина... - выдавил из себя эльф. он уже думал что лит собирается вонзить в него нож, или начать снимать кожу, но валараука всего лишь срезала лоскут его одежды. "Зачем?" недоумевал эльф.

- По правде сказать я с неохотой признаю, что разделяю твою точку зрения – едва ли твой друг пришёл обменять тебя на Кольцо, ясно же что ты столько не стоишь. Но кто знает? Не так уж это долго – проверить. Но если всё так, как я думаю – скорее всего он попытается выручить тебя. Я опасаюсь, что из города он вышел не один и, если моё предположение подтвердиться…
Арандур старался быть равнодушным, но ловил каждое слово. Элерондо идет за ним?! Это же безумие... Правда или ее очередная ложь? "Друг мой, отважный до безрассудства!" - страх за товарища холодной рукой сжал его сердце.

– Пусть поплутает в лесах пару дней и приходит… Я буду готова его встретить. Он эти пещеры не знает – а я знаю. Здесь много ходов, много мест где можно спрятаться, здесь можно заплутать, здесь есть шаткие тоннели и здесь можно разместить множество ловушек. И наконец, - глаза её недобро мелькнули, - в округе растут травы, из которых я смогу изготовить подходящий яд.
Астоворимо презрительно фыркнул.
- Сколько возни ради одного эльфа! Мельчаешь тварь. Впрочем - как знаешь. Я не понимаю зачем тебя интересует кто-то там, когда в твоих руках есть я; уверен что и твой хозяин не поймет и не оценит твоих трудов. Но меня последнее лишь позабавит. Как думаешь - что он с тобой сделает, зная что ты упускала драгоценное время, заманивая какого-то эльфа в пещеры, вместо того что бы принести ему того, кто знает о Кольцах? Саурон не Моринготто, он не умеет ждать и не любит терпеть. Ты ведь рассчитываешь на награду, не так ли? Но за упущенное время получишь лишь его гнев! Так что иди и собирай травы, хотя вряд ли тебе поможет пить их яд.

Эльф понимал что его попытка отвести удар от Элерондо очень шаткая, но должен был попытаться. Он не желает изведать того ада что начнется окажись друг у соседнего столба.

А Лит, используя нож как перо и его кровь как чернила, начертала страшнуе слова на кусочке бумаги.
- Полагаю твой друг это оценит. ОТДАЙ ЕМУ КОЛЬЦО. И ПОМНИ, ЧТО АСТОВОРИМО ЗАПЛАТИТЬ ЗА ТВОЮ ЛОЖЬ

Нолдо засмеялся

- Ты пытала и мучила меня до этого, - душевные волнения заставили взволноваться и кровь, по этому и голос Арандура звучал с большей силой чем прежде. - Ты будешь проявлять свою власть надо мной в любой момент когда тебе пожелается. Айвэнион не дурак и знает это. Так чем ты его пугаешь? Тем что я заплачу за что-то? Как будто он не знает что я буду платить за то что я говорю "нет" до тех пор пока не умру или не сломаюсь. - Последнее слово роквену было произнести трудно и он надеялся что умаиа этого не заметила.

