Путь в Средиземье

Объявление


Добро Пожаловать!


 

Поговорим о союжете. Что происходит в Средиземье осенью этого года?

С помощью новых игроков мы запустили Белый Совет - большой, важный и очень вкусный квест про дипломатию, Кольца Власти и не только. С этой значимой вехи начинается сюжетная линия северных земель. Сам Совет загружен игроками под завязку. Но как только мудрые мира сего закончат заседать в Ривенделе, линия событий пойдёт вширь и вглубь, так что места хватит всем! Нам нужны эльфы, гномы, умайар и один властолюбивый дракон. Как говаривал Майкл Бэй: “ЭКШН, ЭКШН, ЭКШН!”. За подробной информацией обращайтесь к Администрации.


Список персонажей Правила Сюжет Ситуация в мире Шаблоны анкет Акции
Администрация
Sauron  372279461
Rava

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Путь в Средиземье » Запад » (Роменна, 24 апреля 2221 В.Э.) Птичка в клетке


(Роменна, 24 апреля 2221 В.Э.) Птичка в клетке

Сообщений 31 страница 52 из 52

31

[dice=1936-1:6:4:Следопыт стреляет по ногам беглецов.]

0

32

[dice=3872-1:6:0:1-3 - Рава, 4-6 - цель выстрела - Телеммайтэ.]

0

33

- Если Анкалимон не послушает посланника Манвэ, не падёт ли на него и его сторонников проклятье Валар?
- Об этом ведомо лишь самому Манве, да Единому. Но вот, что я скажу вам: Валар никогда не были скоры на кары и проклятия. Порой это приводило к таким трагедиям, как резня в Альквалонде, но таковы уж Стихии. Но если Нуменор падёт во Тьму, Валар могут отвернуться от него. Аман может быть сокрыт, как было раньше во времена Первой Эпохи. И кто знает, чем обернётся это для всех людей, и великих, и малых?
Вопрос повис в воздухе, точно незримый меч, что готов опуститься на головы заблудших Морских Королей. Но прощальные слова принца, казалось, рассеяли это видение как морской мираж. Паландо смущённо огладил бороду и проводил беглецов задумчивым взглядом. Удивительна природа рождённых. Куда там угнать вольным ветрам за переменчивостью их стремлений? То что ещё недавно было светочем благородства теперь погружается во мрак, и в этом мраке, точно звёзды на тёмном небе, вспыхивают судьбы людей. Оставалось надеяться, что их пример вдохновит других и вскоре Нуменор будет ждать новый рассвет. Дела волшебника вели его на восток, на борьбу с Тенью. Он истратил всё время, которое мог себе позволить, и хоть Эленна пришлась ему по душе, его место было не здесь. Волшебник вздохнул и погасил магический посох, погрузив прибрежный домик в полумрак тёплой летней ночи.

А ночь становилась всё жарче с каждой минутой. Рава и Телеммайтэ находились вблизи от северной оконечности гавани, и от ждущего их корабля. Поскольку гавань Роменны была изогнута дугой на манер полумесяца, беглецы, скрываясь под сенью невысоких деревьев и аккуратных кустов, могли видеть большую её часть вкупе с окрестными улицами.
Гавань пылала. В распоряжении Анкалимона было недостаточно сил, чтобы перекрыть каждый причал. Это была проблема сродни тем, с которыми великий завоеватель часто сталкивался в Средиземье. И решил он её так, как умел - быстро, жёстко и кардинально. Вдоль пришвартованных судов двигалась парочка быстроходных вёсельных лодок, подсвеченых пламенем множества факелов. На борту зоркий глаз мог разглядеть группу небольших бочонков, которые гребцы забрасывали на палубу очередного корабля и поджигали. На борту обречённого судна вспыхивал маленький вулкан, пламя перехлёстывало через борта точно морские волны и вскоре охватывало судно от носа до кормы.
На пристань высыпали жители, слышались гневные и горестные крики. Нуменорцы оплакивали погибшие парусники, лодки и фрегаты, и раз за разом посылали мрачным небесам один единственный вопрос: “Зачем?”. Но небеса уже потемнели от дыма и были глухи к скорби моряков.
Поджигатели действовали быстро и беспощадно, лишь по счастливой случайности они не успели подобраться к северной оконечности гавани, где стоял быстроходный фрегат из Орростара - Суланнун, Ветер Запада. Но они уже были близко. Фрегат казался тёмным и безжизненным пятном на фоне буйства пламени, но зрелище это было обманчиво. Корабль был готов к отплытию и ждал лишь Телеммайтэ и его телохранителя. Пристань перед ними казалась пустынной, там и тут виднелись ящики и тюки, но облава, судя по всему, была близко… или даже совсем рядом.
- Вижу их! - откуда-то сверху раздался резкий, точно карканье, голос.
В тот же миг воздух взрезала стрела с серым оперением. Нуменорские металлические луки были воистину грозным оружием, которого справедливо опасались на любых берегах Средиземья, где ступала нога Морских Королей. А в руках следопыта, исходившего буйные южные джунгли вдоль и поперёк, это была верная смерть любому врагу. Лишь приказ “Брать живыми” в тот момент спас буйные головы Равы и Телеммайтэ. Но ничто не могло защитить их ноги от меткой стрелы.
Сложно сказать, какими мыслями руководствовался стрелок при выборе цели. Он не мог видеть лица Телеммайтэ, зато ясно и чётко видел бежавшую пленницу. И именно её он избрал первой целью. Стрела сорвалась в полёт, метя в ногу дикарки. Стрелок не был излишне избирателен, он не пытался поразить колено или голень - ночью даже ему это было бы сделать непросто. Вместо этого он метил в бедро. Рана должна быть не смертельной, но надолго лишит эльфийку желания бегать от преследователей. Впрочем, о том, что перед ним именно эльфийка следопыт сейчас не думал. Перед ним был враг, коего поручено взять живьём - и он не церемонился. А позади беглецов уже гремел топот ног приближающейся погони.

+1

34

[dice=7744-1:6:5:Уклонение от выстрела]

0

35

Выбираясь из уютно обставленного домика, Рава ненароком вздрогнула и тут же оглянулась, словно опасаясь постороннего взгляда искоса. Она сильно отвыкла от искусно выделанных стен, резной мебели и диковинных поделок на подвешенных полках. А еще, эльдэ уже очень давно не видела такого аккуратного и уютного камина. Ей Эру, она могла бы растянуться перед ним, не смущаясь деревянных половиц, и кануть в череде завораживающих грез на долгие часы.. и сейчас, вновь оказавшись на улице и натянув на голову капюшон, эльфийка мысленно тянулась в согретую огнем гостиную и поспешно уплетала одолженное яблоко. Миновав пару-тройку высоких неухоженных кустов, Рава обратилась взором к неожиданно вспыхнувшему странным светом небосводу. Поначалу дикарка серьезно удивилась, как это блеклые огни домов смогли осветить столь большое открытое пространство. Уж сколько потребовалось бы племенных костров, чтобы хоть немного напомнить это алое зарево?
А мгновением позже девушке открылась горящая пристань. Такого большого огня не видала она с тех пор, как лет эдак двести назад в период Великой Засухи горели южные леса. Но нынче километры черной земли уже вовсю пестрили свежей зеленью, а вот рассыпающиеся углями парусники сами по себе из воды не восстанут. Человек, что посадил Раву в клетку, обезумел в попытках вернуть свою добычу, и мало что могло сравниться с этим жутким безпамятством. Однако, быть может, вовсе не эльфийка стала инициатором человеческого зверства? Рава с сомнением взглянула на укутанного в плащ принца и непроизвольно нахмурилась. Возможно, именно бегство сына побудило Анкалимона поднять на уши целый город. Или же что-то еще.
Как обычно, получить ответы эльдэ не успела. Громогласный рявк откуда-то сверху заставил ее высокую фигуру дернуться и отступить прочь. Как оказалось, очень вовремя: шальная стрела со свистом пронеслась в сантиметре от девичьего корпуса и с характерным хрустом исчезла в ближайших кустах. Полутьму между дикаркой и стрелком пробил холодный огонь эльфийских очей. Нолдиэ, будь ее воля, тотчас пронзила бы сердце этого человеческого поганца стрелой или парой голодных клинков! Но стрелы у нее не было, а бросаться оружием совершенно не хотелось. Пришлось отбиваться тем, что первым попалось под руку: Рава быстро и максимально прицельно запустила в солдата огрызком от яблока.
- Бежим! - выдохнула она и толкнула Телеммайтэ вперед. Воительница, некогда победившая многих великих мужей, нынче совершенно не чувствовала крепости ни в теле, ни в духе. Однако инстинкты неумолимо бросали ее вперед, а руки изо всех сил сжимали рукояти мечей. Главное - не останавливаться. Только не теперь.