+2

53

[AVA]http://sf.uploads.ru/dlvDz.jpg[/AVA]     Несмотря на его слова эльф оказался непреклонен. «Врёт, не иначе, - пропищал ему уголок разума. – Напугать меня решил. Думает я так просто сдамся…» Сохраняя молчание нетопырь отвернул голову в сторону и стал смотреть на проплывающие мимо древесные стволы. Мысль о том, что он и впрямь рискует вот-вот оказаться в Валиноре жгла его раскалённым прутом и он готов был вот-вот вновь открыть рот и что-то пропищать, что-то что заставило бы эльфа остановиться. Но из последних сил держался и молчал, повторяя как молитву: «Он врёт. Он врёт. Он всё врёт и запугивает меня. Я не поддамся. Не поддамся. Он всё врет.»
    А деревья всё плыли и плыли мимо.
    «А, всё равно ему до Линдона не один день ехать, - отметил он про себя. – У меня ещё полно времени чтобы передумать и сказать что-нибудь. К слову, стоило бы решить, что именно…» Старательно отгоняя от себя мысли о Валиноре Драакуль решил потратить предоставленное ему время на приготовление толковой лапши, которую можно было бы повесить на эльфийские уши. Судя по их длине и благородности эльфийского вида, тот был не много не мало гурманом и ради него следовало постараться.
    «А может мне следует сделать вид, что я и впрямь испугался? – осенило его вдруг. – Коль он так хочет напугать меня: может стоит испугаться хорошенько. Пусть думает, что его задумка сработала, пусть считает, что победил… Но что же тогда?» А «тогда» вновь возвращало его к приготовлению толковой лапши. А на лапшу нужно было время… Вот он и держал на своём лице спокойное высокомерное выражение, только маленький носик то и дело подёргивался от поддельного волнения, а глаза украдкой косили на эльфа – так надо было, путь думает, что самый умный, что заставил его бояться. Что маленький нетопырь напуган и вот-вот всё расскажет – благо играть напуганного, когда ты напуган не сложно.
    Как ему однажды сказали: «Зло всегда найдет лазейку». Вот он и искал.

0

54

Смеркалось, и через четверть часа ночь вступила в свои права. Неожиданно распогодилось, из широких разрывов в облаках на мир глянули звезды. Элронд поднял лицо к небу: у него были особые отношения с одной из Звёзд, светлой и яркой. "Айя Эарендиль!" - одними губами произнёс он, и неожиданно почувствовал, что отчаяние немного разжало цепкую лапу на сердце, и стало легче дышать - и верить в лучший исход.
У развилки дороги эьда приостановил коня.
- Сильданор, - окликнул он негромко, обращаясь в сторону леса. Отпускать прислужника валарауко, пока тот не приведёт его к Астоворимо, он не собирался - а, значит, не имело смысла скрывать от него отряд.
Хмурый воин появился словно ниоткуда, скинул капюшон. В непроницаемой лице его нельзя было углядеть эмоций, однако Элронд немного знал этого нолдо, а оттого догадывался, что тот скрывает гнев. И, кажется, недоверие.
- Мне нужна пустая прочная сумка, - подняв свёрток с нетопырем повыше, эльфинит показал его воину. - Вот такого размера. Путь  неблизкий. А любоваться видами ему не обязательно.
-Только чтоб не задохнулся, - прибавил он с едва заметной иронией, передавая пленника в руки Сильданора.
Нолдо скрылся в кустах, там его ожидал друг, удерживающий под узцы двух невысоких серых коней, способных тихо и незаметно ехать редколесьем. Без слов отвязав от седла прочный кожаный мешок, эльда высыпал содержимое в соседний, а мышь засунул в суму, как придется, не причиняя боль,, но и не особенно заботясь об удобстве твари. Завязал шнур, оставив лишь малейшее отверстие для воздуха, и вернулся на тракт.
Передавая запакованное существо из рук в руки, его несколько раз заметно встряхнули, лишая ориентира в пространстве. Потому он не мог теперь сказать наверняка, в какую сторону направлялся отряд: по-прежнему к Линдону - или новым путём.
Элронд привязал сумку к поясу, бережно и прочно, словно вёз драгоценности.
- Переменишь своё решение - дай знать, - бросил он нетопырю. - До завтрака, - добавил все с той же иронией. - Останавливаться на ночь мы не собираемся.