+2

36

Телеммайтэ был так сосредоточен на том, чтобы достичь спасительного судна, что не сразу обратил внимание на рыжие отсветы и дым, не сразу понял, что происходит. А поняв - застыл на миг, сдавленно вскрикнул.

Горели корабли. Множество кораблей, что стояли в гавани - и он знал, кто отдал приказ сжечь их. Мудрый и добрый маг убеждал его только что, что Анкалимон всё же любит своего сына... Да любит ли он хоть что-нибудь, кроме власти?! До сих пор Телеммайтэ всё же отчасти оправдывал его тем, что он тоже по-своему думает о благе и славе Нуменора; многое из того, что он делал, как видел принц, несло стране не славу, но позор, вело её не ввысь, а вниз, однако в намерении возвысить и возвеличить... Но это! Вопль и плач поднялся над пристанью. Ему, никогда не бывшему моряком или корабелом, было страшно и больно видеть гибель прекрасных судов, тогда как Анкалимон... Одно хорошо, что судно Алдариона не сохранилось до сих пор. Одно хорошо - что предки, от Тар-Алдариона до Тар-Кирьятана, не видят этого ужаса и горя...

"Да он безумен! - пронеслась мысль в уме принца. - Если он и приобрёл сторонников завоеваниями и речами, в этот час его возненавидит вся Эленна!"

Даже Феанор в древних преданиях предал огню не лучшие творения собственного народа, как ныне сделал Анкалимон. Не для победы над Врагом, даже не ради Скипетра - разве это был единственный способ его получить?

Выстрел подтвердил, что верные Анкалимону остались; Телеммайтэ бросился в сторону - не столько сам, сколько вслед за эльфийкой, чем-то бросившей в стрелка.

- Бежим!

Они бежали вперёд, сколько было сил, хотя Телеммайтэ не знал, довольно ли достичь его. Не подожжёт ли Анкалимон и этот корабль - не заботясь, есть ли кто на борту? И что он ещё сотворит в своей жажде власти?! Увиденное было горше всего, что Анкалимон мог бы сделать с ним самим - казнить или заточить - как ни страшна была эта судьба. Но сейчас не время было оплакивать погибшее - время прилагать все усилия, чтобы та же участь не постигла всю Эленну...

Пусть даже эти усилия пока заключались лишь в том, чтобы бежать со всех ног. И взмахом руки подать знак Моргомиру - я здесь!

Отредактировано Telemmaite (2017-09-18 16:11:38)

0

37

Позади беглецов слышались крики и топот множества ног. Погоня была рядом, а впереди - небольшой, загромождённый ящиками и сетями отрезок пути, ведущий прямо к трапу спасительного корабля. Они мчались мимо рыбацких снастей и запасов товара, а над их головами то и дело свистели стрелы. Море было неспокойно, волны накатывали на каменную пристань и осыпали их путь солёными брызгами. Чуть в стороне и позади они видели лодку поджигателей, чьи гребцы старательно орудовали вёслами, спеша добраться до корабля из Орростара. Солдаты сбегались отовсюду маленькими отрядами, присоединялись к погоне. Позади прозвучал сигнал боевого рога, и в ответ ему тяжко загудел пароход, извергая в задымлённое небо поток белого пара.
На пристани было светло как днём, тени метались вокруг беглецов в чудовищной пляске, тянулись к ним кривыми лапами, прятали оскал среди сложенных сетей. Впереди их тоже увидели, на палубе Суланнуна из ниоткуда возникли матросы, бросились к парусам, взялись сматывать якоря. Неожиданно у причала возникла знакомая принцу массивная фигура в латных доспехах. Карт вскинул могучую руку и зычно воскликнул:
- Сюда, Ваше Величество, скорей сюда! Бегите, не оглядывайтесь!
Совет был не лишним: позади двух беглецов слышилось отчётливое пыхтение мчащихся со всех ног вояк. Ветераны Анкалимона были закалены во множестве тяжёлых походов, и не удивительно, что расстояние между ними и беглецами неуклонно сокращалось. Вот давешний лучник припал на одно колено в считанных десятках метров позади, готовясь выстрелить наверняка. Но прежде, чем стрелок успел спустить тетиву, на него налетел один из преследователей. Если принц вопреки совету обернётся, то сможет узнать давешнего безымянного проводника, который не только умудрился сбить лучника с ног, но и ударом меча опрокинул груду ящиков на пути преследователей, чем выиграл беглецам несколько драгоценных секунд.
И вот, когда до желанного спасения оставалось совсем ничего, судьба смешала карты. Наперерез беглецам выскочило трое стражей в лёгких кольчугах и со шлемами на голове. Не ветераны Анкалимона и не Гвардейцы, они скорей всего принадлежали к охране одного из кораблей славной Гильдии мореплавателей. Но несмотря на лёгкое вооружение, этих троих было более чем достаточно, чтобы задержать беглецов до прихода собратьев.
- Стоять, именем короля! - рявкнул один из них, замахиваясь на принца коротким прямым мечом.
Его коллега, помня о приказе "брать живьём" решил сымпровизировать - он схватил небольшую рыбацкую сеть, и пока предводитель тройки стращал принца мечом, бросил её на Телеммайтэ сбоку, надеясь пленить ценную добычу. Третий же вовсю угрожал Раве коротким копьём, пытаясь не столько поразить цель, сколько отогнать её от беловолосого претендента на престол.

0

38

[dice=5808-1:6:4:Двое стражников пытаются схватить Телеммайтэ: один отвлекает и машет мечом, второй набрасывает сеть.]

[dice=5808-1:6:3:Третий стражник пытается отогнать Раву копьём.]

0

39

[dice=5808-1:6:5:Рава контратакует, перехватывая копьё]

0

40

Ох, нелегка была участь пленника, вновь обретшего свободу. Мысленно Рава поминала всех известных ей Духов, коим любили поклоняться племена Дальнего Харада. А было их, навскидку, не меньше полусотни. Бег давался девушке непросто: ее ноги странно подгибались и норовили споткнуться одна об другую, а мышцы и легкие жгло так, словно за плечами дикарки был многокилометровый марафон по тропическим джунглям, а не пара сотен метров от калитки до пристани. Вялое и текучее состояние невероятно бесило эльфийку, и злость эта, как ни странно, вкупе с зачарованной силой кольца помогала Раве бороться с накатывающей судорогой и нестись вперед без оглядки. Она обернулась лишь раз, оценивая расстояние до преследователей, и дальше была поглощена только спасительной тропой до корабля. Огромные кострища на воде обдавали кожу жаром, а шальные искры вздымались высоко вверх и тут же гасли, подхваченные морским бризом. Не угасало лишь алое пламя парусников, отраженное в испуганных девичьих глазах. Благо, эльдэ хватило внимания, чтобы не пропустить в этом круговороте огня и шума мужчин, выбежавших наперерез беглецам. Она едва не потеряла равновесие, резко сбавив скорость своего шага, и несколько неуклюже пропустила удар копья мимо себя. Впрочем, на этом кажущаяся неловкость нолдиэ сошла на нет. Точным движением руки она перехватила рукоять чужого оружия, рывком приблизилась к охраннику и с неожиданной для того силой крепко саданула кулаком по мужской челюсти. Раздался громкий плеск: соленая вода была только рада принять в свои объятия очередного гостя. Рава же, не теряя времени и не растрачивая попусту накатившую на нее эйфорию, наотмашь и с диким рыком нанесла удар древком по нуменорцу рядом с собой, что попытался скинуть сеть на принца.

0

41

[dice=3872-1:6:5:Принц Нуменора (4+1) убеждает стражей]

0

42

Во время бегства капюшон слетел с головы Телеммайтэ, но это уже не было важным: беглецы были замечены. Пристань была светла, и люди Анкалимона - казалось бы, не столь уж многочисленные - стекались со всех сторон. Не все ли они собрались здесь в этот час?

Телеммайтэ видел и моряков с Суланнуна. И - подлинная радость! - верного Карта. Более не нужно было гадать: не утонул ли он в своих доспехах и не оказался ли в руках людей Анкалимона. Он крикнул принцу не оглядываться, и всё же он обернулся, не останавливаясь. Кажется, поступить так Телеммайтэ подсказала интуиция: в него целились из лука. В тот же миг, не успел он и броситься в сторону (что едва ли помогло бы ему - стрелок был воином, привычным к стрельбе по живым мишеням), тот самый страж, что помог ему скрыться, опрокинул его. Дальнейшего Телеммайтэ не видел: он мог оглянуться лишь на мгновенье. не более, иначе промедлил бы.

Беглецы почти достигли цели, когда их обступили трое. Один из них пытался напасть на эльфийку.

- Стоять, именем короля! - выкрикнул второй, замахнувшись мечом, и в то же время сбоку на Телеммайтэ полетела сеть. Обыкновенная сеть, какой ловят рыбу... это было унизительно для него. Он был глубоко потрясён и возмущён действиями Анкалимона, его людей и сторонников. Он устал прятаться и убегать, пусть это и было необходимым в нынешних обстоятельствах. Вместе с тем встреча с мудрым магом не прошла бесследно, и сейчас он не выхватил бы меч, даже защищая свою жизнь и свободу. Он вновь вернулся к тому же, с чего начинал и о чём ему напомнили: главное - чтобы не пролилась кровь, это будет непоправимым. Как непоправимо сожжение кораблей. Нет, если он примет Скипетр - никто не обвинит его, что он достиг этого такой страшной ценой!

Потому для защиты он избрал оружие, что не проливает крови, и если поражает цель - то не одну. Слово.

- Короля? Воля Тар-Атанамира была иной, и он не допустил бы такого, - указал он на горящие корабли, ответив с той силой, что не нуждается в повышении голоса, тем более - рявканье и рыке. Силой, что давало ему сознание: за ним - правда и право. Он прямо, со сдержанным гневом, смотрел на угрожавшего ему. Лицо его показалось смутно знакомым; не сопровождал ли этот страж одну из его экспедиций? Если и нет - быть может, стражи хотя бы осознают, кому именно пытаются приказывать и на кого пытаются набросить сеть. А эти люди - не воины, десятилетиями видевшие только Дикарей и многому научившиеся у них и слушавшие одного Анкалимона...

Его отец убеждал жителей Роменны не один день, и принц Телеммайтэ не мог этими краткими, пусть и полными уверенности в своём праве словами переубедить стражей или хотя бы заставить отступить сейчас. И всё же - уже чувствовал, что говорил не напрасно. Как ему показалось, они растерялись.

"Должно быть, - решил он, - стражи ждали, что я спасаюсь бегством потому, что сам сознаю себя преступником, и замру от возгласа "Именем короля!".  Но я - не преступник, и мне должно судить их, а не наоборот."

Он готов был и осторожно извлечь меч - лишь для того, чтобы разрезать сеть, но это не понадобилось: ему помогла эльфийка.

Отредактировано Telemmaite (2017-10-05 22:05:52)

0

43

Схватка на пристани была стремительной и отчаянной. За спинами беглецов уже гремели по доскам причала тяжёлые башмаки солдат, время шло на секунды. Солдат, попытавшийся отогнать Раву, с воплем полетел в воду и на некоторое время скрылся из виду, но уже вскоре всплыл, отфыркиваясь и отчаянно загребая конечностями. Доспехов на нём было немного, так что бедолага должен был вскоре добраться до пристани. Но в этой погоне ему поучаствовать не доведётся. Меж тем, двое других солдат испытали замешательство, когда преступник заговорил с ними, вместо того, чтобы хвататься за меч. Будь это мольба о пощаде, угрозы или оскорбления – это бы не поколебало пыл матёрых вояк, но перед ними говорил их принц, пусть и мятежный. Переглянувшись и бросив взгляд на приближающуюся погоню они молча решили выждать. «Пусть говорит, - думали они, пристально следя за принцем и его подельницей. – С каждой секундой наши всё ближе, задержка нам на руку».
В то же время, они слышали речи, достойные наследника королевского Скипетра, и это смущало их. По ту сторону океана ситуация казалась им ясной и простой: мятежный сын узурпировал законное право отца. Но здесь они узнали многое, в том числе и другую правду, изрекаемую устами сторонников Телеммайтэ. Они долго были за пределами родных земель, но теперь они вспоминали, что значит быть нуменорцем. Стражник, державший в руках сеть, отшатнулся от удара древком и разжал пальцы. Впрочем, он тут же выхватил с пояса короткий меч и приготовился защищаться. Им не нужно было вязать беглецов или, тем более, убивать их. Достаточно просто задержать ещё хотя бы на минуту. Поколебавшись, тот, что изначально грозил принцу мечом, произнёс:
- Нуменором правит закон. Если вы не преступник – не бегите, а защищайте своё право, принц. Мы не выпустим вас с этого причала!
В этот миг окружающие звуки смолкли. Даже крики погони затихли, отгороженные грудой ящиков. Не плескали волны, смолк плач по кораблям, и лишь голодное пламя продолжало с хрустом пережёвывать оснастку великолепных судов. И в этой тишине отчётливо пропела тетива металлического лука. Говоривший с принцем вздрогнул и завалился лицом вперёд. Между его лопаток торчала стрела с серым оперением, обагрённая кровью. Второй боец тут же смекнул что к чему и попробовал укрыться за ближайшим ящиком, но не успел: его бок и бедро прошили пернатые вестницы смерти. Вскрикнув неожиданно тонко, воин обронил меч и неловко свалился в воду. На борту Суланнуна замерли трое лучников и Карт, который зачем-то сидел, опираясь спиной о сетчатые снасти и упирал нижний конец лука в доски палубного настила.
- Быстрее! – послышался с палубы встревоженный голос.
- Поджигатели близко! – добавил второй, и вскоре уже все матросы дружно кричали, чтобы Телеммайтэ и Рава бежали на борт как можно быстрее.
Якоря были подняты и покачивающийся корабль удерживал лишь плотно натянутый трос, рядом с которым уже замер человек с занесённым мечом.

0

44

Рава действовала решительно. Её удар был слегка смазанным, но неизменно крепким: руки девушки все еще помнили, как нужно было обращаться с оружием. По-хорошему, эльдэ следовало ударить мужчину еще раз, чтобы окончательно свалить его с ног, а Телеммайтэ тем временем сумел бы расправиться с последним препятствием у них на пути. Но вместо этого он.. заговорил. Великий Эру, еще ни разу не видела Рава, чтобы мужчина в пылу погони и постоянной опасности закатывал праздные речи и бездействовал! Она была настолько поражена этим, что так и замерла в неестественной позе с копьем наперевес, вытаращив на принца свои огромные сверкающие глазищи. В какой-то момент она искренне удивилась тому, как человек с подобным мировоззрением до сих пор оставался жив в свете текущих событий. Благо, из шокового состояния ее вывели ответные слова охранника, и эльфийка оскалилась, крепче перехватывая основание копья и готовясь к броску. Она слышала, как за спиной раздавались грохот и крик, и чувствовала холодное дыхание смерти.. однако ни девушку, ни принца оно не коснулось.
Короткий свист - и человек перед ней рухнул замертво. Еще один - и второй провалился в темную воду. Рава в замешательстве пригнулась и устремила взор вперед, отмечая очередного незнакомого ей мужчину и лучников. Поспешно собрав в кучу рассыпавшиеся было мысли, дикарка выругалась и с небывалой злобой толкнула Телеммайтэ в плечо.
- Спятил?! - рыкнула она и быстрым движением руки извлекла окровавленную стрелу из мертвого тела, - прекрати болтать, пока тебе не перерезали глотку, и начни сражаться!
Кинув быстрый взгляд на оставшиеся позади дома, эльдэ вновь перешла на бег, на сей раз не дожидаясь принца. На что он рассчитывал, стремясь образумить вооруженную охрану? Что их не сдадут страже Анкалимона? Что их жизни пощадят? Если жизнь Телеммайтэ, как принца, еще имела шансы на продолжение при самом дурном раскладе, то церемониться с одичавшей эльфийкой явно никто не станет. И для Равы это означало одно: в пекло разговоры, в пекло дипломатию! Отдавать свою участь на распоряжение аристократам она не собиралась.