+1

55

[AVA]http://sf.uploads.ru/dlvDz.jpg[/AVA]     Появление других эльфов вызвало в нетопыре ещё больше признаков внешнего беспокойства. «И так, - думал он. – что же теперь вы собираетесь делать?» Его маленькие глазки, прекрасно видевшие в темноте, смотрели то на одно лицо, то на другое, но все эльфы как один словно надели на себя маски и понять их не представлялось возможным: оставалось лишь строить теории и предположения. Но кое в чём Драакуль был уверен – едва ли кто-то из них будет рад видеть Тёмного, разве, что в роли Языка. Но эта радость едва ли придётся нетопырю по вкусу.
    - Мне всё ещё нужна помощь лекаря! – напомнил мышь. – Рану должно промыть и обработать покуда в неё не попала инфекция!
    Но кто его слушал?
    Не особо бережно его засунули в симку и Драакуль что было сил завертелся, пытаясь выбраться на свободу и ослабить путы. Здесь он не мог ничего видеть, кроме небольших просветов наверху которые оставили единственно ради воздуха. Но это не сильно смутило мыша. Сумка была кожаной, а он как никак был вампиром с острыми зубами, предназначенными для разрезания кожи. Но на то обещало уйти время. Но помимо этого была другая проблема – всё ещё укутанный он был сильно ограничен в передвижениях и мог лишь вертеть головой. Благо через какое-то время эта проблема решилась – после того, как сумку несколько раз встряхнули его голова, оказалась достаточно близко к одному краю, чтобы он мог накусать себе несколько дыр, достаточно крупных чтобы смотреть через них.
    Но эти крошечные осколки окружающего его мира были созданы не ради того, чтобы понять в какую сторону эльфы держат путь. Нет, Драакуль пытался вызнать, что они делают и сколько их. Когда же он наконец захотел узнать куда его везут, он пропищал своим высоким никому не слышным кроме других летучих мышей голоском и те немедля ответили ему в какую сторону направляются эльфы.
    «Так я и подумал… - с большим внутренним удовольствием подумал Драакуль. – Ты всё мне наврал, эльф. Но как-то было сказано!» И тут ему вдруг подумалось, что Элронду Астоворимо может быть дороже, чем они с Лит изначально предполагали, иначе у него хватило бы решимости отвести нетопыря в Линдон. Но как проверить это и использовать? «Ладно, пусть пока походят и потратят время, я же тихо подожду до утра, дам Лит время и сам всё обдумаю. А как за бережёт свет скажусь напуганным, и пусть решит, что его уловка сработала.»

Отредактировано Lith (2017-05-20 18:31:09)

0

56

Отряд ехал небыстро: следовало беречь лошадей, ведь неизвестно, какая дорога им ещё предстояла. Элронд выбрал иное направление, и теперь они следовали не назад, в Линдон, но и не на юго-восток, как прежде. Это была объездная дорога, круто забирающая на восток, от неё расходились многие пути и тропы. Если демон в облике мыши решит заговорить - свернуть куда нужно будет нетрудно.
Нетопырь ворочался и, судя по звукам, надкусывал мешок. Эльда не препятствовал: кто знает, может, ему тяжело дышать. Если увлечется - будет несложно пресечь. А утром, действительно, надо дать пленному воды и еды и посмотреть, что там с крылом.
Ночь утекала, как вода сквозь пальцы, хоть время в ожидании и казалось бесконечным - сейчас как никогда, бессмертный чувствовал его бег.
И вдруг внезапное чувство яростного, неистового призыва знакомого разума коснулось сознания Элронда. Он открылся, вслушиваясь в мир - и услышал, не ушами, но куда более отчётливо, чем позволяли слова привычной речи:
"Друг! Я в северных пещерах,  там, где выходят ручьи и находят аметисты. Пещера - лабиринт, и тварь готовит ловушку".

И вместе с мыслью на сознание эльфинита лавиной обрушились чужой гнев, невыносимая боль и ярость в ответ на безысходность и бессилие, и он едва сумел сдержал вскрик. Только прокусил до крови губы и ответил,как мог: отдавая силы для сопротивления, память о свете вечных звёзд на бескрайнем небе, память о победах и стойкости, которые позволили выстоять в отгремевших войнах.
Осанвэ прервалось почти сразу, оставляя после себя звенящую пустоту. Элронд понял, что он не успел даже ответить Астоворимо, не успел сказать, что помощь придёт. Он с трудом разжал пальцы, сведённые на поводьях, подумал, что, наверное, выдал себя тёмной твари внезапно прервавшимся дыханием. Но сумел не осадить коня тут же, не поднять коня в галоп, хотя знал теперь, какую дорогу избрать. Лишь выдохнул сквозь сжетые зубы, слизнул кровь с губ, заставил себя не думать, что сейчас происходит с другом. Подал знак наблюдателю из отряда: нужен привал. Среди верных из канты феаноринга были ювелиры и рудознатцы, способные определить по указанным приметам, что за место неподалёку от Линдона выбрала умайя для своего логова. И куда надлежит стремиться, не теряя ни часа.
- Мы остановимся сейчас, - выждав минуту, чтобы быть уверенным в спокойствии голоса, сказал вслух. - Но отдых будет недолгим.
Остановились порознь: пока нетопырь оставался в мешке, к Элронду подъехал один из воинов, выслушал тихий приказ, заменил лорда в страже у пленного.
Пока эльфинит в стороне коротко обсуждал направление движения с одним из мастеров- ювелиров, знающих местные выходы драгоценных руд, как свои ладони, суровый воин- нолдо позволил летучей мыши высунуть голову из мешка и предложил воды в крышке от фляги.