0

45

Это произошло внезапно, но он знал, что эта сцена надолго останется перед его глазами - и будет ещё вставать, быть может, до самого смертного часа. Среди тишины, среди пламени свистнули стрелы, и двое упали замертво. Словно он отвлёк и смутил их именно для этого: для того, чтобы эти нуменорцы - едва ли даже худшие из них! - были убиты. Нуменорцами. Его сторонниками и защитниками.

В потрясении он не обращал внимания на нежданную злобу эльфийки, на её оскорбление. Он вновь бросился вперёд, к кораблю. Эльфийка опережала его; по счастью,  Карт, знавший о замысле освободить пленницу, спасся и был здесь. Принц всё же воскликнул:

- Примите и эллет, она со мной!

Это не было лишним: они были близко к кораблю, и оттуда могли слышать полный злобы окрик, видеть грубый толчок. Раву могли счесть и врагом Телеммайтэ. Но он, пожалуй, не думал, не мог думать сейчас, как бы поступили с в этом случае - просто крикнул, чтобы она была принята и спасена, а не изгнана.

Он никогда не желал воевать - даже с Дикарями. Он не был воином. Правда, в случае нужды с Людьми Тьмы в случае нужды, конечно, вступил бы в бой... но это были вовсе не Люди Тьмы, это был его народ, пусть и соблазнённый... его же отцом. Ничего не ставил он выше блага своей земли и своего народа, ради того и ради исполнения воли Тар-Атанамира и решился стать Королём...  Кровь людей Нуменорэ отныне была на его руках, пусть и не его рукой пролитая. На кровь, на смерть - ответят кровью и смертью, и первым пролил её не Анкалимон. Ничего уже было не исправить.

Телеммайтэ потерял несколько секунд на попытку образумить стражей: слишком положился на свой авторитет как принца, по крайней мере, для тех, кто смотрелся отлично от воинов Анкалимона.  Потому теперь погоня уже настигала его. Некто ухватил его сзади за плащ; он резко развернулся, одновременно доставая меч, резанул по собственному плащу, оставляя в чужих руках лишь кусок ткани.

Ни горе и потрясение на лице принца, ни столь явное нежелание его сражаться с нуменорцами не устыдило тех, кто гнался за ним, и не остудило их желания его схватить. В его сторону вновь направили меч. Он ударил резко и точно, выбивая оружие; вернее всего, это удалось лишь потому, что от Телеммайтэ уже и не ждали удара, считая его слишком мирным (или, возможно, слишком трусливым) для этого. Да ещё потому, что наследник Дома Эльроса был молод, полон сил, не утомлён так, как совершившие долгое плавание и не обременён весом доспехов. Всё это позволило ему в следующий миг вновь броситься к кораблю. Ещё чуть-чуть, совсем чуть-чуть...

Ему дышал в спину ещё один воин, уже не пытаясь просто схватить за плащ. Ткань его рассекла уже чужая сталь.  Телеммайтэ вновь обернулся на миг, одной верхней половиной тела, попытавшись разоружить - на сей раз неудачно. Чуть вздрогнул от резкой боли в левой руке, но и его напрасно рассчитывали остановить этим ударом: он одним прыжком перелетел на сходни "Суланнуна", где принцу помогли матросы.

Только там он бросил краткий взгляд на руку: крови не было. Лишь через разрез рукава посверкивало "истинное серебро"кольчуги. Верней всего, она ослабила и самый удар, и позволила принцу, непривычному к подобному, не обратить на него внимания. Быть может, эта неожиданность задержала и преследователей.

Пусть всего лишь на секунду.

0

46

Топот погони гремел за спиной, били о доски подкованные ботинки солдат Анкалимона. Вновь запели стальные луки, над головами беглецов со свистом пронеслись быстрые стрелы, сначала в одну сторону, потом в другую. Впрочем, перестрелка быстро прекратилась, поскольку обе стороны опасались попасть в Телеммайтэ. Каким бы спорным ни был статус принца, он был из дома Элроса и не должен был погибнуть на родной земле. Впрочем, кое-кто из преследователь позабыл обо всём в горячке погони, и вот уже вслед человеку и эльфийке устремилось хищное железо.
Но эти крайние меры, к счастью, запоздали: мечи преследователей лишь напрасно рассекли воздух за спиной беглецов. Деревянная палуба ударила по ногами. В унисон грянули гневные крики преследователей и радостные восклицания моряков. За несколько мгновений до того дюжий матрос перерубил швартовочный трос и корабль начал удаляться от пристани. Кто-то из отчаянных преследователей сиганул следом на борт, но его встретили стрелами. Безумец пару секунд раскачивался на краю палубы, пронзённый четвёркой стрел с белыми перьями, а потом с вымученным стоном повалился боком на палубу.
Для Равы и Телеммайтэ погоня завершилась. Для матросов Суланнуна она только началась. Убедившись что никто больше не пытается запрыгнуть на борт корабля с пристани, лучники поспешили на противоположный борт. Наземные преследователи до сих пор могли обстреливать корабль, уходящий от берега на всех парусах, но истинную опасность представляла большая вёсельная лодка с поджигателями на борту. Последние явно не брезговали чародейской алхимией: посреди лодки на устойчивой треноге был установлен котёл, пышущий зеленоватым дымом. Вокруг суетилось три человека в сплошных кожаных облачениях, с капюшонами и глухими масками. Как раз сейчас они, под прикрытием нескольких щитоносцев, бережно разливали дымящийся состав по глиняным кувшинам, наспех запечатывали их и передавали пращникам.
Вопрос о том, как нескольким лодкам удалось учинить столь грандиозный пожар отпал сам собой. Люди на борту корабля были бледны, но решительны. Карт приветствовал Телеммайтэ неуклюжим поклоном, припадая на правую ногу.
- Ваше величество, слава Валар, вам удалось спастись! – и здоровяк бросил неодобрительный взгляд на эльфийку, из-за которой будущий правитель Нуменора рисковал головой. – Вам лучше опуститься вниз, сейчас здесь будет жарко. Гармельдир, они же спалят нас как всю остальную гавань!
Карт был силён и отважен, и бесстрашен в бою, но сейчас он чувствовал себя на диво беспомощным. И виной тому была не повреждённая в схватке нога, на которую припадал здоровяк, но осознание простого факта: чародейский огонь значит смерть для любого корабля. Ему отвечал капитан, что бесстрашно выпрямился за штурвалом в распахнутой на груди белой рубахе:
- Не спалят.
Гармельдир, прозванный среди романтической молодёжи Нуменора не иначе как Йонд-Амрун, Сын Востока, происходил от крови нуменорцев и младших людей с южного побережья Средиземья. Кровь двух народов сплела причудливый узор из отличительных черт: растрёпанные соломенные волосы, рост и стать он унаследовал от нуменорского отца, а смуглую кожу и непроглядные чёрные глаза – от матери из харадрим. Не смотря на смешанное происхождение, этот человек сумел показать себя истинным нуменорцем: первоклассный мореход, жадный до загадок внешнего мира, он начинал матросом на одном из торговых кораблей Гильдии Мореплавателей, и к сотому году жизни заслуженно принял пост главы этой гильдии из рук предшественника. Он не должен был находиться на этом корабле, этот благородный дикарь, проведший жизнь в странствиях по миру, но его присутствие было хорошим знаком.
- Марьер, Энцель, готовьтесь отдать кормовой якорь! Алендир, готовь свой топор, сейчас для него найдётся работа.
Ветер гнал корабль прочь от берегов, но поджигатели налегли на вёсло, и лодка-убийца двигалась наперерез. Вот-вот закрутятся пращи, отправляя в борт величественного корабля пылающую смерть. Меж тем, на палубе скорчился, позабытый, вражеский солдат пронзённый четвёртой стрел. Доски под ним покраснели от крови, но нуменорцы славились своей живучестью. Для всех их, как и для этого несчастного, всё ещё был призрачный шанс пережить эту ночь.