Отредактировано Elrond (2017-05-20 22:58:38)

+1

57

[AVA]http://sf.uploads.ru/dlvDz.jpg[/AVA]     Путешествие выдалось долгим и неприятным. Драакуль смотрел и случал сколько мог – но эльфы были немногословны, а он проделал долгий путь, много ждал, потерял кровь и, словом, даже тёмных духов клонило в сон. Постоянное покачивание, которое он ощущал от конских шагов не сильно помешало – он уже спал так в сумке у Лит, на её плече или седле, так что те быстро убаюкали нетопыря и очнулся он лишь под утро, когда крышку сумки откинули и в глаза ударил яркий свет.
    По-хорошему чуткому нетопырю следовало отреагировать ещё на остановку коня и разлепить глаза – такие вещи он хорошо чувствовал и обычно так и делал, – но в этот раз потратил слишком много сил, чтобы обратить внимание на такую мелочь. И только печальнее было от того, что за своей бесплотной ночной слежкой он уснул поздно и плохо выспался. Отчаянно моргая и привыкая к свету солнца он Драакуль не сразу понял, что с ним другой эльф и что он о наливает воду в крышку фляги.
    За столько времени Драакуль и впрямь успел здорово проголодаться, но потребностью его была совсем не вода, а свежая кровь. С толикой пренебрежения глянув на подставленную ему крышечку и уверившись, что там вода и ничего больше, нетопырь внимательно смотрел на эльфа некоторое время и придя к выводу, что дарёному коню в зубы не смотрят, а крови всё равно не дадут прильнул к краюшке и стал жадно лакать.
    - Ещё, - попросил он, когда добрался до дна, - пожалуйста.
    Каким-то образом в него влезло пять маленьких крышек, после которых на диво вежливо поблагодарил эльфа за оказанную услугу. Судя по докладу которые сделали другие летучие мыши, эльфы взяли не то направление и Драакуля это более чем устраивало, потому на данный момент он прибывал в полном неведенье относительно произошедшего.
    - Прошу простить, но собираетесь ли вы взглянуть на мой крыло? Оно всё ещё жутко болит и, кажется, за ночь воспалилось… или же я весь затёк до такой степени, что не чувствую руки. И, кроме того, прошу простить, но мне бы справить нужду или хотя бы имею ли я права, на новые пелёнки?

0

58

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kGCVy.jpg[/AVA]     Губы женщины изогнулись в недоброй косой ухмылке, а взгляд наполнился надменностью и чувством собственного превосходства.
    - Ах-х… эти Валар, этот Валинор и живущие там духи, которые поддерживают друг друга, - её взгляд смеялся, полнясь холодом и презрением. – Знаешь о чём поведал мне Владыка Мелькор? Знаешь на что открыл он мне глаза – и я не нашла, что тому возразить? Хочешь знать, почему я не жалею и никогда не пожалею, что ушла из Благих Земель на север? Ты такой самодовольный, думаешь, что сможешь уязвить меня своими словами, но это не так… Валар и все служащие им майар – рабы, - прошипела она. – Они были посланы сюда, чтобы служить вам: людям, гномам, эльфам. Они творили наполненные силой, черпали свои силы друг от друга, полнились энергии и жизни, но не жили ни единого дня для себя. Они служили, возводя Арду из ничего, служили наполняя моря, служили засеивая и проращивая семена, служили творя зверей, служили уча вас, служили, когда ждали вас, служили, когда сражались. Кабала. Вот что ты кидаешь мне в лицо и пытаешься смеётся полагая, что я буду сожалеть о своём уходе. И лишь Владыка Мелькор открыл нам глаза на истинное положение вещей: Светлые смирились в необходимости постоянного служения, они мнят себя свободными, но они не жили для себя ни единого дня. Защитники они ваши или обыкновенные слуги? Пусть я растрачу силы, пусть истаю с годами. Пусть даже буду служить – но я буду жить для себя и служить тому, кого я для себя выбрала. Из Айнур – те, кого вы зовёте «тёмными» единственные кто обладает своей свободой воли, а не слепо ест с чужих рук и радуется объедкам.
     Глупость сказанных нолдо слов, его уверенность в их правоте будили в огненном духе гнев и слобу. Как можно быть таким!?
    - Впрочем, ничего удивительного, что ты думаешь так, а не иначе – ведь тебе и твоему народу служат все их «мощь и величие». Но нет, спасибо, я не жалею, что вырвалась из рабства и не горю желанием в него возвращаться.
    Ах… удивительно ли, что она так его любит? Стоит только упомянуть заветное имя и на языке сразу становиться сладко. Мелькор, Мелькор, Мелькор – она повторяла бы это имя вечно, и она будет его повторять, если ей вдруг придётся в уже упомянутой Аманской темнице. Она не отречётся от него, ни за что. Как можно отречься от учителя? Как можно покинуть того, кто скинул с тебя оковы и даровал свободу? На колкий взгляд её голубых глаз потух, погружая майэ в прошлое, из которого её вырвало очередное оскорбление.
    - Не забывай, что в моей власти сделать женщину из тебя или, по крайней мере, отрезать всё то, что делает тебя мужчиной. А после завернуть в тряпицу и отправить твоему другу. Мне думается из этого выйдет славная посылка, - она усмехнулась, - готовься: если он не принесёт Кольца, я так и поступлю.
    Свернув в послание в трубочку, она мелодично свистнула и с высокого свода пещеры к ней слетала мышь.
    - Отнеси это главному эльфу, - велела она на грубом Чёрном Наречии и вручила ткань мыши. – Как это мило, что ты волнуешься за твоего друга, - продолжила она, обращаясь к Астоворимо. – Но всё же мне есть серьёзный резон губить твоего друга: как никак, а он пустился за мной в погоню, он ищет меня и так просто не оставит. В конечном итоге мне придётся или играть с ним в перегонки или же таки сразиться. И вот последний вариант волнует меня более всего потому как за пределами пещеры я не смогу предсказать в какой именно момент и в каком месте перегонки превратиться в бой. На его стороне окажется количество и, вероятно, преимущество, но здесь… в этой пещере: в месте хорошо мною изученном, я смогу погубить много эльфов, если хорошенько потружусь. А это я умею неплохо. Думаю, я постараюсь поймать твоего друга живьём: будет весьма славно показать тебе, как я потрошу его живьём.

+1

59

Нолдо понял что задел тварь. Что бы она не говорила, как бы не благословляла свой выбор и Моринготто - но она не могла спокойно вспоминать о тех временах, когда была Светлой, и о своих не-Падших родичах.

– Знаешь о чём поведал мне Владыка Мелькор? Знаешь на что открыл он мне глаза – и я не нашла, что тому возразить?
Нолдо напрягся. Нет, он не хотел такого знания, оно могло быть страшным, могло соблазнить, подточить силы, толкнуть и самого эльда к предательству - но уши было не зажать. Измученное тело не позволяло хранить ледяную маску, но аракано хотя бы надеялся что остался равнодушным. А умаиа продолжала