+2

47

Стоило эльфийке залететь на борт корабля, как она тут же припала к доскам палубы. Раве совсем не хотелось, чтобы на последнем рывке ее настигла шальная вражеская стрела. Она затаилась, чувствуя дрожь дерева под ногами, слыша крики и свист стрел над головой. Вот прямо перед девичьим взором тяжело перевалился через борт раненый солдат, а дружный мужской гомон дал понять: корабль отчалил от берега. Вокруг тут же засуетились люди, едва не затоптав нерасторопную дикарку: благо, последняя успела вовремя убраться в сторону. Она, тяжело дыша и не скрывая волнения на лице, бегала взглядом по мелькающим рослым фигурам и вслушивалась в выкрики на незнакомом ей языке. Нетрудно было понять, что принцесса нолдор не смыслила в мореходстве ровным счетом ничего, и потому жизнь на палубе с первого взгляда могла показаться ей сущим хаосом. Тем не менее, будь у нее больше времени, она непременно разглядела бы в этом суматошном действии четкую организацию и слаженность командной работы. Однако беглянке было не до этого.
Рава вместе с парой лучников перекинулась через противоположный борт судна, всматриваясь в пестрящую алыми бликами воду. Она отчетливо видела лодку, наполненную людьми, видела их спешку в манипуляциях со странными горшками и видела выставленные щиты. Казалось бы, вкупе с гнетущей ночной пеленой для нуменорских лучников не было шанса остановить преследователей раньше, чем те успели бы воплотить свою дурную затею в жизнь.
Однако Ньялмэ не была нуменорским лучником. И у нее этот шанс был.
Она обернулась, бросив быстрый взгляд на возвышающуюся над кораблем мачту и пару одиноких масляных ламп, жалобно поскрипывающих от небольшой качки. И тут же схватила за плечо мужчину рядом с собой, вооруженного луком.
- Ты, - бросила она, бесцеремонно выхватывая из чужого колчана тройку стрел, - возьми еще одного и иди к.. той задней части корабля. Отвечай на выстрелы с берега. Сейчас!
Не тратя времени на лишнюю болтовню, дикарка быстрыми шагами пересекла палубу и схватила первую попавшуюся ей под руку лампу, раскручивая клапан и роняя масло на наконечники стрел.
- Капитан! - рявкнула она куда-то вверх, да так, что пробегающий мимо матрос едва не потерял равновесие, - левее! Берите левее! Мне нужно видеть лодку!
По хорошему, за подобную наглость не то, что чужестранку, но и любого местного матроса уже давно бы выкинули за борт. Однако та непоколебимая уверенность, с которой Рава говорила и поджигала фитилем стрелы, отчего-то не вызывала нареканий и четко давала понять: на этот раз дамочка точно знает, что она делает. Эльфийка крутанулась на месте, сбрасывая с себя ненужный плащ и ненароком встречаясь взглядом с уцелевшем принцем.
- Помоги ему, - коротко кивнула она в сторону утыканного стрелами солдата, - если сможешь.
И тут же девушка сорвалась с места, стиснув в зубах деревянное основание стрел. Ей следовало действовать очень быстро, пока масло на наконечниках не успело прогореть, а лодка с поджигателями Анкалимона не подобралась слишком близко. Нолдиэ вцепилась в шаткую канатную лестницу, превозмогая отчаянное сопротивление оголодавших мышц, и поспешно вскарабкалась выше к креплениям паруса. Как оказалось, широкие брусья с перетяжками были отнюдь не так надежны, как могло ей показаться на первый взгляд. Стоило девушке обхватить ногами древесину, как та моментально закачалась и недовольно заскрипела, словно норовя поскорее сбросить с себя лихую наездницу. Ну право, откуда же было знать кораблю, с каким упрямым представителем эльфийского рода он столкнулся?
Игнорируя боль в ногах и корпусе, Рава стянула со спины лук, и в это же самое мгновение услышала, как где-то в стороне от нее раздался знакомый свист. Значит, ее все-таки увидели с берега. Плохо. Пригнувшись настолько, насколько это вообще было возможно, эльдэ дрожащими от адреналина пальцами извлекла первую стрелу и.. тут же уронила ее, отдав во власть морского ветра. Злобно оскалившись, дикарка тут же подменила пропажу и натянула тетиву.
Короткая заминка. Прицел. Выдох. И вот уже маленький желтый огонек стремительно летит навстречу запечатанному горшочку в чьих-то заботливых руках...

+1

48

События были так скоры и так грозны, что у принца уже не было ни времени, ни сил поражаться тому, что кто-то из нуменорцев пытался ранить его, наследника Дома Элроса. Даже о том, что нападавший, несомненно, пытался именно ранить, чтобы легче схватить "узурпатора", и не нанёс бы опасного удара, он не думал. Как и не задавался вопросом: могут ли сторонники Анкалимона поджечь отошедший от берега корабль, зная, что поднявшийся на его борт Телеммайтэ может погибнуть в дыму и пламени? Или, не успев вовремя, они скорее будут угрожать, стремясь запугать капитана? Сейчас он допускал, что люди Анкалимона способны на всё. Тем более сейчас, когда всё разворачивалось так стремительно, что и куда более достойные нуменорцы, что были верны ему самому, могли обратить оружие против своих родичей... Они поистине спасли его - миролюбивый по характеру и не имеющий никакого боевого опыта, сам Телеммайтэ действовал весьма неудачно и едва не был схвачен. Он не забудет верности своих сторонников. Но что же они натворили!

Время подводить итоги и горевать о непоправимом ещё не настало. Им всем всё ещё грозила опасность. Моргомира пока не было видно. Верный и отважный Карт едва ли не в отчаянии кричал капитану, что их вот-вот спалят, матросы спешили как могли, а недавняя пленница распоряжалась так, словно здесь командовала именно она, и никто не одёргивал её.

- Вам лучше опуститься вниз, сейчас здесь будет жарко, - просил Карт.

- Помоги ему, если сможешь, - не столь командным тоном, как с остальными, обращалась к нему эльфийка, кивая на раненого нуменорца. Каким бы он ни был и как бы ни поступал, он оставался частью его народа. Несмотря на потрясение, Телеммайтэ сохранил достаточно здравомыслия, чтобы понимать это; как и то, что в случае поджога корабля совет Карта его не спасёт. Вряд ли на корабле были лекари. Оставалось действовать ему, в основном полагаясь на природный дар; но лучше бы - не только на него.

- Карт, есть ли у нас какие-либо мази для раненого? - если нет, он не сумел бы приготовить их, не будучи настоящим лекарем... - Или хотя бы вино, масло и ткань для перевязки...

Однажды он уже спрашивал о том же, но тогда настоящей опасности для случайно пострадавшего на охоте не было - не то что сейчас.

Принц не стал бы отвлекать матросов и капитана, но гвардеец показался ему растерянным, не находящим себе места. Пока же Телеммайтэ низко опустился рядом с раненым, так, что их заслонял от чужих взглядов (и, вероятно, стрел) борт корабля.  Если лекарей не найдётся, и Карт ничего не принесёт, он был готов тут же отрезать кусок от без того пострадавшего плаща, чтобы, медленно вытащив стрелы, перевязать раны. Снаружи плащ отчасти запылился во время их с Равой бегства, хотя и не загрязнился сильно благодаря чистоте улиц; внутри же - нет. А дальше -  надеяться, что одного дара, свойственного потомкам Эарендила, хватит, чтобы унять кровотечение, а не только боль.