- Валар и все служащие им майар – рабы. Они были посланы сюда, чтобы служить вам: людям, гномам, эльфам. Они творили наполненные силой, черпали свои силы друг от друга, полнились энергии и жизни, но не жили ни единого дня для себя. Они служили... служили... служили... служили... служили...служили...служили...  Кабала. Вот что ты кидаешь мне в лицо и пытаешься смеётся полагая, что я буду сожалеть о своём уходе. И лишь Владыка Мелькор открыл нам глаза на истинное положение вещей... Из Айнур – те, кого вы зовёте «тёмными» единственные кто обладает своей свободой воли, а не слепо ест с чужих рук и радуется объедкам.
Когда она начала эльф замер, готовясь к внутренней борьбе и к тому, что яд Тьмы попытается проникнуть в его душу. Но когда Астоворимо понял о чем говорит умаиа... Едва Лит закончила феаноринг засмеялся. Он смеялся. Он хохотал. Он ржал. Он бился, сотрясаемый хохотом и сдирая (как он понял) поджившие ссадины на спине, где его царапал камень, он стирал шею о веревку но не мог остановиться - секунды ужаса выходили из него, а слова демона были столь шсмешны, что невозможно было сдержаться. Наконец-то он иссяк, и со стоном втягивая воздух иссушеным горлом спросил

- Ты что, дура? - И снова с трудом подавил смешок, по тому что смех теперь причинял феанорингу боль. - Когда Илуватор показал аинур видение будущего мира, Он спросил кто хочет идти и подготовить этот мир для Детей, и помогать в нем Детям? И те из аинур что захотели такого служения - пошли, но далеко не все, даже не большая часть. И стали Силами мира, Валар и маиар. И вот я повторю свой вопрос - ты что, дура? Только спустя тысячи лет работ и творения ты поняла что пришла сюда служить?!? - Эльф обессиленно всхлипнул.

Но неужели умаиа настолько привязалась к своему женскому воплощению что ее оскорбляет когда за ней не признают женственности? Нужно будет это запомнить и попробовать еще раз посмеяться над этим позже. Тогда станет ясно где твое следующее слабое место.
А ответ твари был прост, но силен.
- Не забывай, что в моей власти сделать женщину из тебя или, по крайней мере, отрезать всё то, что делает тебя мужчиной. А после завернуть в тряпицу и отправить твоему другу. Мне думается из этого выйдет славная посылка. Готовься: если он не принесёт Кольца, я так и поступлю.
Феанориг лишь скривил губы. Нельзя сказать что угроза его совершенно не пугала. Лишиться части своего тела ему совершенно не хотелось, а лишиться столь личной части было бы еще и оскорбительно, но у нолдо был один секрет - он не думал что выйдет когда-либо живым из лап Тьмы, а значит... Потерявши голову по волосам не плачут. И по-этому Арандур с насмешкой ответил:
- Ты не сделаешь этого, по нескольким причинам. Во-первых Саурону это не понравится. Искалеченного пленника намного сложнее соблазнять свободой, а я уверен что он попытается сломить меня в какой-то момент выведя из подземелий и предоставив вкусить теплой ванны, хорошего вина и пищи. Не скажу что мне это будет легко преодолеть, но ты мне окажешь услугу в борьбе с моей слабостью, если исполнишь свою угрозу. Во-вторых ты этого не сделаешь по-тому что тогда тебе будет бесполезно мое тело, которое тебя привлекает. - Нолдо говорил нагло и лишь улыбался при этом. - А в третьих - мне все равно. Моя невеста осталась в Амане и отреклась от меня тысячи лет назад. Так что, если я обрету свободу, потеря моей мужской плоти ничем мне не помешает и дальше бить орков.

Про Элерондо Астоворимо не проронил ни слова.
И только дернулся от звука темного наречия, сочащегося злобой и злом.

– Как это мило, что ты волнуешься за твоего друга. Но всё же мне есть серьёзный резон губить твоего друга: как никак, а он пустился за мной в погоню, он ищет меня и так просто не оставит. В конечном итоге мне придётся или играть с ним в перегонки или же таки сразиться. На его стороне окажется количество и, вероятно, преимущество, но здесь…
- Это ложь. Ты могла бы снова обернуться демоном и за несколько часов преодолела бы расстояние в день. И не догнали бы тебя, и не нашли. Так что то что ты хочешь изловить моего родича - лишь твоя личная жажда крови и развлечений. И уж будь уверена - я заговорю перед твоим хозяином и расскажу ему все. Или даже приукрашу, как вы того любите, - нолдо смотрел на Лит с холодной иронией и на его растрескавшихся губах блуждала жестокая улыбка. - Будь уверена, Саурон останется тобой не доволен. - почти нежно прошептал эльф.