Телеммайтэ беспокоился, что ему может не хватить нужных знаний и навыков - не зная, как ему повезло с нуменорскими стрелами, гладкими и чистыми (лекари на войне имели дело с иными: зазубренными, раздвоенными, вынутыми из трупов и использованными повторно, смазанными разнообразными ядами...) И всё же не было, пожалуй, лучшего способа, который позволил бы ему успокоиться, чем сосредоточиться на подобном деле.

0

49

Теперь их окружали люди моря, привычные к дальним плаваниям и чужеземным берегам. Суланнун часто наведывался как в спокойные северные воды у берегов Линдона, так и в жаркий кипящий котёл варварских страстей Харада. Его экипаж перевозил людей, припасы и товары, ходил проторенными морскими путями, но тем не менее, состоял из отважных людей, которым тесно было в благоустроенных землях Нуменора. И капитан, пусть и чужой, хорошо знал многих из этих отважных людей, так что команда не потеряла в слаженности. Настоящий же капитан, временно передавший бразды правления привычному к морским боям гилдмастеру Мореплавателей, спешил к важным гостям. Это был коренастый и широкоплечий мужчина с проседью в волосах, немного бледный, но не утративший присутствия духа вопреки явной угрозе кораблю и чудовищному зрелищу горящей гавани.
Мужчина, безрассудно прыгнувший вслед беглецам на борт корабля, был плох. Вьющиеся золотистые волосы выбились из-под лёгкого открытого шлема и рассыпались по палубе, частично прикрывая побелевшее лицо.
- Слишком молодой для когорты узурпатора – хмуро заметил Карт, разглядывая раненного. – Должно быть, кто-то из местных… Эй, юнга!
Великан подозвал перепуганного парнишку в лёгкой рубахе, пробегавшего мимо. Тот с сомнением оглядел «сухопутную крысу», но вид мрачного гвардейца мгновенно выбил из его головы все мысли о субординации. Паренёк мигом оказался рядом и вытянулся по струнке, кося ошалелыми глазами на нуменорского принца.
- Неси лекарства и бинты, быстро!
Не до конца понимая, что от него хотят и где это искать, паренёк бросился в сторону кормовой надстройки. К счастью, подоспевший к ним капитан корабля перехватил юнгу за руку и распорядился:
- Бегом в мою каюту, на полке в дальнем углу закреплена большая чёрная шкатулка. Принеси её, Алинор.
Паренёк тут же испарился, а капитан нашёл время, чтобы учтиво поклониться принцу. Это был уважаемый аристократ, дальний родственник лорда Орростара, и он собирался исполнить нормы этикета даже посреди гражданской войны.
- Принц и Наследник Телеммайтэ, позвольте со всей любезностью приветствовать вас…
В этот момент корабль резко заложил влево, отчего родич Орростарского лорда поспешил припасть к фальшборту на полусогнутых ногах. Лежащий на палубе преследователь тяжело застонал от резкого движения, одна из стрел прорвала кожу на его плече, блеснул окровавленный наконечник. Крови было на удивление мало, видимо стрелы закрывали раны, но несчастному парню от этого было немногим легче.
- Приветствовать на борту гордого Суланнуна, удостоенного быть… - тройка стрел перелетела борт и вонзилась в мачту, -…быть одним из пяти лучших кораблей нашего времени! Повелитель, мы позаботимся о раненном. Прошу вас, нам лучше спуститься… Всё это будет напрасно, если вас подстрелят!
Карт, окинув взглядом обоих, со вздохом переместился так, чтобы сидеть между бортом и нуменорцами, после чего перевернул раненного на спину и прижал к палубе.
- Надо убрать стрелы, пока у бедняги не случился фарш вместо потрохов. Я придержу его за плечи, а вы, уважаемый, хватайте за ноги. Вон и парнишка бежит с лекарствами.
Вот только Телеммайтэ этого уже не видел. Мудрые остерегают опасаться собственных желаний, и не зря. В жилах Теллемайтэ текла кровь Эарендила, Лютиэн и самой Мелиан, и сейчас эта кровь откликнулась на желание принца, пробуждая в нём силы, не свойственные человеческому роду. Звуки внешнего мира смолкли, цвета преобразились. В эти короткие минуты откровения Телеммайтэ мог, самым краешком уха, услышать музыку бытия. Он видел, как душа солдата металась, то желая остаться в разрушающемся теле, то стремясь прочь от боли и страданий. Он мало что мог сделать с ранами несчастного, всё что было в его силах – укрепить его дух для борьбы со смертельным недугом и разделить его боль. Если он решится.

Пренебрежение, которое испытывала Рава к нуменорским лучникам, было необоснованно. По всем срединным землям дикие люди страшились в первую очередь не тяжёлой бронированной пехоты Морских Королей, а метких стрелков со странными металлическими луками. Но эти люди уже давно не участвовали в сражениях с себе подобными, а потому их стрелы большей частью вязли во вражеских щитах. Стрелок, которого одёрнула эльфийка, изумлённо воззрился на неё, потом посмотрел на боцмана, занятого организацией парусной оснастки. Его терзали смутные сомнения, но вид разъярённой эльфийки располагал к доверию, так что стрелок решил довериться Раве и с коротким кивком повёл коллег на кормовую надстройку.
Гармельдир, услышав решительный крик снизу, тоже колебался недолго. Нуменорцы были лишены половых стереотипов, так что мысль о женщине на корабле не вызывала у них шока. Усмехнувшись, капитан решил довериться легендарной мудрости Перворождённых и завертел штурвал. В тот же миг над палубой зазвучал его голос, исполненный лихого задора:
- Ходовые приспустить! Сбросить носовой якорь! Держитесь за что-нибудь или улетите за борт!
Раздался громкий всплеск, а через несколько секунд корабль с натужным скрипом ринулся левым бортом к нападавшим. С борта лодки послышались изумлённые крики и отчаянные команды, гребцы резко дали назад, но корма корабля пронеслась в считанных метрах от лодки и не задела врага. Оставалось надеяться, что наглая эльфийка не промахнётся. Палуба ощутимо толкнула в ноги, те немногие, кто не успел схватиться за снасти, с проклятиями покатились к правому борту. Однако результат того стоил: Суланнун оказался левым бортом к нападавшим.
- Достаточно быстро для тебя? – послышался насмешливый голос с кормовой надстройки. – Действуй, не то отправлю заколачивать брашпиль до конца плавания! Аргон, руби канат!
Человек с секирой, ранее обрубивший швартовочный трос, вновь взялся за дело. Якорный канат, позволивший кораблю совершить столь резкий разворот, с громким треском лопнул и Суланнун начал набирать скорость, двигаясь наискось прочь от гавани.
Огненная стрела падала вниз почти целую вечность. Ветер и быстрые волны норовили унести её прочь, стрелять с борта одной раскачивающейся посудины в небольшой глиняный сосуд, находящийся на борту другой раскачивающейся посудины, да ещё сидя на шаткой перекладине – это было нечто на грани возможного. И нет ничего удивительного в том, что Рава промахнулась. Стрела ударила в руку одного из щитоносцев, тот тут же вскрикнул от боли и едва не выронил щит, но тут же подхватил его другой рукой и постарался закрыть образовавшуюся прореху в обороне.
Судно поджигателей было уже совсем рядом. Гребцы пенили воду ударами вёсел, прашники укладывали свои смертоносные снаряды в кожаные петли. В довершение всего, от центра гавани донёсся низкий, тяжёлый гул. Столько скрытой угрозы было в этом звуке, что многие матросы с замершим дыханием прервали свои занятия и обернулись. В озарённое пламенем небо ударил чёрный столб дыма, металлический корабль Анкалимона медленно отошёл от пристани и направился в их сторону. Пароход надвигался на них мрачной громадой, подобно кораблю-призраку. Запах гари въедался в ноздри и щипал глаза. Извергаемый тремя трубами дым стелился чёрным шлейфом над бледными стенами домов Роменны. Какие у них были шансы уйти от этого рукотворного чудовища?
И в этот миг, словно повинуясь чьему-то приказу, ветер стих. Волны улеглись и море стало ровным, как стол. Паруса с шумом опадали вокруг Равы, но лодка поджигателей только набрала ход. Она слышала плеск вёсел и крики вражеских солдат, призывающих бросить якорь и сдаться. Но перекрывая их, в сознании девушки раздался спокойный, ласковый голос:
~ Най Манве Сулимо тай маната.* Целься метче, девочка. Не промахнись!

Офф. Тема сцены: To Heal - The Legend of Korra


*Пусть Манве Сулимо благословит тебя.

+2

50

Неудача. Рава зашипела, словно была не эльфийкой, а разъяренной дикой кошкой, загнанной в угол. Будь перед ней добыча, та наверняка бы уже пустила пыль в глаза неумелой охотнице и оставила оную с носом. Но здесь и сейчас лодка сама плыла ей навстречу, а меткость по-прежнему подводила дикарку. Было ли дело в дрожи ее ослабленных рук, непривычной качке или атмосфере общей тревоги? Скорее всего, во всем сразу. И это невероятно удручало. И злило одновременно.
Мачта со скрипом закачалась, до предела натягивая перетяжки. Эльдэ едва успела вцепиться в грот, чуть было не ухнув с гладкого дерева куда-то вниз. Слишком много сил она тратила, чтобы просто удержаться на месте, не говоря уже о стрельбе из лука. Но вот, спустя мгновение, ее пальцы вновь натягивали тетиву, а стальной наконечник стрелы метил куда-то в сторону.. когда царящую полутьму прорезал жуткий трубный вой.
Рава вздрогнула, обратившись взором на громадную махину, отчаливающую от пристани. В ее сознании мигом закрутились недавние события и образы одинокой стальной клетки, грязной и невыносимо тесной. Это было ужасно.
- Капитан! - с надрывом вскрикнула она, привлекая внимание Гармельдира к новой угрозе. В этом крике, казалось, было все: гнев, страх, отчаяние - полный спектр всевозможных чувств. Разве было под силу обычному паруснику тягаться с этим огромным железным зверем? Да это же все равно, что львенку нападать на взрослого слона!
И тут, как говорится, переменился ветер. В прямом смысле. Безумная качка прекратилась, стих звонкий плеск волн. Стало так неестественно тихо, что Рава отчетливо слышала крики не только с вражеской лодки, но и на отдаляющемся берегу. В воздухе повисла тревога, как предзнаменовение чего-то важного и пугающего...
~ Най Манве Сулимо тай маната. Целься метче, девочка. Не промахнись!
Охнув от неожиданности, эльфийка спешно обвела взглядом палубу. Всякий на этом корабле считался для нолдиэ абсолютно чужим, но голос в ее разуме был подозрительно ей знаком. Или только казался? Сам факт такого послания впервые за последние пять сотен лет сильно настораживал, если не сказать, пугал. Тем не менее, одного странный голос сумел добиться точно: он напомнил Раве, что ее дело было не закончено.
Девушка напряглась, сосредоточенно высматривая свою цель и метя еще живым огоньком меж поднятых щитов. На жалкие доли секунд она едва поддалась жалости к живым существам, следующих дурному приказу. Однако в этой борьбе не было места жалости. Был только выбор: либо они, либо мы. И, приняв, наконец, четкое решение, эльдэ стиснула зубы и пустила в полет свой последний шанс на спасение.

+2

51

Принц догадывался, что, вытащив стрелу, он усилит кровотечение, и потому прежде спросил о лекарствах и бинтах. Понимал он и то, что здесь нужна осторожность, чтобы случайно не повредить раненому ещё более резким движением стрелы. Не учёл лишь того, что они были не на суше и не на морской прогулке по хранимым Уйнэн волнам, а на корабле, уходящем от преследования - и о столь нужном для излечения (да и не только) покое можно было только мечтать.

Не успел любезный и благородный капитан представиться, а Телеммайтэ - ответить на его приветствие, как подобало, как судно резко качнуло. Вместе со стрелами в теле раненого, застонавшего от боли. Время уходило.

"Должно быть, всё-таки стоило спуститься", - подумал принц, когда другие стрелы пролетели над его головой. Он не думал, что подвергает свою жизнь большой опасности, но и Карт, и капитан "Суланнуна" думали иначе. И потому рисковали своей.

- Рад приветствовать и вас. Я защищён от случайных стрел, -  ответил он взволнованному капитану, коснувшись прорезанного рукава. А намеренный и точный выстрел именно по нему, так, чтобы убить... неужели и это стало возможным?! - Но вскоре последую вашему совету.

- Надо убрать стрелы, - произнёс Карт, лучше понявший его намерения, - пока у бедняги...

Голос его отдалился и стих.  Не замедлилось ли и самое время или так только казалось? Озарённая огнями факелов ночь посветлела, и фигуры поджигателей вдали виделись очень ясно, а близкие крики моряков уже не слышались. Слышались зато - торжественная песнь ветра и многозвучная мелодия вод, слагающаяся из разных голосов - глубокого и звучного, весёлого и азартного, мягкого и печального... Много красоты было в тех мелодиях, и много печали; и они - не казались, не мнились. Всё пронизывал Свет - струящийся словно бы ниоткуда. Мир был подобен дивному, играющему огнями витражу, который чья-та злая воля расколола сетью тёмных трещин.

Или опутала паутиной, не достигающей светлых небес. Внизу же эта сеть, где тоньше. где толще, оплетала или раскалывала всё: гавань, корабли, матросов и поджигателей... И раненого рядом.

Сейчас Телеммайтэ видел не просто стрелы и раны. Жизнь, утекающую скорее крови. Связь между душой и телом, фэа и хроа, по эльфийским выражениям, что натягивалась всё сильнее, грозя разорваться. Страдающую душу, что, казалось, тоже пыталась едва ли не разорваться надвое.

Не время уходить, мой срок не пришёл, я должен... должен...  но я не могу. Слишком больно, слишком тяжко, слишком поздно. Мой сын...

Он дождётся тебя, - здесь не требовались слова, произнесённые вслух. Так было однажды. Так - и не так... - Тебя успеют спасти - ничто не кончено. Держись. Боль я могу снять.

Рука потянулась к руке раненого, и здесь бледной, покрытой холодным потом.

- Но мой Король...- слабо воспротивился моряк, и не успел Телеммайтэ изумиться столь скорой перемене в преследователе, продолжил. - Я должен исполнить его волю...

Он пытался ответить вслух, но Карт, верно, услышал бы лишь неразборчивый шёпот сквозь стон.

Принц понял. Законным Королём моряк по-прежнему признавал Анкалимона... а воля его состояла в том, чтобы схватить самого Телеммайтэ. Принять от него помощь ради того, чтобы затем предать его в руки отца - или принять помощь и ради этого отречься от Анкалимона было равно постыдным.

Тебе не придётся делать этот выбор - ты обессилен. Твои силы восстановятся не прежде коронации - моей или отца. Ты - нуменорец, не один из Меньших людей. Ты выдержишь. Я могу помочь.

Тому, кто после, в случае коронации Анкалимона, по-прежнему будет действовать против него? Но в случае коронации Анкалимона - он сам должен будет принять его как Короля вместе со всем Нуменором.

- Принц Телеммайтэ, - что бы там ни было, принцем он оставался. - Ты действительно хочешь.... разделить мою боль?

Это было не совсем то, о чём думал принц. Но... может быть, сейчас только так и можно было помочь. Разделив.

Он решительно сжал руку пострадавшего своей и стиснул зубы. Так и должно было поступать истинному Королю: быть не могущественным, не воинственным, тем более не жестоким, но великодушным, благородным и мудрым. И именно этими свойствами превосходить других. Считая себя именно таким, принц не намеревался предъявлять счетов недавнему противнику. Он победит Анкалимона  не силой оружия, и вернёт Нуменору подлинную славу.