-В этой пещере: в месте хорошо мною изученном, я смогу погубить много эльфов, если хорошенько потружусь. А это я умею неплохо.
-Давай, давай, развлекайся, - насмешливо фыркнул роквен. Хотя сердце нолдо сжалось. Смутные подозрения о том кто были те самые эльфы, что шли рядом с Элерондо, не давали покоя. Лит не видела его души, но могла вполне догадаться что начала новую пытку, всего несколькими словами.

Думаю, я постараюсь поймать твоего друга живьём: будет весьма славно показать тебе, как я потрошу его живьём.
- Ты удивишься узнать как мы умираем. - Холодно улыбаясь, по тому что душа готова была кричать от боли, ответил Астоворимо. Глупо было отрицать, или делать что ему нет дела до друга. Но... плохое еще не случилось, а если случиться... это будет страшно. Но они смогут достойно пройти и через такое испытание... Очень хочется надеяться что...

+2

60

[AVA]http://se.uploads.ru/t/kGCVy.jpg[/AVA]     Майэ молча выслушала Астоворимо, без каких-либо эмоций, а после развернулась и направилась к коню. А что ей было отвечать? Вступать в бессмысленный спор о Светлом прошлом? Вот уж о чём она не хотела говорить, так это о днях, когда была жалкой дурой, ползающей в ногах у Валар. Ах, если бы можно было вернуться - её беспокойный дух с радостью бы присоединился к Мелькору ещё в Хоре. Столько времени было потрачено в пустую.
    А от того хохотал Астоворимо или нет сотрясая потолок не было никакого толку или вреда. По сути заниматься с пленным было не её задачей – её задачей было доставить его в Мордор, а там пусть изгаляются как хотят.
    - Я погляжу ты хорошо знаешь Саурона. Небось и с ним был знаком? – поинтересовалась она, прекратив копаться в сумках и, вернувшись, принялась неспешно отвязывать Астоворимо. – Но если в чём-то ты и прав – то в том, что мне достанется если ты умрёшь. А ты умрёшь если заболеешь и замёрзнешь, так что есть смысл отвести тебя у Куэ. Возле неё тебе будет гораздо теплее.
    Развязав верёвки, державшие его у сталагната, майэ хорошенько перетянула их поперёк туловища эльфа, другой конец привязала к луке седла, запрыгнула на коня и дала шенкеля. Чёрный жеребец послушно тронулся вперёд, волоча за собой эльфа по тёмным и грязным закоулкам пещеры. Довольно долго они двигались во мраке, сырости и холоде, покуда до него таки долетело дуновение тёплого ветра, несущего с собой сладкий аромат варёного мяса. Тепло постепенно нарастало, а впереди, если бы Астоворимо изловчился и глянул из-под копыт, можно было разглядеть слабый, мерцающий красный свет, который всё рос и рос, покуда его взгляду не предстала небольшая пещера у одной стены которой расположилось небольшое кипящее озеро испускавшее солоноватые пары и густой белый дым наполнявший потолок пещеры влагой, а воздух – теплом. Камни здесь были тёплые, словно полы дома, а несколкьо факелов по стенах с лёгкостью освещали небольшое пространство. Но украшением этого места была не озеро, а свисающий над ним, привязанный верёвкой к сталактиту, изуродованный женский труп. Кожа его раскраснелась от ожогов, нанесённых горячим паром, ноги и вовсе раздулись от влаги и сварились. Проезжая мимо неё майэ остановилась, позволяя Астоворимо насладиться картиной и с улыбкой бросила взгляд назад, проверяя смотрит ли он.

+1


Вы здесь » Путь в Средиземье » Архив эпизодов » (Пещеры далеко на севере от Линдона, 1700 В.Э.) Красавиц и Чудовище