Мир вернул обыкновенные краски и звуки, и он не заметил, что та паутинка, что была видна по ту сторону, проходила и по его руке.

Отредактировано Telemmaite (Вчера 23:33:39)

+1

52

Музыка Айнур, что звучала для одного лишь Телеммайтэ, стихала вокруг. Что-то изменилось в самом принце после этих минут, ибо невозможно услышать песнь Создания и остаться прежним. Память о её дивных переливах навсегда останется с ним. Сейчас же, дивные звуки сменила дикая боль. Казалось, что это его, Телеммайтэ, пронзила четвёрка стрел, что это он истекает кровью из растревоженных ран. Вряд ли Наследник Нуменора мог испытать в прошлом нечто подобное. Юнга успел принести полевой медицинский набор, и сейчас Карт, попросив подвернувшегося под руку капитана придержать солдата, выливал ему в рот некую жидкость из маленькой глиняной бутыли. Судя по запаху, это был спирт или нечто схожее.
Корабль в очередной раз накренился, из-за чего часть жидкости расплескалась по палубе.
- Если мы сейчас же не вытащим стрелы, – произнёс гвардеец сквозь стиснутые зубы, - либо его внутренности превратятся в фарш. Держите его!
Он взялся за окровавленное древко первой стрелы, и вот уже душа самого Телеммайтэ затрепетала, точно птица в силках. Матёрый ветеран, переживший немало сражений, Карт едва ли не лучше всех присутствующих на этой палубе мог справиться с этой работой. Но он не был целителем, а морская качка и свистящие над головой стрелы не добавляли аккуратности крупным рукам воина, липким от крови. Стрела наконец вышла из раны, и Карт поспешил сбрызнуть её жидкостью из фляги, из-за чего вражеский солдат охнул, а мир в глазах Телеммайтэ потемнел и едва не схлопнулся. Потом ветеран взялся за следующую стрелу, и всё повторилось вновь…
Силы человека, непривычного к подобным испытаниям, таяли на глазах. А ведь достаточно было сказать себе «я больше не могу» и провалиться в обморочную темноту, чтобы всё это прекратилось. Никто не осудит короля, любой на палубе скажет, что Телеммайтэ сделал всё возможное, что он сделал больше, чем заслуживал вражеский солдат, предатель Скипетра и Закона. Никто, кроме собственной совести среброрукого… и, пожалуй, некой эльфийки, что в тот момент выцеливала вражескую лодку, сидя верхом на мачте.

И полетела стрела, прямая и тонкая, с пером белокрылого лебедя на конце, с раскалённым огненным жалом. Полетела вдаль, над кроваво-красной водой, что как зеркало отражала буйство пожара. Ни один ветерок не молвил в ту пору, ни одна волна не осмелилась подняться вопреки слову неведомого чародея. Казалось, весь мир замер, ожидая развязки. И развязка наступила.
Раскалённый наконечник с глухим стуком ударил в кувшин с огненной смесью и увяз в плотной глиняной стенке. Древко завибрировало, размахивая белым пером у самого носа одного из изумлённых щитоносцев. Одинокая искра скатилась с кончика стрелы в тёмные недра кувшина. И грянул взрыв.
С воем, достойным самого Драуглуина, прародителя волколаков, пламя вырвалось на свободу и заметалось по лодке, пронеслось по плечам и спинам закричавших людей, подбросило вверх и тут же жадно слизнуло поникший парус… и прыгнуло в котёл, где варилась огненная смесь. Лодку разметал могучий огненный вихрь, скрывший тела людей и едва не добравшийся до борта Суланнуна. На борту беглого фрегата раздались изумлённые и испуганные крики, которые тут же сменил единодушный хор радостных голосов. Так люди праздновали спасение от огненной смерти.
Но перекрывая возбуждённые крики, грянул новый сигнал с борта парохода, что на всех парах мчался к фрегату. И тут же ожили белоснежные паруса, запели привычную песнь волны. Корабль набирал ход, но медленно, слишком медленно. Они спаслись от огня, но от железного монстра из Форростара им было уже не уйти. Люди заметались по палубе, исполняя быструю череду приказов Гармельдира. Экипаж готовился к абордажу, который неизбежно окончился бы поражением храброй команды, ибо они были мореплавателями и торговцами, а против них были воины Анкалимона, закалённые в десятках битв.
Исход сложившегося положения был настолько очевиден, что Гармельдир передал штурвал рулевому и спустился с кормовой надстройки, дабы лично поговорить с возможным, но по всему видать, всё-таки несостоявшимся королём Нуменора.
- Мне было приятно плавать под вашим флагом, повелитель – не без иронии в голосе произнёс гилдмастер Мореплавателей, склонившись в быстром поклоне. – Но не всякую скачку можно выиграть, и этот норовистый бычок вот-вот возьмёт нас на рога.
Он мотнул светловолосой головой в сторону приближающегося колосса. Лицо Гармельдира, с небольшой опрятной бородкой, не выражало беспокойства, и лишь в глазах поблескивал затаённый азарт. На словах гилдмастер смирился с поражением, но на уме у него явно был какой-то план.
- Так что мы выйдем из гавани, поболтаемся вдоль восточных берегов Нуменорэ и проплывём сколько сможем на север, пока не сядем на отмель. Эта махина сидит поглубже нашего кораблика, им придётся действовать с осторожностью, но они вскоре утыкают палубу стрелами точно ежа. В общем, как только я дам приказ, мы бросим верёвочную лестницу. Вам со спутницей придётся вплавь добираться до берега и бежать на север.
- Мы… выиграем вам время – запнувшись, прибавил побледневший капитан. – В Орростаре вас ждут, мой король.
- Точно, а нас ждут прелестные девы Уйнэн – расхохотался светловолосый Гармельдир и крикнул: - Эй, ребята, подтяните штаны и проверьте оружие, всех кто выживет я возьму в поход на край мира!
После чего он поспешил к штурвалу, где уже суетился виденный Телеммайтэ юнга с парой больших карт, изображающих рисунок восточного побережья Острова. Команда, напополам бледная и взволнованная, носилась по палубе туда-сюда, люди лихорадочно искали вооружение и чуть ли не разбирали бортовые украшения на дубины и колья. Никто не думал о сдаче, никто не задавался вопросом, как они будут отбивать натиск тяжёлой пехоты. Нуменорцы сражались за жизнь Короля.
А меж тем, с высокой палубы надвигающегося парохода на эту суету с презрением смотрела статная фигура, в мрачного вида доспехах и высоком шлеме полководца. Вражеский корабль подошёл достаточно близко, чтобы Телеммайтэ, буде он не будет всецело поглощён исцелением раненного, мог разглядеть лицо отца. Жестом власти и обвинения, точно отдавая приказ палачу, Анкалимон вскинул руку. Наверху послышался треск, мачта корабля сама собой раскололась у вершины и вниз полетела её верхушка, с укреплённым на ней флагом Нуменора.
Чёрное полотнище с кусками древесины и канатов падало прямо на голову Равы, рискуя сбросить ту на палубу, если эльфийка не поторопится. В то же время, вражеский корабль и сам Анкалимон оказались достаточно близко, чтобы она смогла разглядеть сверкнувшее на вражеской длани кольцо из проклятого храма. Для прочих оно было скрыто, но наследница Келебримбора не могла не узнать работу своего отца. Она видела, как вспыхнул драгоценный камень, когда Анкалимон указал на мачту Суланнуна и ощутила некое зловещее присутствие, обжигающее кожу и пробирающее нутро смертельным холодом. Неведомо, как долго Анкалимон смотрел во Тьму, но теперь Тьма смотрела на мир его глазами. И самым краем уха, эльфийка различила чей-то жестокий смех.

Офф. Нам предстоит последний ход. Если вы хотите что-то написать в рамках текущего эпизода, это ваш последний шанс.

+1


Вы здесь » Путь в Средиземье » Запад » (Роменна, 24 апреля 2221 В.Э.) Птичка в клетке